Размышлять о модернизации невозможно без использования понятия “прогресс”, который является ее результатом. Каковы критерии прогресса? Общепризнанными являются:
- увеличение степени свободы, в том числе и экономической;
- рост благосостояния;
- научный прогресс.
Сложнее дело обстоит с оценкой прогресса в области морали и нравственности: дискуссии по этому вопросу всегда были жаркими, а единого или хотя бы компромиссного взгляда на этот предмет до сих пор нет. Движение вперед в отношении развития моральной сфер с развитием «прогресса» не очевидно. Это определено парадоксальным эффектом материального прогресса - удовлетворяя материальные потребности прогресс, снижает волевой потенциал нации. Так дело обстоит с США. Здесь уровень материального обеспечения очень высок, тогда как волевой потенциал (пассионарный заряд) - низок и продолжает снижаться.
В чем опасность такого процесса? Все просто: волевой потенциал - это стержень и опора морально сферы общества. Его снижение приводит к расшатыванию нравственных основ нации. Идея «набить брюхо» не может служить долгосрочным моральным трендом для великого государства, поэтому США действительно утрачивают свой моральный авторитет в мире.
С уважением,

Проблема терроризма есть следствие двух вещей: внутренней коррупции (она же нищета духа) и геополитики (где таже нищета присутствует в двойных стандартах). В геополитику углубляться не будем – это внешний, неконтролируемый фактор. Отметим лишь, одно важное обстоятельство: реакция западной прессы – наших «партнеров» остается не конструктивной.
России давно брошен вызов, но не только террористами, но и не эффективной системой внутреннего государственного управления. Взятки создают реальную угрозу национальной безопасности. Тем обиднее соглашаться с «вражьими языками», утверждающих, что проблема лежит внутри нас. Мы должны признать, что не умеем эффективно управлять. Ведь террористы – это продукт также и нашей коррупции. Наличие внешних сил, которые пользуются нашей слабостью является не более чем объективная реальность. Это накладывает на нас обязательства научиться управлять – не только, для того чтобы прекратить принесение невинных в жертву террору, но и просто чтобы выжить как нация, защитить свою территорию.
И в правалах геополитики, и в коррупции есть общее начало: нищета духа, слабые волевые качества. Начинать нужно отсюда. А пока в действиях властей не заметно серьезных подвижек в направлении понимания этих явлений.
МНОГОПОЛЯРНАЯ ВОЙНА
Отправной точкой, должно стать признание положения вещей – мы находимся в состоянии многополярной войны и сетевой интервенции (основанных на совпадении интересов нескольких образований – государственных, террористических, религиозных).
Зона военных действий – Кавказ. Прилегающие области – прифронтовые территории и ближайшие тылы. Цели войны ясны: в мире есть силы, которым не нужна Россия. Идет борьба за расширение зон влияния. Это агрессия относительно нового формата, которая харктерна тем, что:
1. это война без объявления, без четкой линии фронта и локализации;
2. основной объект агрессии - мирное население, гражданские объекты;
3. принципами войны является информационное давление и идеологические меры (им нужно «больше шума» и больше страха);
4. эта война не на годы, а на поколения. То есть, жертвы, которые уже понесены являются лишь малой частью будущих жертв. Молниеносной победы, как и победы в одно действие в такой войне не может быть по определению.
5. источники агрессии четко не определены (не явны и не очевидны) и множественны, а интервенция имеет сетевую структуру;
6. центры агрессии разнородны и могут быть слабо связаны друг с другом.
Эти объективные обстоятельства приводят к выводу, что подобную войну невозможно выиграть только военными действиями, недостаточно и политических решений - нужна поддержка гражданского общества и населения. Раз воюют против мирного населения, то и воевать возможно с помощью гражданских лиц и мер невоенного характера. Спектр политических решений чрезвычайно широк.
При этом, необходимо понимать, что и «новые» антитеррористические способы борьбы - выплата за вознаграждения за информацию о террористах и «превентивные меры» могут быть лишь временными и тактическими мерами (до тех пор, пока не подрастут дети «превентивно» и без законного основания устраненные террористов). «Превентивные меры» - это не панацея (Афганистан и Ирак). Такие меры дадут лишь небольшую временную передышку, которую можно использовать попытавшись решить проблему по существу. Конечно, решение реальных проблем не так зрелищно, как демонстрации трупов террористов и «превентивные удары», но как известно – «лекгий путь – лживый». Действите определяет противодействие.
НОВЫЕ ВЫЗОВЫ И НОВЫЕ РЕШЕНИЯ: БЛАГОПОЛУЧИЕМ ПО ТЕРРОРИЗМУ
Пользуясь восточной философией нужно в плохом стараться понять основу хорошего. Что хорошего может быть в войне? Только одно – приобретение нового опыта решения столь серьезных проблем. Более того, решая проблемы Кавказа можно попытаться научиться решать и проблемы общие для всей России: нищеты духа и коррупции.
Суть подхода проста: если мы не можем сразу сдалать богатой всю Россию, давайте начнем с Кавказа, поскольку это вопрос не только благополучия, но и безопасности.
События последних лет четко укладываются в тенденцию: террористы имеют поддержку в окружающих территориях. Следовательно, прежде чем преступить к республикам Кавказа, необходимо начать с ее окружения, отработать модель адресной государственной помощи и формирования гражданских обществ в местах проживания горцев - в тех регионах, где стабильность еще обеспечивается. Важно не только научиться формировать локальные гражданские сообщества, но и отработать технологию их быстрого и надежного строительства. Решив эти задачи на Кавказе развитие демократии и борьба с коррупцией станет реальностью как для самой многострадальной Чеченской республике, так и для всей России.
Целесообразно выделить два этапа:
1. наведение порядка в республиках Кавказа и ближего окружения (в этот период военное присуствие в “проблемных” республиках будет доминировать);
2. перенесение акцента действий и отработанных методов на Чеченскую республику и регионы остальной России (ситуация в Калмыкии, Бурятии, Сахалине и др. не многим лучше Кавказа).
Разделение политики на два этапа основывается на простой логике: перед тем как решать непосредственные проблемы Чеченской республики органам власти потребуется обеспечить надежный плацдарм в лице лояльных граждан окружающих автономий, гражданских сообществ местных жителей и надежно функционирующей государственной системы (в том числе и военной и правоохранительной).
ОТ ТЕОРИИ К ПРАКТИКЕ
Факт агрессии должен стать начальной точкой принятия новой концепции внутренней политики России, как на Кавказе, так и в целом в стране. Нужно признать, что мы находимся в состоянии войны. А раз так, то должны быть приняты адекватные меры. Для начала необходимо обозначить принципы новой государственной политике на Кавказе:
- борьба с нищетой духа: просвещение, идеология, пропаганда, религия. Здесь большую поддержку могут оказать примеры мужества и патриотизма, к числу которых нужно отнести Президента Ингушетии. Это ключевой фактор: пусть враги видят что есть люди, которых нельзя купить, что они готовы жертвовать своей жизнью ради принципов;
- борьба с бедностью и нищетой – устранение благоприятной среды для развития терроризма;
- акцент на гражданских действиях: из которых основными должны стать законодательный и информационный аспект;
- подчинение военных гражданским властям и сообществам;
- сделать максимальный упор на местное население – понимать его нужды, сделать максимально открытыми и подоотчетными действия государства со стороны гражданских сообществ (существующих и формирующихся) – формирование гражданского общества;
- государство должно признать свою неэффективность. В настоящее время оно физически не в состоянии обеспечить безопасност граждан, а значит надо честно предложить им адекватную компенсацию.
Далее потребуется изменение правового пространства. В военное время общество живет по другим законам. Но при этом, государство должно обозначить рамки, в которых оно будет действовать. Общегосударственные меры могут в себя включать:
- признание особого статуса антитеррористической войны;
- принятие комплекса законов и поправок, действующих в зоне антитеррористических военных действий и окружающих территориях (начиная от уголовного кодекса, заканчивая страхованием, информационной политикой, законом о государственной службе, антикоррупционными актами, налогообложением и пр.);
- определить зоны, на которых будут действовать законы. Разумным представляется выделить непосредственно зону возможных «военных действий»: Чеченскую республику и близлижайшие территории (Дагестан, Ингушетию, Северную Осетию, Кабардино-Балкарию, Адыгея, а также районы Ставропольского и Краснодарского края), «прифронтовую полосу» - области и районы в радусе 250-300 км.
- граждане России должны понимать, что военное время будет станет дополнительным бременем. За счет дополительных налогов начать формировать фонд «Военного времени».
Соответственно для каждой территории требуется свой план работ. Для территории «военных действий» это могут быть:
1. Изменение законодательства. Увеличение тяжести наказаний как за сами действия, связанные с террором (поддержкой и соучастием в терроризме), но и направленные на экстремизм, сепаратизм, национализм. Специально потребуется изменить тяжесть наказания для преступлений, связанных с коррупции. Меры могут быть крайне жесткими - вплоть до смертной казни. Это нормально в условиях военного времени. Но эти поправки могут распространяться за преступления, совершенные только в зоне «военных действий» и только по решению открытого суда.
a. издать новые законы (должны быть другие формы разработки и обсуждения);
b. начать широкомасштабную компанию против незаконных видов деятельности и доходов – это прекрасная среда для размножения коррупции;
c. особое внимание необходимо обратить на такие действия как: хулиганство с провакационным уклоном, хранение оружия, содействие террористам, разжигание национальной розни – все «невинные» в мирных условиях вещи, в том числе и распускание слухов и необъективное освещение событий (ложь), касающеся СМИ;
d. жестко караться должны незаконные действия военных и силовиков против гражданского населения: начиная от требований быть элементарно вежливыми, заканчивая применением высшей меры за мародерство и грабеж;
e. довести до населения новые законы и установить обратную связь;
f. возможно придется моделировать и новые способы разработки законов (коммерческие задания институтам и конаслтинговым фирмам).
2. Государственная поддержка и забота о жителях, которые на себе переносят тяготы войны. Действия государства должны быть направлены не столько на карание и обеспечение защиты военными мерами, но и на компенсацию потерь. Государство должно облагодетельствовать население зоны «военных действий»: лучшее образование (это особенно актуально для Кавказа и мусульманства), лучшая медицина (она к сожалению, как мы видим, бывает так необходима!), возможности для творческой самореализации и воспитания детей и пр. Должна повыситься эффективность и в ежедневных нуждах: дороги, мосты, общественные здания. Однако, помощь эта должна быть дозированная и адресная – при непорочности в отношении связей с боевиками и любыми незаконными видами деятельности (оружие, наркотики, проституция, спирт и пр.) или выполнения планов по «стройке» отдельно взятых гражданских обществ.
Ожидаемый результат: поддержка населения, некоторое улучшение жизни граждан, снижение уровня бедности, повышение уровня жизни. Возможно удастся сформировать «разность потенциалов» в Чеченской республике и окружении, чтобы население выдавило боевиков, лишило их поддержки.
a. льготное страхование жизни и имущества;
b. содействие предпринимательским проектам (целевое льготное кредитование производств, что не означает безвозвратных государственных дотаций);
c. содействие в переселении из зоны войны или прифронтовой полосы;
d. создание рабочих мест, открытие производств.
3. масштабная борьба с коррупцией
a. жесткие наказания за превышение служебных полномочий, коррупцию, взяточничество (допустим – в России за какое-то преступление дают 5 лет, в «зоне войны» - 10, «прифронтовой полосе» - 7);
b. например, декларирование доходов (при этом в зоне «военных действий» запретить покупки по займам, подарки – только на заработную плату – если крупная покупка не подтверждается декларированм доходом разница изымается в доход государства) – либеральные ценности реализуйте в мирное время;
c. высокая официальная заработная плата госслужащих (в том числе и за риск, поскольку объектами террора часто становятся руководители гос. органов);
d. увеличение доли государственных служащих (именно – служащих, а не владельцев гос. функций). Это происходить может за счет работы по совместительству – например в области безопасности: «днем работаю, но если что – готов взять автомат и защищать свое село – за это я получаю заработную плату». Фактически в некоторых республиках дело обстоит именно таким образом, но сейчас гражданам никто не доплачиает, а оружие они хранят незаконно. К тому же это нужно для повышения благосостояния и лояльности граждан и росту «разности потенциалов»;
Ожидаемый результат: надежная реализациия государственных функций, контроль в распоряжении финансовых средств, ощутимое повышение уровня жизни, обратная связь с населением.
4. Органы власти.
a. советы старейшин из лиц проживающих (прописанных) на данной территории из известных людей, руководителей предприятий, уважаемых и пр.. Это будет работать при абсолютной прозрачности выбора в эти органы. «Перекупать» эти выборы не имеет смысла: слишком широким окажется круг лиц и слишком незначительны вопросы;
b. развитие гражданского общества: «местные советы», клубы, некоммерческие организации. Здесь даже развлекательные мероприятия должны организовываться особо тщательно, поскольку могут нести “антитеррористический” смысл.
5. борьба за умы - ликвидация «душевной пустоты и нищеты, новая идеология.
a. пропаганда «особого военного времени»;
b. специальные меры по работе с религиозными организациями;
c. развитие прессы (вопрос с прессой – очень проблемный сам по себе. Западные общественники исходят из множественноси мнений как основы получения объективности, но есть и другой аспект – при множественности труднее контроль со стороны государства здесь опять «два варианта» если в государстве «честные люди», то они могут контролировать «честно», а если наоборот – то плохо);
d. контроль прессы – общественный. Например таким образом: общественность в лице «совета старейшин» контролирует информацию и высказывает мнение о том, насколько объективно были представлены новости. При этом за множественные искажения и тенденциозность через государственные комитеты по контролю «совет старейшин» может ходотайствовать о запрете аккредитации и работы журналистов, представляющих сведения необъективно);
e. повышение образовательного уровня;
f. пропаганда спорта, физической культуры, здорового образа жизни, просвещения;
g. контроль за прессой.
6. Попытки построения гражданского общества.
a. поддержка любых форм работы с населением: советы старейшин, народный контроль, отчетность государственных органов и должностных лиц и пр.;
b. развитие прессы;
c. формирование клубов и некоммерческих организаций.
Для территории «прифронтовой полосы» и «тыла» могут быть приняты некоторые поправки, которые также направлены на увеличение тяжести наказания за преступления, связанные с терроризмом, экстремизмом, национализмом и сепаратизмом, а также направленные на борьбу с коррупцией.

