Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Общество

Свет невидимого окна

2012

«В месте» — подходящее название для проекта, в котором российские и немецкие художники участвуют вместе, и для которого так важно, в каком именно месте происходит действие

В первом зале «штабелями» до потолка уложены стеклянные музейные витрины — как гигантская кристаллическая решетка. Приближаемся к ним по лучу прожектора, который разбивается на мелкие огоньки, бесконечно отражается в стекле — и видим ночной город из иллюминатора — световая инсталляция «Огни города». Раздается трубный (точнее, фортепианный) глас слона: этот звук будет сопровождать нас по выставке, вызывая сначала раздражение, затем привыкание и, наконец, желание слышать его снова и снова — звуковая инсталляция «Слон в пианино», точная метафора фантасмагоричности и запертости существования в мегаполисе. В следующем зале нас встречает образ «Вселенной» из деревянных брусков (дерево местное) и шариков-планет (из немецких земель привезенные). Направо пойдешь — сразу и в прошлое, и в будущее попадешь: работы «Тени будущего» и «Отражение прошлого». Налево повернешь — в мир природы придешь: здесь «Озеро» из черных акриловых панелей, создающих эффект отражения воды, живое дерево с осыпавшейся листвой стихов, страдающая в одиночестве тыква — «Я скучаю по тебе»…

По «В месте (1place2)» можно пройти быстро, недоуменно пожимая плечами. Можно задержаться у каждого экспоната, пофантазировать, поискать свои смыслы и найти их (кстати, министр культуры Свердловской области так и сделал: бродил часа два между скульптурами, задавал вопросы и вел себя не как управитель культуры, а как ее потребитель и любитель). Я предлагаю вам иной путь. В современном искусстве процесс порой не менее важен, чем результат. При производстве эстетического продукта складываются определенные отношения: творческие, человеческие, ментальные, национальные. Этот проект содержит внутреннюю интригу: непредсказуемость ходов и реакций, непросчитанность, а значит, неожиданность результата. Давайте пройдем по выставке во времени вместе: от зарождения до воплощения.

Маленькие истории большого города

Мы — поселенцы, все и всегда. Приходим на время, желаем остаться навечно. Когда кураторы проекта Макс Зюдус с немецкой стороны и Алексей Шевчук с российской обговаривали концепцию (а современное искусство без концепции не современное искусство), они взяли за точку отсчета этот постулат: мы — поселенцы. Сначала на условно ничейную территорию приходят художники из Берлина. Они должны ее освоить, обустроить и создать образ доселе мало им знакомого Екатеринбурга (первая выставка).

В городе смешались европейская архитектура и уральская ментальность, новейшие технологии и азиатская рабочая сила. Как любой мегаполис, он представляет собой сложно устроенный организм, для которого толерантное отношение к «другому», «чужому» является важным условием функционирования. Затем появляются местные художники, тоже «поселенцы», и произносят свое слово. Вторгаются в уже придуманное, спорят, что-то меняют, в этом культурном пространстве гости теперь они. В результате трансформации создается еще одна выставка.

Макс Зюдус пригласил к участию в проекте двух друзей и художественных единомышленников — Андреаса Меркера и Свена Штукеншмидта. Люди все опытные: у Макса по 15 — 20 проектов в год в разных городах, залах и пространствах. Но наше уральское пространство он запомнит навсегда. В месте под названием Свердловский областной краеведческий музей он испытал массу эмоций по поводу места. «Легко работать в пространстве, которое открыто, обнажено: пустые ровные стены, “белый кабинет”. Ваш музей — с прошлым, со своей историей, его пространство обладает самодостаточностью. Это самые удивительные комнаты, в которых мне доводилось выставляться. Художники в Берлине мне завидовали, голая правда. Я нахожу пространство крышесносным! Для нас это был вызов».

Для сотрудников музея — тоже. Нынешний «зал природы», где летают птицы и плещутся рыбы (последнее — замечательная инсталляция Макса под названием «Стандартная субмарина»: на фрагмент отопительной системы проецируется изображение водного мира, и как бы приоткрывается окошко в иную, водную реальность) прежде был, да и после будет, экспозицией «Русская изба». Музейщики стиснули зубы, но приняли натиск новой культуры, освободили помещение. В соседнем зале пришельцы потребовали убрать шторы, которые занавешивали не совсем приглядные стены. Зюдус: «Мы умоляли, убеждали, что комната прекрасна и без штор — нам пошли навстречу». Но среда вторжению по мере сил сопротивлялась: витрины и пианино музейный менеджмент убрать отказался и, как выяснилось, на благо искусства. Талантливые художники великолепно их обыграли, превратили в артефакты и сложили из них маленькие истории большого города.

«Стройка» длилась неделю. Гости трудились слаженно. На пустом месте они создали образ. Работают все трое в жанре минимализма, но в разных традициях, делают скульптуры, видео, световые и звуковые инсталляции. «Все что угодно, только не фигуративность, — заявляет Зюдус, добавляя с ужасом. — No realist!». Каждое произведение получилось самоценным, а вместе они образовали продуманное единство, все детали которого служат общей идее: современный город живет в постоянном изменении и приспособлении к «другому». Первый этап — обживание чужого культурного пространства — успешно завершен. Надвигается следующий — принятие чужого культурного вмешательства. «Свой» и «чужой» меняются местами. Как встретят художники трансформацию своих произведений посторонними, хоть и коллегами? Что случится: «вавилонская башня», «приход варваров» или творческий диалог? На неделю над выставкой повисла загадка. Ждали драки…

