Интервью

Москва, 31.05.2016


Амбиции возрастают

10 oct 2011
Фото: Андрей Порубов

Новый высокотехнологичный пластиковый бизнес стремится занять все больше ниш на рынке, боится промышленного шпионажа и требует новых потребительских стандартов

Выпуск гибкой полимерной упаковки, модифицированной нанокомпозитами собственного производства, готовится начать уже в этом году ЗАО «Уралпластик-Н» (Арамиль, Свердловская область). На проектную мощность — 24 тыс. тонн упаковки в год — предприятие намерено выйти в 2013 году. Объем продаж по проекту к 2016 году должен составить 5,2 млрд рублей. Общий объем инвестиций — 2,3 млрд рублей. Срок окупаемости — пять лет. Это один из трех в Свердловской области проектов, уже осуществляемых бизнесом совместно с Роснано.

Арамильская площадка стартовала с «нуля», получив одобрение на сделку и финансирование в 2009 году. ОАО «Роснано» вошло в проект деньгами — 48% компании у нее в собственности. Генеральный директор ЗАО «Уралпластик-Н» Алексей Гончаров считает, что Роснано — хороший партнер для работы в России: он взял на себя не только консалтинг, финансирование, обучение персонала, но самое главное — поддержку проекта. «К сожалению, без помощи на уровне государства все новые товары в России не двигаются, поскольку наши рынки не зависят, как за рубежом, от регламентов — как и во что упаковывать», — говорит Гончаров.

Тонкое решение

— Алексей Иванович, зачем понадобился проект?

— Модифицирование композитами, содержащими наночастицы, — одно из направлений наноиндустрии на рынке полимерного сырья, стремящейся сделать продукт более экономным, получить дополнительные свойства материалов. Сегодня весь мир озадачен снижением веса и цены упаковки. Чтобы добиться этого без потери барьерных, физико-механических и прочих свойств, важных для сохранности продукта и его логистики, необходимо изменить структуру пленки наномодифицированными добавками. Иначе достигнуть заданных свойств в полном объеме невозможно. Потому мы и взялись за проект. Это наше ноу-хау: сами, в контакте с мировыми лидерами отрасли, разрабатывали и химию процесса, и оборудование.
В нашей стране мы первые используем эти технологии в комплексе.

Начинаем производить как собственно нанопленки, так и сырьевую составляющую — гранулы с нанодисперсными добавками, которые изменяют конечные свойства пленки. Я утверждаю, что наша продукция самая технологичная. Потому что при покрывных технологиях возникают риски контакта нанодобавок с человеком, они не до конца еще исследованы и пугают Европу. А наша технология позволяет прятать наночастицы внутрь пленки, тем самым делая их на 100% безопасными. Добавки прочно связываются со структурой пленки, потому что являются ядрообразователями в химической цепочке.

— Аналоги на рынке есть?

— Поскольку в России мы единственные, кто применяет эту технологию, на внутреннем рынке конкурентов пока нет. Сопоставляются три параметра пленки: барьерные свойства, физико-механические и определенные специально заданные, например твист-эффект (эффект памяти), светонепроницаемость, эффект бумаги и прочее.

Пленка нужна тем современным предприятиям, транснациональным корпорациям, которые хотят дать более тонкое упаковочное решение — чтобы меньше выбрасывать в окружающую среду, лучше сохранить продукт, донести его со всеми вкусовыми качествами до конечного потребителя. Самый главный эффект, которого мы достигли, — снизили толщину нанопленки на 20%.

 ural_483_026.jpg Фото: Андрей Порубов
Фото: Андрей Порубов

— Как она стала тоньше?

— С помощью добавок. К сожалению, для вас научные идеи, которые здесь используются, закрыты: конкуренты не дремлют. Автор этих идей работает у нас в исследовательском департаменте, где разрабатывают новые виды пленок. Я считаю, что в стране по пленкам у нас самая сильная команда. Поиск решений происходит, когда новый продукт с новыми свойствами на традиционных материалах реализовать невозможно. Смотрим сначала то, что «поближе»: можно ли модифицировать имеющееся сырье. Нанотехнологии и являются тем, что «поближе». А искать «подальше» означает строить новые гигантские химические заводы. В России качественное сырье — имеется в виду первичная основа, та, что перед наночастью, — вообще не производится. Приходится завозить.

— Вы опять не называете, что именно и откуда?