С уважением,

Пигмеи массово произрастают в тепличных условиях. А еще они хорошо плодятся в условиях затхлости и гнили. Опасность тепличных условий и застоя, могла бы разъяснить этика – как наука объясняющая механизм морали и воли. Но она пока на это не способна. Причины таковы: слабость науки определяет маленькую практическую ценность этики. При том, что только этика может в 21-м веке претендовать на роль двигателя прорывов и подвигов в изменении общества в котором мы живем.
1. Пигмеи в науке. Кроме бедности научных организаций и разобщенности сообщества требуется обратить внимание на низкий волевой потенциал средней массы работников научной сферы. Если отнять потенциал выдающихся деятелей науки (которые занимаются ею вопреки здравому смыслу), то общий уровень потенциала будет еще ниже.
Такое положение определено двумя обстоятельствами:
а) часто в науку и преподавательскую деятельность уходят люди, которые не смогли реализовать себя на практике, в бизнесе и в производстве. Их энергетика и лидерские качества не высоки.
б) в науку иногда идут нестандартные (а, иногда и ущербные) личности. Их мотивацией (это касается, прежде всего, гуманитарных дисциплин) является стремление повысить собственную самооценку. Однако это делается не за счет плодотворной работы и новых открытий, а, зачастую, за счет раздувания мнения о себе, которое происходит при унижении людей, находящихся в зависимости от научного работника (преподавателя): студентов и аспирантов. В итоге получается, что значительная часть научных работников состоит из неудачников, живущих по принципу «Зачем изучать то, что можно игнорировать».
Дефицит масштабных личностей является огромной проблемой для науки («в очень малом числе встречаются люди»). Для изменения ситуации в эти две жизненно важные для общества сферы: науку и педагогику, требуется привлечь энергичных и волевых людей, обладающими лидерскими качествами. Без этого прогресса в науке достичь будет невозможно. Для улучшения ситуации государство должно изменить свои приоритеты не только в финансировании, но и в способах управления наукой.
2. Пигмеи занимаются исследованием этики. Мы знаем мир, который нас окружает, но не знаем мир внутри нас самих. Это проблема актуальна не только российской науки, но и мировой. Наиболее выпукло проблемы науки виды на примере этики.
Практическая значимость этой науки равна нулю. Есть несколько признаков:
– отсутствие единого, общепринятого понятийного аппарата. Основные категории в разных учебниках определяются по разному. Многие определены крайне обобщенно, что затрудняет соотнесение с реальными явлениями.
– невнятная методология. Не определен предмет этики. Методом науки преимущественно является сопоставление и «усреднение» прорывных работ гениальных исследователей: Лао-Цзы, Аристотеля, Канта и пр.. Преемственность между исследователями низкая, они работают в разных плоскостях. По этой причине в современной морали мы руководствуемся не результатами теоретических исследований, а мифами, притчами, баснями и анекдотами. Нужно отметить, что миф, образно передает как надо или не надо действовать, но не раскрывает причин. («Не чуем страны»).
В результате этика не имеет практического приложения, отсутствуют возможности построения достоверных прогнозов, игнорируются наиболее значимые явления. Предметом этики должны стать условия и предпосылки возникновения геноцида, войн и революций (как явлений, приводящих к наиболее масштабным социальным потерям: человеческим жертвам, национальным психологическим травмам и утратам культурных ценностей). Эти явления наиболее осуждаемы с моральной точки зрения, они ведут к возникновению максимальных социальных рисков. Вместо этого изучается деловая этика (которая часто приравнивается к этикету), биоэтика, экология и пр. Все изобретения направлены на повышение уровня комфорта. Но это – тупик.
Обращение к социальной и гуманитарной тематике крайне актуально для современной науки. Можно с уверенностью утверждать, что основные научные достижения в XXI-м веке будут совершены в этике. Ее удел – стать универсальной, междисциплинарной наукой. Что может быть важнее для государства, чем оптимизация социального устройства? Этика должна совершить решающую работу в разработке новой общественной доктрины. Человечеством методом «проб и ошибок» были найдены этико-идеологические системы, которые своим существованием доказали жизнеспособность:
a. конфуцианство и даосизм (в последствии, объединившиеся с буддизмом);
b. христианство (Рим, Византия, православие);
c. мораль кочевых народов;
d. мусульманство;
e. коммунизм;
f. демократия (США, Западная Европа).
Эти идеи сформировали базовые платформы морали (которые также имеют тенденцию устаревать). Однако, глобализация человечества ставит задачей формирование новой концепции, которая обобщит и универсализирует большую часть позитивного из этих систем. Работа в этом направлении – приоритет государства. Это важно еще и потому, что государство, которое имеет твердые убеждения и духовное лидерство, всегда будет привлекательно в качестве союзника и партнера.

3. Применение этических выводов на практике.
Если покопаться в этических трудах поглубже, то все-таки можно определить некоторые универсальные принципы морали (общие для разных философских систем, религий, народов и времен), которые действуют во всех других областях: политике, экономике, науке. Одним из таких принципов является «волевого (пассионарного) импульса». Его можно сформулировать так: «расслабляющее действие ведет к хаосу (упадку), а волевое усилие – фактор иерархии и упорядочивания (систематизации)».
Этот тезис всегда был близок русской национальной идее. Россия часто (не всегда последовательно) в истории выступала с позиций морального партнера (“сильной воли”). Это политика реальной помощи, честности в отношениях, отказа от двойных стандартов, лжи. Это также отказ от спекуляций, поиска выгод основанных на нуждах и естественных потребностях людей. Это политика авторитета. (“Правая рука не знает, что делает левая”, “Делай добро и бросай его в море” и пр.)

Русские действительно всегда стремились дать другим странам и народам “что-то очень важное”. Что самое важное есть у нас? Это культура “не паразитического” существования (культура «сильного духа »). Иными словами для русского человека характерно сострадание, не желание спекулировать, честность и открытость. К этому нас обязывают объективные реальности: многонациональность, климат, пространства. В нашем случае любая дискриминация по национальному признаку поставила бы жирную точку на русском этносе. Историческая роль России на Кавказе, на Балканах, в Сибири и на Дальнем Востоке является подтверждением этого. Россия сделала Кавказ более цивилизованным. То же самое - пример завоевания Сибири и Дальнего Востока. Да, не все было идеально. Но приятно отметить, что способы присоединения территорий Российской империей существенно отличались от географических приобретений других правительств того времени (резервации для индейцев в Америке и рабовладельческие колонии в Африке). Реализация моральной политики - это распространение высоких моральных принципов (и соответствие им), основанных на самоуважении и достоинстве, а не на страхе и материальных благах.