Психологический этюд в художественном пространстве

…И, кажется, даже разочаровались, когда ее не произошло. С российской стороны в проекте приняли участие девять человек разного возраста, калибра и стиля, прошедших «кастинг». Вот на полу сидит молодой художник Женя Свердлов и лепит слона. Его пластилиновый слон хоботом нежно обнимает — нет, не слоненка, а огнетушитель. Композиция служит символом потребности в защите и предметно перекликается с раздающимися из фортепиано ставшими почти магическими звуками. В зале природы появилась напольная проекция настенного «пиксельного тигра», созданного Андреасом, — работа Натальи Хохоновой. Видеоинсталляция «Собака» породила соседство с кошкой, придумкой Саши Салтановой «Под прикрытием», где под бумажным козырьком прячется котенок. Первое впечатление от сделанного уральскими художниками: даны оригинальные, но все же достаточно прямые ответы на куда более сложные немецкие высказывания.

Второй блок «русского вмешательства» можно назвать «я сам по себе». Уральские художники просто заняли свободные места и аккуратно, стараясь не нарушить общую идею, заселили их своими произведениями, но вовсе не пытались отвоевать территорию у тех, кто пришел раньше. Было 15 работ, стало 27. Это в российской ментальности: земли у нас много, всем хватит.

Изменений, точнее, добавлений, «удостоились» лишь две работы. «Тени будущего» (Макс Зюдус) под влиянием внедренного зеркала дали «Отражение прошлого» (работа Кирилла Воронкова). По-новому засветились «Огни города» (автор тоже Макс Зюдус) благодаря еще одному лучу проектора: по стеклянным телам витрин заскользили странные изображения, напоминающие животных (городские сны? воспоминания о прошлых «поселенцах»?) — инсталляция Анатолия Вяткина «Призраки индустриального пейзажа». Получилось два произведения в одном, при этом первое никуда не делось.

Но если говорить обо всей выставке, трансформации как таковой не произошло. Были добавления, продолжения, наложения, параллельность и независимость. У меня создалось впечатление, что немецкие художники остались несколько разочарованы. Они ждали более широкого и масштабного разговора, внутренне готовились к битве, к сопротивлению и отстаиванию собственного видения, а на их творческий продукт и не посягали. По оценке Алексея Шевчука, «тесного контакта не случилось».

У российских художников другое мнение. Наталья Хохонова считает, что в качестве работы в формате «workshop» проект дал стопроцентный результат. Гости показали себя серьезными профессионалами, они сходу считывали художественные арт-месседжи, а также их отсутствие. Но в качестве результата для зрителей экспозиция немного не собрана. «Немцы исходно заполнили собой все пространство. Вначале появилось желание «творческой провокации»: придем и перекроим. Но вспомнилась заповедь «не навреди». Лучше хороший диалог, чем партизанская война. Возможно, гости ждали большего натиска.

В то же время, когда поступали предложения об активном вторжении в их работы, они убеждали этого не делать. Наши ребята проявили дипломатичность».

Сказалась и не могла не сказаться разница в истории, географии, в личной и национальной психологии. В месте, которое стало прообразом большого города, встретились разные люди и разные культуры. Учиться толерантности в искусстве — значит учиться и учить толерантности в жизни. По мнению заместителя директора краеведческого музея Владимира Быкодорова, то, что художникам удалось ужиться мирно и расстаться друзьями, большой плюс. У «вавилонской башни» в новом глобальном мире возможна иная судьба, чем в древней легенде.

Для музея это первый опыт взаимодействия двух миров на площадке «урал-традишн». Из того, что для массового зрителя язык современного искусства пока непонятен, нет у нас достаточного опыта прочтения подобных вещей, — следует лишь одно: этому языку нужно учиться. «Вылазки» в непривычное пространство очень полезны — они расширяют рамки восприятия.

Каков результат? Немцы пришли как гости, но уходили, на мой взгляд, как хозяева данного культурного пространства. Им удалось сделать его «своим». Наши сумели найти и для себя местечко, ничуть не потеснив пришельцев. Хорошо это или плохо? Современное искусство предполагает, что из каждого объекта, а выставка в целом есть отдельный объект — зритель выносит собственные выводы. Художник показывает, но не подсказывает. Даже названия работ были «запрятаны»: композиции ими не сопровождались. Привыкайте обходиться без вербальных подсказок. Вот и мы просто заглянули в окно, которого не видно («Свет невидимого окна» — инсталляция Анатолия Вяткина).

…Интересно, а если поменять художников очередностью поселения? Интрига может продолжиться. Встретимся в новом месте?

«Эксперт Урал» №41 (529)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама




    Альфа-банк меняет карты

    Альфа-банк приступил к полному обновлению своей линейки дебетовых карт — новая линейка вступила в силу 25 сентября. Флагманским продуктом в ней станет Альфа-карта

    Российский IT - рынок подошел к триллиону

    Как его задействовать — решали на самом крупном в России международном IT-форуме MERLION IT Solutions Summit

    Химия - 2018

    Развитие химической промышленности снова в приоритете. Как это отражается на отрасли можно узнать на специализированной выставке с 29.10 - 1.11.18

    Опасные игры с ценами

    К чему приводят закупки, ориентированные на максимально низкие цены

    В октябре АЦ Эксперт представит сразу два рейтинга российских вузов

    Аналитический центр «Эксперт» в октябре представит сразу два рейтинга российских вузов — изобретательской и предпринимательской активности.

    Эффективное управление – ключ к рынку для любого предприятия

    Повышение производительности труда может привести к кардинальному снижению себестоимости продукции и позволит российским компаниям успешно осваивать любые рынки


    Реклама