— Из-за жесткости конкуренции на рынке, где все мечутся в поисках нового: у кого бы чего подглядеть. Большинство ведь не генерирует новые идеи. Такой несколько китайский у нас рынок.

— Можно ли в принципе защититься от промышленного шпионажа?

— Невозможно. Я не уверен, что у меня на предприятии его нет. И ведь законодательно не взять за это штрафные! Поэтому закрываем информацию. Разработками, которые легли в основу совместного производства с Роснано, мы занимались более пяти лет. И только когда образовалась гос­корпорация, появилась возможность их внедрить. В запасниках еще много идей, которые хотим реализовать в ближайшие лет десять. Но главное сейчас — отработка проекта, который профинансирован.

— Заявок в Роснано подают тысячи, но обретают поддержку очень немногие. Как вам удалось достучаться до госкорпорации?

— Мой путь был предельно стандартный: заполнил заявку у них на сайте. С первого раза не удалось донести до экспертного совета коммерческую идею. Переписали проект, снова подали. Потом еще раз переделали идею до предельно понятного варианта для экспертов-нехимиков. Сработало! Доходность бизнеса эксперты Роснано посчитали, и он им понравился. Корпорация же не может раздавать деньги бесплатно.

— Многие не хотят отдавать Роснано часть бизнеса.

— Не хочешь — не отдавай. Иди в банк, бери кредит под 15 — 18% и попробуй не умереть через год. Других вариантов нет. Роснано — инвестор на пять лет развития, на шестом году выходит из доли, продает ее публично профильным инвесторам или размещает через IPO. Задача корпорации — заработать максимальное количество денег для государства. Я имею право выкупить свою долю.

— На какой объем продаж рассчитываете выйти через пять лет?

— На 5 млрд рублей в год, то есть мы должны вырасти в четыре раза к нынешним 1,2 млрд рублей.

— Это хорошие темпы?

— Много быстрее рынка. Это будет значительное импортозамещение, огромное количество некачественных производств после запуска новой площадки с рынка уйдет.

— Насколько дороже нанопродукция и как сужает потребительское поле?

— Продукция массового спроса и нацелена на снижение цены квадратного метра для людей, которые умеют считать.
В тоннах эта пленка дороже, но за счет того, что она тоньше, цена метра дешевле, что для клиента важнее. И внешне пленка будет выглядеть намного лучше, чем та, что сегодня есть на рынке: более глянцевая, прозрачная, приятнее на ощупь. Будем делать и эксклюзивные вещи для единичных потребителей.

ural_483_029.jpg
Пробный пуск выдувной экструзионной линии
Фото: Андрей Порубов

— Повышение капитализации компании необходимо?

— Да, через пять лет Роснано должно вый­ти из бизнеса максимально выгодно. Целое подразделение в Москве работает на тему повышения капитализации поддерживаемых компаний. Они это делают лучше, чем мы. Поэтому такое разделение труда: я занимаюсь производством, бизнесом, озадачен запуском нового завода и выпуском новых продуктов. Для меня это важно: успешно сделаю продукт — раскрутить компанию партнерам будет проще.

— Роснано основной инвестор или кого-то еще подтянет?

— Пока неизвестно. Амбиции же нашей команды возрастают оттого, что видим новые ниши, которые появляются на рынке. Их необходимо занимать или это сделает кто-то другой.

Не войдешь дважды в реку

— Каковы ваши позиции на рынке?

— Рынок гибкой полимерной упаковки включает сотни видов пленок для пищевой и непищевой промышленности, логистики и пленки для теплиц, автомобилей и так далее. Поэтому точно сказать, какую долю рынка мы занимаем, невозможно.

— При жесткой конкуренции — и не меряете долю?

— Меряем, но спрос очень динамичен, рынок развивается скачками: периодически компании-потребители «устают» стоять на одной точке, происходит взрыв спроса, начинают строиться заводы-производители. Часто происходят замены: сегодня потребитель использовал одну упаковку, а завтра продукт усовершенствовал и перешел на другую к другому поставщику. Этот рынок течет как быстрая гигантская река, в которую не войдешь дважды, чтобы сопоставить.

— Но известны параметры игроков?

— По объемам продаж на внутреннем рынке крупнейшие игроки-нероссияне — это производители из стран СНГ и Европы. Иностранные компании ввозят сырье беспошлинно, а продукт экспортируют в Россию уже с пошлиной 0,15%. А я получаю сырье с пошлиной 10%! То есть иностранные игроки по отношению к российским потребителям находятся в лучшей ситуации, чем отечественные. Надеюсь, наши законодатели в ближайшее время это выправят.