Имеет ли этот вывод какое-то применение на практике? На мой взгляд – да, и в глобальном масштабе. На пример, в сфере геополитики – в выборе союзников и партнеров среди стран. Экономическая зависимость и военная помощь являются мощными средствами управления - не зря они остаются самыми популярными методами геополитики на протяжении всей истории человечества. Но эти способы являются «разлагающими» прежде всего, потому что империя (сверхдержава) попадает в зависимость от самой себя, от своих принципов. В итоге, принуждение к союзничеству не может стать основой: давление на партнеров становится все больше, а они становятся все менее надежными (в том числе и в результате внутреннего «разлгающего» влияния – взятки, материальные выгоды).
Более надежным способом действий в мире представляется иной способ управления – моральное и культурное влияние (не исключая военной и экономической составляющей). Для этого нужно найти подходящих партнеров, которые ценят поддержку и разделяют моральные принципы. Такой порядок надежнее, потому что жизненные принципы могут быть дороже жизни, а экономические выгоды и страх - нет.

4. Экономическое выражение морали на примере предприятия. Как менеджер я обращал внимание на то, что уровень оплаты в фирмах на одних и тех же должностях может очень различаться - на 30-40%. При этом бывало так, что сотрудники фирмы, где платят ниже, работают с большей эффективностью, ответственностью и инициативой. В чем дело? Это работает идеология и максимально используется моральный фактор. Часто руководители “богатых” компаний (такие фирмы среди наемных работников именуются “гнилыми конторами”), не стеснены в средствах. Здесь не видят необходимости не только в “тонкой настройке”, но и в соблюдении элементарных моральных правил. Это значит, что моральным аспектам уделяется недостаточно внимания. В “богатой” фирме моральный климат чаще всего неблагополучен: пышным цветом цветут интриги; оплата труда неадекватна затратам; распространено “своячество” и “родствинечество” (многие наши госкорпорации и почти все органы государственного управления в этом смысле - “гнилые конторы”). Эти обстоятельства приводят к тому, что вознаграждение определяется не по реальным успехам, а по степени близости к руководству. Энергичному, деловому человеку душно в такой атмосфере. Здесь нужно постоянно унижаться и прогибаться не только ради получения прибавки к окладу или продвижения по службе, а просто чтобы не уволили.
Противоположностью такого типа предприятий являются компании, где значение морального фактора имеет большой вес в принятии управленческих решений (не всегда осознанно). В этих фирмах оклады небольшие, но распределяются они крайне скрупулезно - пропорционально вкладу в общий результат. В итоге такие компании привлекательны для потенциальных кандидатов тем, что здесь заняты реальными профессиональными вопросами, а не интригами, лицемерием и ложью. То есть, на уровне экономических субъектов уровень “моральности” компании выступает в качестве экономического блага. В экономическом выражении стоимость его весьма существенна: человек готов на 25-30% получать меньше, но работать в команде, а не в “гадюшнике”.
С уважением,

ТЕРРОРИЗМ И КОРРУПЦИЯ В ОБРАМЛЕНИИ ГЕОПОЛИТИКИ
Проблема терроризма есть следствие двух вещей: внутренней коррупции (она же нищета духа) и геополитики (где таже нищета присутствует в двойных стандартах). В геополитику углубляться не будем – это внешний, неконтролируемый фактор. Отметим лишь, одно важное обстоятельство: реакция западной прессы – наших «партнеров» остается не конструктивной.
России давно брошен вызов, но не столько террористами, сколько недостаточно эффективной системой внутреннего государственного управления. Взятки создают реальную угрозу национальной безопасности. Тем обиднее соглашаться с «вражьими языками», утверждающих, что проблема лежит внутри нас. Мы должны признать, что не умеем эффективно управлять. Ведь террористы – это продукт также и нашей коррупции. Наличие внешних сил, которые пользуются нашей слабостью является не более чем объективная реальность. Это накладывает на нас обязательства научиться управлять – не только, для того чтобы прекратить принесение невинных в жертву террору, но и просто чтобы выжить как нация, защитить свою территорию.
И в правалах геополитики, и в коррупции есть общее начало: нищета духа, слабые волевые качества. Начинать нужно отсюда. А пока в действиях властей не заметно серьезных подвижек в направлении понимания этих явлений.
МНОГОПОЛЯРНАЯ ВОЙНА
Отправной точкой, должно стать признание положения вещей – мы находимся в состоянии многополярной войны и сетевой интервенции (основанных на совпадении интересов нескольких образований – государственных, террористических, религиозных).
Зона военных действий – Кавказ. Прилегающие области – прифронтовые территории и ближайшие тылы. Цели войны ясны: в мире есть силы, которым не нужна Россия. Идет борьба за расширение зон влияния. Это агрессия относительно нового формата, которая харктерна тем, что:
1. это война без объявления, без четкой линии фронта и локализации;
2. основной объект агрессии - мирное население, гражданские объекты;
3. принципами войны является информационное давление и идеологические меры (им нужно «больше шума» и больше страха);
4. эта война не на годы, а на поколения. То есть, жертвы, которые уже понесены являются лишь малой частью будущих жертв. Молниеносной победы, как и победы в одно действие в такой войне не может быть по определению.
5. источники агрессии четко не определены (не явны и не очевидны) и множественны, а интервенция имеет сетевую структуру;
6. центры агрессии разнородны и могут быть слабо связаны друг с другом.
Эти объективные обстоятельства приводят к выводу, что подобную войну невозможно выиграть только военными действиями, недостаточно и политических решений - нужна поддержка гражданского общества и населения. Раз воюют против мирного населения, то и воевать возможно с помощью гражданских лиц и мер невоенного характера. Спектр политических решений чрезвычайно широк.
При этом, необходимо понимать, что и «новые» антитеррористические способы борьбы - выплата за вознаграждения за информацию о террористах и «превентивные меры» могут быть лишь временными и тактическими мерами (до тех пор, пока не подрастут дети «превентивно» и без законного основания устраненные террористов). «Превентивные меры» - это не панацея (Афганистан и Ирак). Такие меры дадут лишь небольшую временную передышку, которую можно использовать попытавшись решить проблему по существу. Конечно, решение реальных проблем не так зрелищно, как демонстрации трупов террористов и «превентивные удары», но как известно – «лекгий путь – лживый». Действите определяет противодействие.
НОВЫЕ ВЫЗОВЫ И НОВЫЕ РЕШЕНИЯ: БЛАГОПОЛУЧИЕМ ПО ТЕРРОРИЗМУ
Пользуясь восточной философией нужно в плохом стараться понять основу хорошего. Что хорошего может быть в войне? Только одно – приобретение нового опыта решения столь серьезных проблем. Более того, решая проблемы Кавказа можно попытаться научиться решать и проблемы общие для всей России: нищеты духа и коррупции.
Суть подхода проста: если мы не можем сразу сдалать богатой всю Россию, давайте начнем с Кавказа, поскольку это вопрос не только благополучия, но и безопасности.
События последних лет четко укладываются в тенденцию: террористы имеют поддержку в окружающих территориях. Следовательно, прежде чем преступить к республикам Кавказа, необходимо начать с ее окружения, отработать модель адресной государственной помощи и формирования гражданских обществ в местах проживания горцев - в тех регионах, где стабильность еще обеспечивается. Важно не только научиться формировать локальные гражданские сообщества, но и отработать технологию их быстрого и надежного строительства. Решив эти задачи на Кавказе развитие демократии и борьба с коррупцией станет реальностью как для самой многострадальной Чеченской республике, так и для всей России.
Целесообразно выделить два этапа:
1. наведение порядка в республиках Кавказа и ближего окружения (в этот период военное присуствие в “проблемных” республиках будет доминировать);
2. перенесение акцента действий и отработанных методов на Чеченскую республику и регионы остальной России (ситуация в Калмыкии, Бурятии, Сахалине и др. не многим лучше Кавказа).
Разделение политики на два этапа основывается на простой логике: перед тем как решать непосредственные проблемы Чеченской республики органам власти потребуется обеспечить надежный плацдарм в лице лояльных граждан окружающих автономий, гражданских сообществ местных жителей и надежно функционирующей государственной системы (в том числе и военной и правоохранительной).
ОТ ТЕОРИИ К ПРАКТИКЕ
Факт агрессии должен стать начальной точкой принятия новой концепции внутренней политики России, как на Кавказе, так и в целом в стране. Нужно признать, что мы находимся в состоянии войны. А раз так, то должны быть приняты адекватные меры. Для начала необходимо обозначить принципы новой государственной политике на Кавказе:
- борьба с нищетой духа: просвещение, идеология, пропаганда, религия. Здесь большую поддержку могут оказать примеры мужества и патриотизма, к числу которых нужно отнести Президента Ингушетии. Это ключевой фактор: пусть враги видят что есть люди, которых нельзя купить, что они готовы жертвовать своей жизнью ради принципов;
- борьба с бедностью и нищетой – устранение благоприятной среды для развития терроризма;
- акцент на гражданских действиях: из которых основными должны стать законодательный и информационный аспект;
- подчинение военных гражданским властям и сообществам;
- сделать максимальный упор на местное население – понимать его нужды, сделать максимально открытыми и подоотчетными действия государства со стороны гражданских сообществ (существующих и формирующихся) – формирование гражданского общества;
- государство должно признать свою неэффективность. В настоящее время оно физически не в состоянии обеспечить безопасност граждан, а значит надо честно предложить им адекватную компенсацию.
Далее потребуется изменение правового пространства. В военное время общество живет по другим законам. Но при этом, государство должно обозначить рамки, в которых оно будет действовать. Общегосударственные меры могут в себя включать:
- признание особого статуса антитеррористической войны;
- принятие комплекса законов и поправок, действующих в зоне антитеррористических военных действий и окружающих территориях (начиная от уголовного кодекса, заканчивая страхованием, информационной политикой, законом о государственной службе, антикоррупционными актами, налогообложением и пр.);
- определить зоны, на которых будут действовать законы. Разумным представляется выделить непосредственно зону возможных «военных действий»: Чеченскую республику и близлижайшие территории (Дагестан, Ингушетию, Северную Осетию, Кабардино-Балкарию, Адыгея, а также районы Ставропольского и Краснодарского края), «прифронтовую полосу» - области и районы в радусе 250-300 км.
- граждане России должны понимать, что военное время будет станет дополнительным бременем. За счет дополительных налогов начать формировать фонд «Военного времени».
Соответственно для каждой территории требуется свой план работ. Для территории «военных действий» это могут быть:
1. Изменение законодательства. Увеличение тяжести наказаний как за сами действия, связанные с террором (поддержкой и соучастием в терроризме), но и направленные на экстремизм, сепаратизм, национализм. Специально потребуется изменить тяжесть наказания для преступлений, связанных с коррупции. Меры могут быть крайне жесткими - вплоть до смертной казни. Это нормально в условиях военного времени. Но эти поправки могут распространяться за преступления, совершенные только в зоне «военных действий» и только по решению открытого суда.
a. издать новые законы (должны быть другие формы разработки и обсуждения);
b. начать широкомасштабную компанию против незаконных видов деятельности и доходов – это прекрасная среда для размножения коррупции;
c. особое внимание необходимо обратить на такие действия как: хулиганство с провакационным уклоном, хранение оружия, содействие террористам, разжигание национальной розни – все «невинные» в мирных условиях вещи, в том числе и распускание слухов и необъективное освещение событий (ложь), касающеся СМИ;
d. жестко караться должны незаконные действия военных и силовиков против гражданского населения: начиная от требований быть элементарно вежливыми, заканчивая применением высшей меры за мародерство и грабеж;
e. довести до населения новые законы и установить обратную связь;
f. возможно придется моделировать и новые способы разработки законов (коммерческие задания институтам и конаслтинговым фирмам).
2. Государственная поддержка и забота о жителях, которые на себе переносят тяготы войны. Действия государства должны быть направлены не столько на карание и обеспечение защиты военными мерами, но и на компенсацию потерь. Государство должно облагодетельствовать население зоны «военных действий»: лучшее образование (это особенно актуально для Кавказа и мусульманства), лучшая медицина (она к сожалению, как мы видим, бывает так необходима!), возможности для творческой самореализации и воспитания детей и пр. Должна повыситься эффективность и в ежедневных нуждах: дороги, мосты, общественные здания. Однако, помощь эта должна быть дозированная и адресная – при непорочности в отношении связей с боевиками и любыми незаконными видами деятельности (оружие, наркотики, проституция, спирт и пр.) или выполнения планов по «стройке» отдельно взятых гражданских обществ.
Ожидаемый результат: поддержка населения, некоторое улучшение жизни граждан, снижение уровня бедности, повышение уровня жизни. Возможно удастся сформировать «разность потенциалов» в Чеченской республике и окружении, чтобы население выдавило боевиков, лишило их поддержки.
a. льготное страхование жизни и имущества;
b. содействие предпринимательским проектам (целевое льготное кредитование производств, что не означает безвозвратных государственных дотаций);
c. содействие в переселении из зоны войны или прифронтовой полосы;
d. создание рабочих мест, открытие производств.
3. Масштабная борьба с коррупцией
a. жесткие наказания за превышение служебных полномочий, коррупцию, взяточничество (допустим – в России за какое-то преступление дают 5 лет, в «зоне войны» - 10, «прифронтовой полосе» - 7);
b. например, декларирование доходов (при этом в зоне «военных действий» запретить покупки по займам, подарки – только на заработную плату – если крупная покупка не подтверждается декларированм доходом разница изымается в доход государства) – либеральные ценности реализуйте в мирное время;
c. высокая официальная заработная плата госслужащих (в том числе и за риск, поскольку объектами террора часто становятся руководители гос. органов);
d. увеличение доли государственных служащих (именно – служащих, а не владельцев гос. функций). Это происходить может за счет работы по совместительству – например в области безопасности: «днем работаю, но если что – готов взять автомат и защищать свое село – за это я получаю заработную плату». Фактически в некоторых республиках дело обстоит именно таким образом, но сейчас гражданам никто не доплачиает, а оружие они хранят незаконно. К тому же это нужно для повышения благосостояния и лояльности граждан и росту «разности потенциалов»;
Ожидаемый результат: надежная реализациия государственных функций, контроль в распоряжении финансовых средств, ощутимое повышение уровня жизни, обратная связь с населением.
4. Органы власти.
a. советы старейшин из лиц проживающих (прописанных) на данной территории из известных людей, руководителей предприятий, уважаемых и пр.. Это будет работать при абсолютной прозрачности выбора в эти органы. «Перекупать» эти выборы не имеет смысла: слишком широким окажется круг лиц и слишком незначительны вопросы;
b. развитие гражданского общества: «местные советы», клубы, некоммерческие организации. Здесь даже развлекательные мероприятия должны организовываться особо тщательно, поскольку могут нести “антитеррористический” смысл.
5. Борьба за умы - ликвидация «душевной пустоты и нищеты, новая идеология.
a. пропаганда «особого военного времени»;
b. специальные меры по работе с религиозными организациями;
c. развитие прессы (вопрос с прессой – очень проблемный сам по себе. Западные общественники исходят из множественноси мнений как основы получения объективности, но есть и другой аспект – при множественности труднее контроль со стороны государства здесь опять «два варианта» если в государстве «честные люди», то они могут контролировать «честно», а если наоборот – то плохо);
d. контроль прессы – общественный. Например таким образом: общественность в лице «совета старейшин» контролирует информацию и высказывает мнение о том, насколько объективно были представлены новости. При этом за множественные искажения и тенденциозность через государственные комитеты по контролю «совет старейшин» может ходотайствовать о запрете аккредитации и работы журналистов, представляющих сведения необъективно);
e. повышение образовательного уровня;
f. пропаганда спорта, физической культуры, здорового образа жизни, просвещения;
g. контроль за прессой.
6. Попытки построения гражданского общества.
a. поддержка любых форм работы с населением: советы старейшин, народный контроль, отчетность государственных органов и должностных лиц и пр.;
b. развитие прессы;
c. формирование клубов и некоммерческих организаций.
Для территории «прифронтовой полосы» и «тыла» могут быть приняты некоторые поправки, которые также направлены на увеличение тяжести наказания за преступления, связанные с терроризмом, экстремизмом, национализмом и сепаратизмом, а также направленные на борьбу с коррупцией.

При том, что количественное прогнознирование в настоящее время затруднено, есть возможность содержательного анализа процессов в экономике РФ.
К БАЗОВЫМ ТЕНДЕНЦИЯМ, которые четко просматриваются можно отнести:
1. «Дорогие» деньги
Одним из важнейших последствий кризиса становится сокращение возможностей привлечения внешнего финансирования, значительное удорожание стоимости заимствования и ужесточение условий. Важным обстоятельством также станет падение доверия со стороны инвесторов к различным производным («деривативным») способам инвестиций, которым они предпочтут вложения в понятные и проверенные активы: валюта, золото, земля.
2. Сжатие рынков
Наиболее неблагоприятной тенденцией 2009г. станет снижение продаж во всех отраслях промышленности. Наиболее существенно спад затронет металлургию, химию, строительство, энергетику, тяжелое машиностроение.
Предполагается две волны спада: снижение продаж, вызванное падением объемов экспорта, сдуванием «пузыря» в строительстве, ужесточением кредитования, перепроизводством зерновых. Следующая волна является итогом сужения спроса, увеличением безработицы, паническими настроениями, банкротствами.
3. Действие неопределенности, паники, спекуляций
Мировой экономический кризис неизбежно вызовет перестройку архитектуры мировой экономики. Непредсказуемость этих процессов увеличивает меру неопределенности, в условиях которой придется принимать решения экономическим агентам. Любой кризис характеризуется явлениями психологического порядка. Под действием кризиса в бизнес сообществе активизируются такие модели поведения, как паника, спекуляции, взаимное снижение доверия экономических агентов. Это является дополнительным дестабилизирующим фактором, который должен учитываться экономическими агентами при принятии решений.
4. «Национализация» экономики
В 2009г. важнейшим фактором, определяющим положение дел в экономике РФ, может стать усиление участия государства в экономических процессах. Это определяется экономической целесообразностью поддержки рынков. «Национализация» экономики будет иметь три аспекта: а) неизбежно усиление прямого участия государства в экономике (гос. заказ), б) национализация предприятий, в) передел собственности в пользу государственных служащих.
ФАЗЫ КРИЗИСА:
1. «Неуправляемый спад» (уже прошли)- спекулятивно-паническая фаза. Сокращение оборотных средств за счет изъятия кредитных средств. Снижение продаж. В этот период происходит наиболее существенный спада экспорта. с наложением отрицательных эффектов от «сдувания пузыря» и влияния сезонности в строительстве, перепроизводства и сезонности в сельском хозяйстве. Спад деловой активности в среднем 25%, в отдельных отраслях до 50%. Период: 3-4 мес. (сентябрь-декабрь 2008г.).
2. «Принцип домино». Действуют последствия 1 фазы – сокращение в тех отраслях, которые не имели экономических предпосылок к кризису: торговля, промышленность и машиностроение для внутреннего рынка, строительные материалы (для ЖКХ), логистика. Спад происходит, в том числе и по причине неопределенности стоимости факторов производства, ужесточения и удорожания условий привлечения кредитных средств, сокращение возможности планировать выпуск продукции. Спад деловой активности в среднем 10%. Период: 4 мес. (январь-апрель 2009г.) Факторы: ужесточение кредитования, безработица, банкротства, паника, ажиотаж, неопределенность.
3. «Дно». Максимальный спад, критическое сокращение экономической активности всех агентов. Здесь дальнейший спад останавливается. В это же время заканчивается период неопределенности. Период: 4 мес. (май-август 2009г.).
4. «Оживление». До конца 2009г. не более чем на 75-80% от докризисного уровня. Период: 6 – 10 мес. (сентябрь 2009 – февраль 2010). Отдельные виды экономической активности оживляются.
5. «Восстановление». Период восстановления деловой активности и производства до 100% от докризисного уровня. Будет в значительной мере зависеть от действия государства. Период: 10-12 мес. (февраль 2010 – декабрь 2010).
ГЕОГРАФИЯ КРИЗИСА
Кризис более всего поразит центры с наиболее высокой деловой активностью. Получается так, что предкризисный рост в большой мере основывался на спекулятивных составляющих: «дешевых» деньгах, фондовом рынке, операциях на недвижимости, неэффективном посредничестве. Эти виды деятельности концентрировались в деловых центрах страны: Москва, С.-Петербург, Екатеринбург, Ростов и пр. Именно на эти города придется основной удар кризиса. По мере удаления от центра влияние спада будет убывать.
В качестве показателя, характеризующего спад деловой активности можно взять стоимость одного квадратного метра жилой недвижимости в городах. Предполагается, что цена за 1 м.кв. в 2009г снизится от 10 до 40%. В среднем (взвешенный относительно объемов) в целом по стране снижение стоимости недвижимости может составить 30-35%.
СЦЕНАРИИ РАЗВИТИЯ КРИЗИСА
В целом можно предположить два сценария развития кризисной ситуации в экономике России по выделенным выше фазам и длительности периода «Оживление»: «оптимистичный» и «пессимистичный». Их основное различие будет заключаться в глубине спада экономики по указанным фазам и дальнейшем выходе из кризиса. Ключевым фактором является политика государства.
Здесь можно сделать несколько наблюдений:
1. Государство имеет определенный запас прочности, чтобы не повышать налоговую нагрузку на экономику, смягчить последствия кризиса для отдельных категорий предприятий и граждан.
2. Правительство не успеет задействовать комплекс мер для спасения экономики в течение 2009г.
3. Действия Правительства в период октябрь-декабрь 2008г. демонстрируют определенный уровень «вменяемости» и «адекватности».
Оптимистичный сценарий, по мнению авторов, прогноза возможен при максимально активном участии государства в преодолении последствий кризиса для национальной экономики. Как уже указывалось ранее, такое участие возможно через активизацию системы государственных заказов, соразмерное и необходимое регулирование финансовой системы для ее скорейшего восстановления и повышения эффективности, запуск инфраструктурных проектов, содействие научно-исследовательским (инновационным) работам, повышение эффективности государственного управления в целом.
В период кризиса экономика будет чрезвычайно чувствительна, в том числе и к некорректному вмешательству. Здесь нужно отметить два аспекта:
- неопределенность: в условиях кризиса невозможно точно предсказать последствия тех или иных мер, предпринимаемых государством. Возможны ошибочные решения, которые будут иметь негативные последствия;
- «квазинационализация»: нельзя сбрасывать со счетов увеличение коррупционной составляющей, которое будет основано на зависимости компаний от государственной поддержки. Для фирм, которые находятся в наиболее сложном положении, это может означать существенные изменения в составе владельцев.
C уважением,