В России производством упаковочных материалов занимаются игроки малого и среднего бизнеса — по отечественным меркам. В Европе другая классификация, по их стандартам — я средний бизнес, по российским — крупный.

— Куда движется рынок?

— Весь здравый мир и производство движутся в сторону экологичности, и мы туда же. Модифицируя пленки, мы устраняем
необходимость упаковывать продукт в материал, содержащий в структуре разнородные составляющие (бумагу, фольгу и т.д.), что не позволяет вторично его использовать, в России он в основном выбрасывается на свалки. Мы получили продукт, который позволит 100-процентную вторичную переработку. Когда в нашей стране будет внедрена культура сбора и переработки отходов, что во всем цивилизованном мире — уже стандарт жизни, пленка приобретет еще большую актуальность.

В области упаковки все очень просто по своей зависимости: если я произвожу йогурт или мясо, нашпигованные химией, мне не нужны хорошие упаковочные материалы. Если произвожу продукты, полезные для человека, тогда мне необходим хороший упаковочный материал, который сохранит свойства продуктов. И чем лучше мой товар упакован, тем шире мои рынки: из Екатеринбурга я могу везти его хоть во Владивосток. Всегда будет существовать цель сохранить продукт от вредных воздействий окружающей среды и доставить его конечному потребителю в первозданном виде.

Американские и европейские директивы детально описывают, как продукт должен перерабатываться и упаковываться, каким качествам должна соответствовать пленка. Эти стандарты, в отличие от наших, обязательны к исполнению. А России нужны новые: в старых, созданных более 50 лет назад, прописана только пленка для теплиц! И на них сегодня ориентируется весь рынок. Госпредприятия делают большие закупки пленки. Таких пленок уже никто не производит, а стандарты управляют нашей жизнью. Поэтому сейчас во ФГУП «Всероссийский научно-иследовательский институт стандартизации и сертификации в машиностроении» инициативная команда экспертов (куда я тоже вхожу, помогаю классифицировать пленки) прописывает новые российские стандарты по упаковке.

— Какие еще факторы мешают развиваться рынку?

— В первую очередь таможенные процедуры. Наша страна не производит технологичного оборудования для переработки полимеров и высококачественного сырья для производства упаковки, все вынуждены импортировать. Пошлина на оборудование установлена нулевая, но облагается такими нормативными документами, что о втором и третьем завозе начинаешь думать: а надо ли мне все это? Только амбиции бизнеса и двигают прогресс. Пошлины же на ввоз сырья выше, чем на ввоз готового продукта. Я могу догадываться, отчего происходит торможение: очевидно, у зарубежного бизнеса денег в разы больше для лоббирования своих интересов и товаров. Там за каждое предприятие будут биться на уровне президента. А в нашей стране сейчас догоняющее развитие пластика, производители очень слабы по отношению к мировым конкурентам, мы находимся далеко не в равных условиях.

Второй тормоз развития — высокая стоимость подведения коммуникаций. Подключение к газовым и электросетям также усложнено нормативами, процедурами. За рубежом только скажи, что хочешь газ или электроэнергию, и все будет сделано. Причем подключение к коммуникациям делает поставщик энергии и газа под ключ: от проекта до внедрения. Оплата берется только за потребление.

ural_483_030.jpg
Все сырье в экструдер подается по пневмотранспорту.
Фото: Андрей Порубов

— Новая промплощадка — в Арамиле, потому что там сети дешевле?

— Выносим производство из мегаполиса, хотя в пригороде не дешевле. В Арамиле была площадка, максимально подготовленная, чтобы в сжатые сроки в течение года запустить производство. Это и определило выбор. К тому же мэр Арамиля поддерживает развитие промышленности. Это важно, когда госчиновник хотя бы просто не мешает. Персонал поначалу будем возить, в перспективе — работать в ипотечном направлении.

— Куда этот проект продвинул компанию?

— Для предприятия это возможность иметь будущее. На высокие ставки по банковским кредитам развивать производство очень тяжело, особенно в период кризиса. А участие Роснано позволило производству практически переродиться. В ходе проекта мы обновили парк оборудования, внедрили новые технологии, логистику, подходы к организации производства, новые продукты — все самое современное. Построили красивый, современный завод. Это другой мир, с помощью Роснано мы сделали и шаг на территорию Европы. Новая жизнь начнется в конце года с пуском завода, оборудование уже работает в тестовом режиме.

Реализация проекта шла негладко. Я потерял в сумме три-четыре месяца просто на том, что за кем-то ходил. Например, основные комплектующие пролежали на кольцовской таможне три недели — нам морочили голову с документами. На таких мелочах при масштабных проектах улетают месяцы. Поменял гигантское количество подрядчиков: новые производства абсолютно некому проектировать и строить. Западные проектанты не знают наших ГОСТов и СНИПов, а отечественные — новых технологий, они не знают ничего, хотя якобы имеют опыт и лицензии. В Арамиль приглашали проектантов из Питера, в Калугу — из Москвы, но и тот, и другой проект тридцать раз переделывали.

 

Продавцы воздуха

— Какой проект у вас в Калуге?

— Строим еще один завод — Пенотерм, который также запускаем в октябре. Партнер и соинвестор по второй площадке — ВТБ. Там будет тоже новый продукт, не гибкая полимерная упаковка, а вспененные полиэтиленовые и полипропиленовые материалы. Это шумо- и теплоизоляторы, у них огромный спектр применения. Многие, установив их дома, спят как младенцы, потому что не слышат соседей, улицу. Эти материалы идут на звукоизоляцию межэтажных перекрытий, как подложка для теплого пола, ими утепляют стены, окна, сауны, бани, кровли, их используют авто- и электронная промышленность. Также эти продукты используются в качестве упаковочного материала. По этим технологиям и выпуску ряда продуктов в России мы — тоже лидеры и эксклюзивные производители. Там тоже есть нано и ноу-хау.

— На что претендуете с запуском площадки?

— Этот рынок более узкий, мы намерены занять через три-четыре года 40 — 50%. Конкуренты только отечественные, потому что это рынок «воздуха»: из-за рубежа очень легкие вспененные материалы везти нерентабельно, в 40-футовом грузовике помещается всего 4 тонны. Лучше его производить недалеко от потребителя.

— В чем новизна калужского продукта?

— В этом рынке все определяют три показателя: цена, свойства, например шумоизоляция, и уникальность продукта, эксклюзивность ниши — тут может быть что угодно, вплоть до «ковриков для садоводов». Это я говорю по отношению не только к калужской площадке, а вообще к российским рынкам.

Мы создаем за год до сотни новых продуктов, лидируем по цене и определенным свойствам. Растем постепенно, с рынком. С тех пор, как на Уралпластике в 99-м произошло перераспределение акций и поменялись собственники, компания выбрала основным направлением развития производство упаковочных и вспененных материалов. Прежняя продукция оказалась к тому времени никому ненужной. Мы перестроили старые цеха и закупили новое оборудование. Окупаемость проекта в Калуге (более 200 млн рублей) — три года.

Сравните по табличке

— Будете и дальше двигаться путем реализации инновационных продуктов?

— Да, всегда старались производить не то, что делает сосед, а разрабатывать и внедрять что-то новое. Быть как все — мне неинтересно. Хотя не факт, что лучше всегда тому, кто тратит деньги на разработки, чем тому, кто берет уже отработанное и просто тиражирует. Пример — Китай, который уже не знает, куда доллары складывать, при этом его основная задача — повторять то, что уже отработано в других странах, он этим наводняет весь мир. Но никто больше в мире не сумел такую систему построить.

На заводе установлена самая современная, полностью автоматизированная система дозирования входного сырья, которой нет аналогов в России ural_483_031.jpg Фото: Андрей Порубов
На заводе установлена самая современная, полностью автоматизированная система дозирования входного сырья, которой нет аналогов в России
Фото: Андрей Порубов

— Насколько комфортно сегодня заниматься инновациями?

— Некомфортно. С одной стороны, государство тратит гигантские усилия на открытие таких проектов, как Роснано, Сколково — направления все хорошие. Сделана верхняя суперчасть для развития. Но под это надо среду создать. Потому что инноваторы сталкиваются со средой, которая не ждет их с распростертыми объятиями. По объему инвестиций в нанотехнологии Россия — вторая в мире после Англии. Так надо и все остальное сделать, как у них.

— Каковы проблемы продвижения инновационных проектов?