«Газовые события» наводят на три мысли:
1. Битва за Украину началась (Участники США, Россия, ЕС) . Последствия пока трудно прогнозировать. Россия правильно сделает, если «упрется рогом» и откажется поставлять газ бесплатно, не взирая на:
- давление ЕС,
- падение валютной выручки,
- ухудшение отношений с европейскими партнерами (хуже всего, что большая часть из них – дружественные нам страны).
2. США в выигрыше: Россия и Украина сильно поссорились, кризис в отношениях нарастает. Может поменяться отношение к России наших надежных союзников: Болгарии, Словакии, Греции. Очень неприятным результатом «газовой войны» станет резкое увеличение социальной напряженности на Украине (мы убедились, что у США эта технология отточена). В условиях «мутной воды» на Украине будет проще всего манипулировать политической ситуацией. Весьма вероятен сценарий нового майдана или просто, - военного переворота «третьей силы» (афиллированной с США). Куда вывезет кривая неизвестно.
3. Вероятность серьезного кризиса внутри ЕС увеличивается. Для ЕС настал момент истины. Теперь станет очевидным, какие цели для ЕС более важные: материальное благосостояние членов или политические амбиции. Пока очевидно, что поддерживая воровство Украины, ЕС предает своих членов. Это добавляет новый вектор разлома в ЕС. Раньше линия конфликта проходила между «добропорядочными» членами ЕС и «младоевропейцами» . Теперь здесь проявилась новая ось разлома: страны, дружественные России (славянские, балканские страны) и прочие.
С уважением,

«Газовые события» наводят на три мысли:
1. Битва за Украину началась (Участники США, Россия, ЕС) . Последствия пока трудно прогнозировать. Россия правильно сделает, если «упрется рогом» и откажется поставлять газ бесплатно, не взирая на:
- давление ЕС,
- падение валютной выручки,
- ухудшение отношений с европейскими партнерами (хуже всего, что большая часть из них – дружественные нам страны).
2. США в выигрыше: Россия и Украина сильно поссорились, кризис в отношениях нарастает. Может поменяться отношение к России наших надежных союзников: Болгарии, Словакии, Греции. Очень неприятным результатом «газовой войны» станет резкое увеличение социальной напряженности на Украине (мы убедились, что у США эта технология отточена). В условиях «мутной воды» на Украине будет проще всего манипулировать политической ситуацией. Весьма вероятен сценарий нового майдана или просто, - военного переворота «третьей силы» (афиллированной с США). Куда вывезет кривая неизвестно.
3. Вероятность серьезного кризиса внутри ЕС увеличивается. Для ЕС настал момент истины. Теперь станет очевидным, какие цели для ЕС более важные: материальное благосостояние членов или политические амбиции. Пока очевидно, что поддерживая воровство Украины, ЕС предает своих членов. Это добавляет новый вектор разлома в ЕС. Раньше линия конфликта проходила между «добропорядочными» членами ЕС и «младоевропейцами» . Теперь здесь проявилась новая ось разлома: страны, дружественные России (славянские, балканские страны) и прочие.
С уважением,

«Газовые события» наводят на три мысли:
1. Битва за Украину началась (Участники США, Россия, ЕС) . Последствия пока трудно прогнозировать. Россия правильно сделает, если «упрется рогом» и откажется поставлять газ бесплатно, не взирая на:
- давление ЕС,
- падение валютной выручки,
- ухудшение отношений с европейскими партнерами (хуже всего, что большая часть из них – дружественные нам страны).
2. США в выигрыше: Россия и Украина сильно поссорились, кризис в отношениях нарастает. Может поменяться отношение к России наших надежных союзников: Болгарии, Словакии, Греции. Очень неприятным результатом «газовой войны» станет резкое увеличение социальной напряженности на Украине (мы убедились, что у США эта технология отточена). В условиях «мутной воды» на Украине будет проще всего манипулировать политической ситуацией. Весьма вероятен сценарий нового майдана или просто, - военного переворота «третьей силы» (афиллированной с США). Куда вывезет кривая неизвестно.
3. Вероятность серьезного кризиса внутри ЕС увеличивается. Для ЕС настал момент истины. Теперь станет очевидным, какие цели для ЕС более важные: материальное благосостояние членов или политические амбиции. Пока очевидно, что поддерживая воровство Украины, ЕС предает своих членов. Это добавляет новый вектор разлома в ЕС. Раньше линия конфликта проходила между «добропорядочными» членами ЕС и «младоевропейцами» . Теперь здесь проявилась новая ось разлома: страны, дружественные России (славянские, балканские страны) и прочие.
С уважением,

«Газовые события» наводят на три мысли:
1. Битва за Украину началась (Участники США, Россия, ЕС) . Последствия пока трудно прогнозировать. Россия правильно сделает, если «упрется рогом» и откажется поставлять газ бесплатно, не взирая на:
- давление ЕС,
- падение валютной выручки,
- ухудшение отношений с европейскими партнерами (хуже всего, что большая часть из них – дружественные нам страны).
2. США в выигрыше: Россия и Украина сильно поссорились, кризис в отношениях нарастает. Может поменяться отношение к России наших надежных союзников: Болгарии, Словакии, Греции. Очень неприятным результатом «газовой войны» станет резкое увеличение социальной напряженности на Украине (мы убедились, что у США эта технология отточена). В условиях «мутной воды» на Украине будет проще всего манипулировать политической ситуацией. Весьма вероятен сценарий нового майдана или просто, - военного переворота «третьей силы» (афиллированной с США). Куда вывезет кривая неизвестно.
3. Вероятность серьезного кризиса внутри ЕС увеличивается. Для ЕС настал момент истины. Теперь станет очевидным, какие цели для ЕС более важные: материальное благосостояние членов или политические амбиции. Пока очевидно, что поддерживая воровство Украины, ЕС предает своих членов. Это добавляет новый вектор разлома в ЕС. Раньше линия конфликта проходила между «добропорядочными» членами ЕС и «младоевропейцами» . Теперь здесь проявилась новая ось разлома: страны, дружественные России (славянские, балканские страны) и прочие.
С уважением,

«Газовые события» наводят на три мысли:
1. Битва за Украину началась (Участники США, Россия, ЕС) . Последствия пока трудно прогнозировать. Россия правильно сделает, если «упрется рогом» и откажется поставлять газ бесплатно, не взирая на:
- давление ЕС,
- падение валютной выручки,
- ухудшение отношений с европейскими партнерами (хуже всего, что большая часть из них – дружественные нам страны).
2. США в выигрыше: Россия и Украина сильно поссорились, кризис в отношениях нарастает. Может поменяться отношение к России наших надежных союзников: Болгарии, Словакии, Греции. Очень неприятным результатом «газовой войны» станет резкое увеличение социальной напряженности на Украине (мы убедились, что у США эта технология отточена). В условиях «мутной воды» на Украине будет проще всего манипулировать политической ситуацией. Весьма вероятен сценарий нового майдана или просто, - военного переворота «третьей силы» (афиллированной с США). Куда вывезет кривая неизвестно.
3. Вероятность серьезного кризиса внутри ЕС увеличивается. Для ЕС настал момент истины. Теперь станет очевидным, какие цели для ЕС более важные: материальное благосостояние членов или политические амбиции. Пока очевидно, что поддерживая воровство Украины, ЕС предает своих членов. Это добавляет новый вектор разлома в ЕС. Раньше линия конфликта проходила между «добропорядочными» членами ЕС и «младоевропейцами» . Теперь здесь проявилась новая ось разлома: страны, дружественные России (славянские, балканские страны) и прочие.
С уважением,

«Газовые события» наводят на три мысли:
1. Битва за Украину началась (Участники США, Россия, ЕС) . Последствия пока трудно прогнозировать. Россия правильно сделает, если «упрется рогом» и откажется поставлять газ бесплатно, не взирая на:
- давление ЕС,
- падение валютной выручки,
- ухудшение отношений с европейскими партнерами (хуже всего, что большая часть из них – дружественные нам страны).
2. США в выигрыше: Россия и Украина сильно поссорились, кризис в отношениях нарастает. Может поменяться отношение к России наших надежных союзников: Болгарии, Словакии, Греции. Очень неприятным результатом «газовой войны» станет резкое увеличение социальной напряженности на Украине (мы убедились, что у США эта технология отточена). В условиях «мутной воды» на Украине будет проще всего манипулировать политической ситуацией. Весьма вероятен сценарий нового майдана или просто, - военного переворота «третьей силы» (афиллированной с США). Куда вывезет кривая неизвестно.
3. Вероятность серьезного кризиса внутри ЕС увеличивается. Для ЕС настал момент истины. Теперь станет очевидным, какие цели для ЕС более важные: материальное благосостояние членов или политические амбиции. Пока очевидно, что поддерживая воровство Украины, ЕС предает своих членов. Это добавляет новый вектор разлома в ЕС. Раньше линия конфликта проходила между «добропорядочными» членами ЕС и «младоевропейцами» . Теперь здесь проявилась новая ось разлома: страны, дружественные России (славянские, балканские страны) и прочие.
С уважением,

Обратите внимание, уважаемые господа, что в создании текущего кризиса (как в мире, так и в нашей стране) в большой степени приложило руку государство. В Америке - это раздутый рынок ипотечных бумажек, которые создавали видимость “распределения” рисков. В РФ - это проблема “банковского монополизма” - засилье государственных банков, которые имеют возможность взимать монополистическую надбавку за свои услуги. В обоих случаях получается так, что по незнанию или из корыстной заинтересованности служащих участие государства в управлении экономическими процессами не совершенно. Кстати, в обоих случаях инструментом внесения хаоса в экономику (проводниками проблем) являются банки.
Фактом является то, что предпринимательская инициатива в банковской сфере последние годы работала слабо прежде всего из-за вмешательства государства. Это происходит в силу того, что банки выступают в роли “монополистов”: денег мало, а желающих всегда было много. Подтверждением факта монополизма является цена - которая обычно завышается в условиях ограничения предложения. Пожалуйста пример: знающие люди говорят о том, что банки представляли до кризиса проектное финансирование на условиях: 20-22% годовых + (не вместо, а вместе!!!) оформление 75% нового бизнеса на структуру, аффилированную банковскому руководству. 75% - это как раз и есть монополистическая надбавка. Так повелось, что банки последние десятилетия не являлись равноценным партнером для бизнеса - последний всегда находился в положении просящего и сегодня эта ситуация не изменилась. Кстати, в повышении уровня монополизма тон задавали как раз государственные банки. Все это привело к тому, что отечественные банки представляют собой одно из самых слабых звеньев экономики. Это неповоротливые бюрократические образования.
Банки не умеют работать с реальным сектором: нет экспертов, которые могут отличить беспроигрышный инвестиционный проект от “воздуха”. По прежнему банки скорее выдадут кредит предприятию с красивой кредитной историей и под бутафорский залог, чем в проектное финансирование с обоснованно фантастической доходностью (очень редко, но такие проекты встречаются). Таким образом проблемы экономики консервировались: банки не развивались, проблемные предприятия тихохонько банкротились, а их активы пилились и продавались по дешевке. Показательно, что редкий банк имеет в своей структуре полноценную службу маркетинга. Принятие решение о финансировании крупного проекта до сих пор - политический вопрос, который невозможно “решить” без админстративного ресурса.
Ради справедливости нужно отметить, что в банковском секторе в последние годы все-таки происходили определенные изменения: банки обзаводились дочерними инвестиционными и страховыми компаниями, консалтинговыми фирмами и даже рейдерскими командами. Правда, делалось это медленно. Возможно кризис заставит банки двигаться по-активнее, тем более что объектов, чтобы испытать себя на ниве антикризисного управления, будет предостаточно.
Вполне возможно, что бюрократическо-монополистический менталитет банков не изменит даже жесткий кризис. Наоборот: кризис - это повод бежать за дотациями, преференциями и льготами со стороны государства, которое поддавшись давлению и шантажу, конечно же, уступит. Настаиваю на том, что нужны какие-то специальные меры со стороны правительства по повышению уровня профессионализма (уровня менеджмента) и развитию предпринимательской инициативы в банковском секторе. Это задача государства, поскольку слабые и неэффективные банки - угроза национальной экономики и безопасности. Дешевле повысить профессиональный уровень менеджмента банков и провести пропагандистскую компанию, нацеленную на повышение качества управления, чем нести экономические потери.
Государственную монополию на деньги нужно как-то разбавлять. Направлением решения проблемы может стать формирование “конкурентного канала кредитования” - банка проектного финансирования “для бизнеса”. Его создать нужно за счет дешевых государственных денег, но под контролем среднего и малого бизнеса, ТПП, РСПП, Общественной палаты, Президента и пр. Хотя, это, наверное, утопия…
С уважением

Разумеется, национализация банков будет вредной мерой. Кроме того, она будет формальной. Есть два обстоятельства, которые позволяют это утверждать. Во-первых, по-сути даже в тех банках, которые являются частными, денежный ресурс - государственный (который выдается госслужащими на основании инструкций, понятных только госслужащим). Возможность служащим прямым образом вмешиваться в деятельность банков заложена в процедуре выдачи денег, которая происходит в непрозрачных условиях. Во-вторых, на рынке банковских услуг вектор задают государственные банки, которые имеют особое положение (в том числе и в силу размеров). То есть национализация ничего существенно не изменит. Денег в реальный сектор не больше поступит, лучше клиентов банки обслуживать не будут. Следовательно, деньги на национализацию будут израсходованы не эффективно.
При этом нужно перестать верить в “невидимую (и непонятно как действующую) руку” предпринимательской инцициативы. Развитие банковской системы может идти за счет создания альтернативного канала доступных денег для инвестиционных проектов - только так можно начать разрывать существующую порочную систему: банкиры от государства не смогут навязывать “монополистическую” цену на кредиты. Источником средств может стать не только казна, но и иностранные инвестиции. Нужно сформировать новое пространство конкуренции в банковской сфере. Этот канал должен быть взвешенным, сбалансированным механизмом, поскольку его создание будет иметь масштабные последствия. Погружение российской экономики в мировой кризис дает больше возможностей в глубине преобразований банковской сферы, а также делает необходимость изменений еще более актуальными.
С уважением,

Обсуждение вопроса регулирования банковской сферы не продуктивно, если мы понимать сути проблемы. Фактом является то, что предпринимательская инициатива в банковской сфере последние годы работала слабо. Это происходит в силу того, что банки выступают в роли “монополистов”: денег мало, а желающих всегда было много. Подтверждением факта монополизма является цена - которая обычно завышается в условиях ограничения предложения. Пожалуйста пример: знающие люди говорят о том, что банки представляли до кризиса проектное финансирование на условиях: 20-22% годовых + (не вместо, а вместе!!!) оформление 75% нового бизнеса на структуру, аффилированную банковскому руководству. 75% - это как раз и есть монополистическая добавка к цене. Так повелось, что банки последние десятилетия не являлись равноценным партнером для бизнеса - последний всегда находился в положении просящего и сегодня эта ситуация не изменилась. Кстати, в повышении уровня монополизма тон задавали как раз государственные банки. Все это привело к тому, что отечественные банки представляют собой одно из самых слабых звеньев экономики. Это неповоротливые бюрократические образования.
В подтверждение своих слов приведу реальную историю. В июне-июле 1998г. я общался с разными региональными банками (и представительствами крупных федеральных банков, в частности - с “Инкомбанком”), пытаясь обратить внимание банков на сегмент с большим потенциалом: предприятия, которые находились в предкризисном положении из-за убогого менеджмента. “Это интересный сегмент. На него нужно обратить внимание” - говорил я.
- Смотрите, Вы с минимальными рисками и высокой доходностью представляете небольшой “реструктуризационный кредит” под многократный залог (поскольку активов у этих предприятий) и получаете отличного клиента. Сопровождая реструктуризацию менеджмента, вы выявляете все его проблемы, а устраняя, их - задействуете резервы и снижаете риски для представления новых, более объемных кредитов. Предприятие ведь обладает активами, его продукция востребована на рынке - нужно поменять только проворовавшееся и некомпетентное руководство и оно станет процветающим.
- Зачем нам это? - отвечали банки. - У нас есть ГКО, межбанк, валюта - и с доходами у нас все нормально. “Наверное, я ничего не понимаю в бизнесе” - подумал я про себя. А в августе наступил кризис.
Ситуация 2008г. изменилась только в деталях. По прежнему банки облизывают гос. корпорации и заглядывают им в глаза. По прежнему банки не умеют работать с реальным сектором: нет экспертов, которые могут отличить беспроигрышный инвестиционный проект от “воздуха”. По прежнему банки скорее выдадут кредит предприятию с красивой кредитной историей и под бутафорский залог, чем в проектное финансирование с обоснованно фантастической доходностью (очень редко, но такие проекты встречаются). Таким образом проблемы экономики консервировались: банки не развивались, проблемные предприятия тихохонько банкротились, а их активы пилились и продавались по дешевке. Показательно, что редкий банк имеет в своей структуре полноценную службу маркетинга.
Ради справедливости нужно отметить, что в банковском секторе в последние годы все-таки происходили определенные изменения: банки обзаводились дочерними инвестиционными и страховыми компаниями, консалтинговыми фирмами и даже рейдерскими командами. Правда, делалось это медленно. Возможно кризис заставит банки двигаться по-активнее, тем более что объектов, чтобы испытать себя на ниве антикризисного управления, будет предостаточно.
Вполне возможно, что бюрократическо-монополистический менталитет банков не изменит даже жесткий кризис. Наоборот: кризис - это повод бежать за дотациями, преференциями и льготами со стороны государства, которое поддавшись давлению и шантажу, конечно же, уступит. Настаиваю на том, что нужны какие-то специальные меры со стороны правительства по повышению уровня профессионализма (уровня менеджмента) и развитию предпринимательской инициативы в банковском секторе. Это задача государства, поскольку слабые и неэффективные банки - угроза национальной экономики и безопасности. Дешевле повысить профессиональный уровень менеджмента банков и провести пропагандистскую компанию, нацеленную на повышение качества управления, чем нести экономические потери.
Направлением решения проблемы может стать формирование “конкурентного канала кредитования” - банка проектного финансирования “для бизнеса”. Его создать нужно за счет дешевых государственных денег, но под контролем среднего и малого бизнеса, ТПП, РСПП, Общественной палаты, Президента и пр. Хотя, это, наверное, утопия…
С уважением



http://www.expert.ru/printissues/expert/2008/41/krizis_stanovitsya_neupravlyaemum Кризис становится неуправляемым 12
/www.expert.ru/printissues/expert/2008/41/izmenis_ili_proigraesh/ Изменись или проиграешь 14