— Хочу, чтобы наши первые лица, которые принимают решения, сделали бы на одном листочке сравнительную таблицу: занесли в нее развивающиеся государства Европы, Японию, Китай, Америку и сравнили бы с нами, чем отличаемся в худшую сторону. Определили, где у нас проблема, и выровняли бы нас до вступления в ВТО.

— По каким пунктам нужно сравнивать?

— Да по всем. Налоги, кредиты, сети, коммуникации, могут или не могут врываться непонятные люди в компанию. Давайте посмотрим, в какой развитой стране разрешено врываться в бизнес: везде запрещено, если деятельность компании не признается как угроза для государства. Все остальное — будьте добры, через суд. Таких репрессивных мер нигде нет. Я бы просто выровнял условия выращивания бизнеса и постарался взять из зарубежного опыта самое лучшее. И жестко внедрил.

— Но ведь что китайцу хорошо, то русскому смерть?

— Не факт. Бизнес международен, не имеет границ. Мы постоянно говорим про русский менталитет, наш человек привык думать, что он ленивый, тунеядец и бездельник. Зачем играть на худших сторонах? Нужно показывать лучших людей.
А у нас в СМИ постоянно показывают плохих и негативных. Что мы хотим воспитать в молодежи?

— Надвигается вторая волна кризиса — какие новые угрозы вы рассматриваете?

— Самое большое, чего я опасаюсь, это паники, которая может начаться в банках либо еще где-то, и тех действий, которые предпринимают госчиновники — совсем не рыночных, в моем понимании. Вместо того чтобы спросить у предприятий: что сделать, чтобы вам было легче преодолеть кризис. Не гигантов и не монстров сырьевых, а тех, кто стремится к высоким технологиям. Просто людей, которые живут и работают в стране: что сделать, чтобы они пережили кризис комфортно.

«Эксперт Урал» №40 (483)

Журнал «Эксперт» подписка

Оформите подписку на закрытые материалы журнала «Эксперт» и читайте их в полном объеме на сайте





    Реклама
    Читать все комментарии
    AdRiver

    «Эксперт» приступил к подготовке первого рейтинга крупнейших транспортно-логистических компаний России

    Для участия в проекте необходимо заполнить электронную анкету






    Реклама




    Читайте так же

    Эксперт Онлайн, последние новости и аналитика
    Фото: Сергей Мелихов специально для «РР»; youtube.com/TheKateClapp; Вячеслав Прокофьев, пресс-служба студии «Третий Рим», Алексей Панциков/ТАСС

    20 самых красивых женщин России

    «РР» публикует результаты большого исследования идеала женской красоты в современной России. Конечно, в нашей стране гораздо больше прекрасных дам, чем 20 лидеров народного рейтинга и 89 женщин, названных экспертами и журналистами. Но дело в нашем исследовании не в «рейтингах», а в понимании смысла красоты и ценностей, господствующих в стране. Дело не только в красоте, но и в человеке.


    Сергей Савостьянов/ТАСС

    Аэропорт на лучшей в мире ВПП

    Четвертый международный аэропорт московского авиаузла «Жуковский» открылся сегодня под Москвой

    TАСС Валерий Матыцин

    Реформа теплоэнергетики

    За теплом в альтернативную котельную

    Правительство опубликовало законопроект о реформе рынка теплоэнергетики в ЖКХ: в корне меняется тарифная модель и система взаимоотношений, куда включено все городское население и множество юридических лиц. Целевая модель с единой теплоснабжающей организацией хорошо работает в странах Северной Европы, успокаивают аналитики, а цены "альтернативной котельной" не должны напугать ни поставщиков, ни потребителей. Зимой узнаем...

    AP/TASS

    Мировые финансы

    ФРС накачивает банки

    Если ФРС все же повысит ключевую ставку в ближайшие месяцы, деньги достанутся, по мнению Yahoo Finance, не американским налогоплательщикам, а банкам. Причем, не только американским, но и иностранным. А Минфин США может лишиться $90 млрд, которые ФРС ежегодно переводит на его счета

    Михаил Джапаридзе/ТАСС

    Политика Центробанка

    В ЦБ раскрыли намерения

    Банк России опубликовал «Основные направления развития финансового рынка РФ на период 2016–2018 годов». Аналитики полагают, что теперь может стать меньше отозванных банковских лицензий, а больше - саморегулирования, ЦБ обратит внимание на облигации как альтернативу депозитам, а сам банк обещает вывести на первый план внутреннего инвестора. Но захочет ли он?