Концентрирумеся на конструктиве (о потенциале рынка банковских услуг)
Отечественные банки - одно из слабых звеньев экономики. Это неповоротливые бюрократические образования. Немного истории: в июне-июле 1998г. я общался с разными региональными банками (и представительствами крупных федеральных банков, в частности - с “Инкомбанком”), пытаясь обратить внимание банков на сегмент с большим потенциалом: предприятия, которые находились в предкризисном положении из-за убогого менеджмента. “Это интересный сегмент. На него нужно обратить внимание” - говорил я.
- Смотрите, Вы с минимальными рисками и высокой доходностью представляете небольшой “реструктуризационный кредит” под многократный залог (поскольку активов у этих предприятий) и получаете отличного клиента. Сопровождая реструктуризацию менеджмента, вы выявляете все его проблемы, а устраняя, их - задействуете резервы и снижаете риски для представления новых, более объемных кредитов. Предприятие ведь обладает активами, его продукция восстребована на рынке - нужно поменять только проворовашееся и некометентное руководство и оно станет процетающим.
- Зачем нам это? - отвечали банки. - У нас есть ГКО, межбанк, валюта - и с доходами у нас все нормально. “Наверное, я ничего не понимаю в бизнесе” - подумал я про себя. А в августе наступил кризис.
Ситуация 2008г. изменилась только в деталях. По прежнему банки облизывают госкорпорации и заглядывают им в глаза. По прежнему банки не умеют работать с реальным секотором: нет экспертов, которые могут отличить беспроигрышный инвестиционный проект от “воздуха”. По прежнему банки скорее выдадут кредит предприятию с красивой кредитной историей и под бутафорский залог, чем в проектное финансирование с обоснованно фантаститческой доходностью (очень редко, но такие проекты встречаются). Таким образом проблемы экономики консервировались: банки не развивались, проблемные предприятия по-тихоньку банкротились, а их активы пилились и продавались по дешевке. Показательно, что редкий банк имеет в своей структуре полноценную службы маркетинга.
Ради справедливости нужно отметить, что в банковском секторе в последние годы все-таки происходили определенные изменения: банки обзаводились дочерними инвестиционными и страховыми компаниями, консалтинговыми фирмами и даже рейдерскими командами. Правда делалось это медленно. Возможно кризис заставит банки двигаться по-активнее, тем более что объектов, чтобы испытать себя на ниве антикризисного управления, будет предостаточно.
Вполне возможно, что бюрократическо-монополистический менталитет банков не сможет изменить даже жестикий кризис. Нужны какие-то специальные меры со стороны правительства по повышению уровня профессионализма (уровня менеджмента) в банковском секторе. Это задача государства, поскольку слабые и неэффективные банки - угроза национальной экономики и безопасности. Дешевле повысить профессиональный уровень менедмента банков и провести пропагандистскую компанию, нацеленную на повышение качества управления, чем нести эконмоические потери. Существенно снизив стоимость кредита, за счет исключения монопольной цены, можно масштабно увеличить кредитование, направленное на модернизацию основных фондов. Без этого увеличение производительности труда невозможно.
С уважением

Обсуждение вопроса что эффективнее: “свободная рука” или “административно-командная система” (национализация) в вопросе регулирования банковской сферы не продуктивно, если мы понимать сути проблемы. Фактом является то, что предпринимательская инициатива в банковской сфере последние годы работала слабо. Это происходит в силу того, что банки выступают в роли “монополистов”: денег мало, а желающих всегда было много. Подтверждением факта монополизма является цена - которая обычно завышается в условиях ограничения предложения. Пожалуйста пример: знающие люди говорят о том, что банки представляли до кризиса проектное финансирование на условиях: 20-22% годовых + (не вместо, а вместе!!!) оформление 75% нового бизнеса на структуру, аффилированную банковскому руководству. 75% - это как раз и есть монополистическая добавка к цене. Так повелось, что банки последние десятилетия не являлись равноценным партнером для бизнеса - последний всегда находился в положении просящего и сегодня эта ситуация не изменилась. Кстати, в повышении уровня монополизма тон задавали как раз государственные банки. Все это привело к тому, что отечественные банки представляют собой одно из самых слабых звеньев экономики. Это неповоротливые бюрократические образования.

В подтверждение своих слов приведу реальную историю. В июне-июле 1998г. я общался с разными региональными банками (и представительствами крупных федеральных банков, в частности - с “Инкомбанком”), пытаясь обратить внимание банков на сегмент с большим потенциалом: предприятия, которые находились в предкризисном положении из-за убогого менеджмента. “Это интересный сегмент. На него нужно обратить внимание” - говорил я.

- Смотрите, Вы с минимальными рисками и высокой доходностью представляете небольшой “реструктуризационный кредит” под многократный залог (поскольку активов у этих предприятий) и получаете отличного клиента. Сопровождая реструктуризацию менеджмента, вы выявляете все его проблемы, а устраняя, их - задействуете резервы и снижаете риски для представления новых, более объемных кредитов. Предприятие ведь обладает активами, его продукция востребована на рынке - нужно поменять только проворовавшееся и некомпетентное руководство и оно станет процветающим.

- Зачем нам это? - отвечали банки. - У нас есть ГКО, межбанк, валюта - и с доходами у нас все нормально. “Наверное, я ничего не понимаю в бизнесе” - подумал я про себя. А в августе наступил кризис.

Ситуация 2008г. изменилась только в деталях. По прежнему банки облизывают гос. корпорации и заглядывают им в глаза. По прежнему банки не умеют работать с реальным сектором: нет экспертов, которые могут отличить беспроигрышный инвестиционный проект от “воздуха”. По прежнему банки скорее выдадут кредит предприятию с красивой кредитной историей и под бутафорский залог, чем в проектное финансирование с обоснованно фантастической доходностью (очень редко, но такие проекты встречаются). Таким образом проблемы экономики консервировались: банки не развивались, проблемные предприятия тихохонько банкротились, а их активы пилились и продавались по дешевке. Показательно, что редкий банк имеет в своей структуре полноценную службу маркетинга.

Ради справедливости нужно отметить, что в банковском секторе в последние годы все-таки происходили определенные изменения: банки обзаводились дочерними инвестиционными и страховыми компаниями, консалтинговыми фирмами и даже рейдерскими командами. Правда, делалось это медленно. Возможно кризис заставит банки двигаться по-активнее, тем более что объектов, чтобы испытать себя на ниве антикризисного управления, будет предостаточно.

Вполне возможно, что бюрократическо-монополистический менталитет банков не изменит даже жесткий кризис. Наоборот: кризис - это повод бежать за дотациями, преференциями и льготами со стороны государства, которое поддавшись давлению и шантажу, конечно же, уступит. Настаиваю на том, что нужны какие-то специальные меры со стороны правительства по повышению уровня профессионализма (уровня менеджмента) и развитию предпринимательской инициативы в банковском секторе. Это задача государства, поскольку слабые и неэффективные банки - угроза национальной экономики и безопасности. Дешевле повысить профессиональный уровень менеджмента банков и провести пропагандистскую компанию, нацеленную на повышение качества управления, чем нести экономические потери.

Направлением решения проблемы может стать формирование “конкурентного канала кредитования” - банка проектного финансирования “для бизнеса”. Его создать нужно за счет дешевых государственных денег, но под контролем среднего и малого бизнеса, ТПП, РСПП, Общественной палаты, Президента и пр. Хотя, это, наверное, утопия…

С уважением

Отечественные банки - одно из слабых звеньев экономики. Это неповоротливые бюрократические образования. Немного истории: в июне-июле 1998г. я общался с разными региональными банками (и представительствами крупных федеральных банков, в частности - с “Инкомбанком”), пытаясь обратить внимание банков на сегмент с большим потенциалом: предприятия, которые находились в предкризисном положении из-за убогого менеджмента. “Это интересный сегмент. На него нужно обратить внимание” - говорил я.
- Смотрите, Вы с минимальными рисками и высокой доходностью представляете небольшой “реструктуризационный кредит” под многократный залог (поскольку активов у этих предприятий) и получаете отличного клиента. Сопровождая реструктуризацию менеджмента, вы выявляете все его проблемы, а устраняя, их - задействуете резервы и снижаете риски для представления новых, более объемных кредитов. Предприятие ведь обладает активами, его продукция восстребована на рынке - нужно поменять только проворовашееся и некометентное руководство и оно станет процетающим.
- Зачем нам это? - отвечали банки. - У нас есть ГКО, межбанк, валюта - и с доходами у нас все нормально. “Наверное, я ничего не понимаю в бизнесе” - подумал я про себя. А в августе наступил кризис.
Ситуация 2008г. изменилась только в деталях. По прежнему банки облизывают госкорпорации и заглядывают им в глаза. По прежнему банки не умеют работать с реальным секотором: нет экспертов, которые могут отличить беспроигрышный инвестиционный проект от “воздуха”. По прежнему банки скорее выдадут кредит предприятию с красивой кредитной историей и под бутафорский залог, чем в проектное финансирование с обоснованно фантаститческой доходностью (очень редко, но такие проекты встречаются). Таким образом проблемы экономики консервировались: банки не развивались, проблемные предприятия по-тихоньку банкротились, а их активы пилились и продавались по дешевке. Показательно, что редкий банк имеет в своей структуре полноценную службы маркетинга.
Ради справедливости нужно отметить, что в банковском секторе в последние годы все-таки происходили определенные изменения: банки обзаводились дочерними инвестиционными и страховыми компаниями, консалтинговыми фирмами и даже рейдерскими командами. Правда делалось это медленно. Возможно кризис заставит банки двигаться по-активнее, тем более что объектов, чтобы испытать себя на ниве антикризисного управления, будет предостаточно.
Вполне возможно, что бюрократическо-монополистический менталитет банков не сможет изменить даже жестикий кризис. Нужны какие-то специальные меры со стороны правительства по повышению уровня профессионализма (уровня менеджмента) в банковском секторе. Это задача государства, поскольку слабые и неэффективные банки - угроза национальной экономики и безопасности.
С уважением

Отечественные банки - одно из слабых звеньев экономики. Это неповоротливые бюрократические образования. Немного истории: в июне-июле 1998г. я общался с разными региональными банками (и представительствами крупных федеральных банков, в частности - с “Инкомбанком”), пытаясь обратить внимание банков на сегмент с большим потенциалом: предприятия, которые находились в предкризисном положении из-за убогого менеджмента. “Это интересный сегмент. На него нужно обратить внимание” - говорил я.
- Смотрите, Вы с минимальными рисками и высокой доходностью представляете небольшой “реструктуризационный кредит” под многократный залог (поскольку активов у этих предприятий) и получаете отличного клиента. Сопровождая реструктуризацию менеджмента, вы выявляете все его проблемы, а устраняя, их - задействуете резервы и снижаете риски для представления новых, более объемных кредитов. Предприятие ведь обладает активами, его продукция восстребована на рынке - нужно поменять только проворовашееся и некометентное руководство и оно станет процетающим.
- Зачем нам это? - отвечали банки. - У нас есть ГКО, межбанк, валюта - и с доходами у нас все нормально. “Наверное, я ничего не понимаю в бизнесе” - подумал я про себя. А в августе наступил кризис.
Ситуация 2008г. изменилась только в деталях. По прежнему банки облизывают госкорпорации и заглядывают им в глаза. По прежнему банки не умеют работать с реальным секотором: нет экспертов, которые могут отличить беспроигрышный инвестиционный проект от “воздуха”. По прежнему банки скорее выдадут кредит предприятию с красивой кредитной историей и под бутафорский залог, чем в проектное финансирование с обоснованно фантаститческой доходностью (очень редко, но такие проекты встречаются). Таким образом проблемы экономики консервировались: банки не развивались, проблемные предприятия по-тихоньку банкротились, а их активы пилились и продавались по дешевке. Показательно, что редкий банк имеет в своей структуре полноценную службы маркетинга.
Ради справедливости нужно отметить, что в банковском секторе в последние годы все-таки происходили определенные изменения: банки обзаводились дочерними инвестиционными и страховыми компаниями, консалтинговыми фирмами и даже рейдерскими командами. Правда делалось это медленно. Возможно кризис заставит банки двигаться по-активнее, тем более что объектов, чтобы испытать себя на ниве антикризисного управления, будет предостаточно.
Вполне возможно, что бюрократическо-монополистический менталитет банков не сможет изменить даже жестикий кризис. Нужны какие-то специальные меры со стороны правительства по повышению уровня профессионализма (уровня менеджмента) в банковском секторе. Это задача государства, поскольку слабые и неэффективные банки - угроза национальной экономики и безопасности.
С уважением

Отечественные банки - одно из слабых звеньев экономики. Это неповоротливые бюрократические образования. Немного истории: в июне-июле 1998г. я общался с разными региональными банками (и представительствами крупных федеральных банков, в частности - в “Инкомбанк”), пытаясь обратить внимание банков на сегмент с большим потенциалом: предприятия, которые находились в предкризисном положении из-за убогого менеджмента. “Это интересный сегмент. На него нужно обратить внимание” - говорил я. “Смотрите, Вы с минимальными рисками и высокой доходностью представляете небольшой ”реструктуризационный кредит“ под многократный залог (поскольку активов у этих предприятий) и получаете отличного клиента. Сопровождая реструктуризацию менеджмента, вы выявляете все его проблемы, а устраняя, их - задействуете резервы и снижаете риски для представления новых, более объемных кредитов. Предприятие ведь обладает активами, его продукция восстребована на рынке - нужно поменять только проворовашееся и некометентное руководство и оно станет процетающим”. “Зачем нам это?” - отвечали банки. “У нас есть ГКО, межбанк, валюта - и с доходами у нас все нормально.” “Наверное, я ничего не понимаю в бизнесе” - подумал я про себя. А в августе наступил кризис.
Ситуация 2008г. изменилась только в деталях. По прежнему банки облизывают госкорпорации и заглядывают им в глаза. По прежнему банки не умеют работать с реальным секотором: нет экспертов, которые могут отличить беспроигрышный инвестиционный проект от “воздуха”. По прежнему банки скорее выдадут кредит предприятию с красивой кредитной историей и под бутафорский залог, чем в проектное финансирование с обоснованно фантаститческой доходностью. Таким образом проблемы экономики консервировались: банки не развивались, проблемные предприятия по-тихоньку банкротились, а их активы пилились и продавались по дешевке. Показательно, что редкий банк имеет в своей структуре полноценную службы маркетинга.
Ради справедливости нужно отметить, что в банковском секторе в последние годы все-таки происходили определенные изменения: банки обзаводились дочерними инвестиционными и страховыми компаниями, консалтинговыми фирмами и даже рейдерскими командами. Правда делалось это медленно. Возможно кризис заставит банки двигаться по-активнее, тем более что объектов, чтобы испытать себя на ниве антикризисного управления, будет предостаточно.
С уважением

Малые нации - как дети. Непосредственны, капризны и объективно нуждаются в отеческой опеке. Так было на Кавказе сто лет назад. Таким положение дел остается до сих пор.
С уважением,

“Когда боги гневаются, они лишают человека разума” - говорили древние. “И он собственными руками причиняет себе вред” - можем продолжить мы. Размах безумия властей Украины действительно поражает масштабами своей неадекватности. В. Ющенко понимает, что легитимным способом он не может полностью получить контроль над страной (а делиться властью с другими он не считает нужным). Популярность его крайне низка и быстрыми темпами снижается. Значит им делается ставка на вброс не правовых ситуаций, наслоение провокаций на провокацию. Оставаясь у власти и решая эти ситуации, он планирует извлечь дивиденды “мутной воды”: подтасовки, подмену и прочие элементы узурпации власти. Это основа очень крутого конфликта внутри Украины и как следствие - ухудшение отношения последней с РФ. Мы движемся напрямую к новому европейскому конфликту по сравнению с которым Грузия нам покажется невинной игрушкой.

С уважением

Уважаемый Петр Алексеевич!
С моралью (принципами морального регулирования), по-моей оценке, дело обстоит не так просто и очевидно. В принципах морального регулирования часть процессов остается “за кадром”, взамосвязь между причиной и следствием не очевидна. Ваш пример не является исключением. Если брать статистическую закономерность, то хороший руководитель, как правило, в меньшей степени подвержен грехам и соблазнам. Хороший руководитель - лидер, умеет подать пример, он профессионал. Всего этого не бывает без определенного уровня волевого потенциала. Смотрите: стал начальником ЖЭУ, значит отработал в этой сфере значительное время. Поскольку имеет силу “бегать по бабам”, то не спился окончательно (как подавляющая часть низового уровня работников ЖКХ мужского пола), значит имеет определенный уровень сопротивления. До этого он получил определенное образование (что тоже даром не дается). Вероятно, его ценят коллеги, поскольку он один из немногих знает, как в отсутствии финансирования сделать так, чтобы тепло и вода, все-таки поступала в дома. Все это свидетельствует о том, что он все-таки (конечно для своей социальной группы - по сравнению с вечно пьяными слесарями) являет собой определенный моральный уровень, пример мужества (не пить среди такой среды!) и авторитет. Всего этого не может быть без определенной твердости воли. Какая связь с унитазами? Прямая - у хорошего руководителя унитазы - текут реже чем у плохих. Конечно, начальник ЖЭУ тоже человек - у него могут быть любовницы, он может воровать (и как правило ). Суть в другом - обобщенно он является “моральной фигурой”, поскольку возглавляемое им дело, требующее профессионализма, умения ладить с людьми и организовывать их, справедливо распределять скудные ЖКХ-компенсации работникам, все-таки крутится. “По делам их узнаете их” - таков был совет древних.
Аналогично к управлению государства, только уровень волевого потенциала должен быть, желательно, выше. Для меня было большим открытием понять, что в обществе занять определенное положение стоит моральных затрат (волевых усилий) больших, чем это кажется на первый взгляд. Как уровень усилий связан с моральностью? Связан заковыристо: человек, который “привык” прилагать усилия к определенной существенной части своей жизнидеятельности (например, работе), прилагает их и к остальной части. Противоположное, конечно, не исключается, но в жизни реже случается.
С уважением и благодарностью за возможность высказаться.
PS. Неочевидность - только одно из свойств морального регулирования. Есть также: долговременность последствий, важность для социального существования.

Георгию Алексеевичу Маямсину: пост № 45 на стр.
www.expert.ru/printissues/expert/2008/36/rossiyskaya_diplomatiya/comments/page2
Кое-что может быть интересно посмотреть на блоге: htpp://www.fundamental-e.blogspot.com/ (туда я еще не все выложил, но обязательно сделаю это на следующей неделе).
С Вашм мнением я обязательно ознакомлюсь, очень интересно
С уважением

Темуру Григорьевичу Симония:
Поддерживаю основные мысли высказанные Вами: теоретическая база для разработки идеологии база очень бедная. Идеология - это жизненные принципы, отношение по вопросам общественных устоев, норм, нравственности. То есть нужно разрабатывать теорию этики. Кое-что я писал на эту тему в коментарии к статье “Под собою не чуя страны” //www.expert.ru/printissues/expert/2008/34/socialno_gumanitarnie_nauki/
Сегодня мы является свидетелями процесса, который можно назвать ослабление волевого потенциала. Связан он с повсеместным повышением кофморта, материальной обеспеченности и пр.. Это два соединяющихся сосуда: увеличила уровень материальных благ - сразу стали меньше быть готовыми напрягаться. Общество “тяжелеет” - все больше представителей хотят меньше работать - больше потреблять. Это отлично видно на Западе, это будет скоро явно видно в России. Надо думать, как не дать нации расслабиться, не дать жирзненной силе волевой энергии уйти в песок потребления.
Созранение энергии возможно в масштабных проектах, при решении больших задач.
Более системно изложено на блоге: //www.fundamental-e.blogspot.com/
С уважением,

Здравствуйте и процветайте, достопочтимые сограждане!
С унынием констатирую, что предложенные темы (базовые тенденции) Вас не сильно заинтересовали. Не очень популярной оказалась и предложеннная форма обсуждения: формулировка, уточнение, дискуссия.
Возможно темы показались Вам слишком академическими (для рассуждения о наднациональных архитектурах требуется специальные познания) или не требующими доказательства (“экспорт войны”). В итоге с учетом дополнений получается две темы:
1. “Экспорт войны” - (целенаправленное усилиение нестабильности в мире как внешнеполитическая стратегия “некоторых стран”).
2. “Изменение мироустройства” (предпосылки, необходимость и перспективы реформирования наднациональных институтов, в т.ч. ООН).
Если эти две темы не трогают, могу предложить третью:
3. “Ослабление волевого потенциала как причина нестабильности в мире” (ослабление волевого потенциала населения и правительств “некоторых стран”, который толкает их на аморальные действия ). Преимущество этой темы в том, что для ее обсуждения кроме желания ничего не требуется.
С уважением

Конструктивной повесткой дня РФ в ООН может стать иницатива обсуждения проблемы соотношения “Территориальная целостность - Право на самоопределение”. Это можно рассмотреть на фоне Косово, Осетии и Абхазии. Имеется ввиду, что статус этих республик нужно оставить таким каков он есть сейчас. При этом должны быть:
- исследованы условия, которые толкнули народ к подобным шагам;
- предложены правила поведения в подобных конфликтных ситуациях.
Должны быть выделены .
Конечно, эта затея будет провалена основными игроками. Зачем нам это надо? Просто - PR (хотя, возможно, кое-что практическое также можно будет извлечь). Этой инициаитивой могут быть достигнуты необольшие положительные результаты:
- демонстрация двойных стандартов со стороны “некоторых стран” - это удар по их моральному авторитету;
- демонстрация нашей открытости и конструктива - это очки в нашу пользу;
- практическая сторона: РФ окружена множеством потенциальных конфликтов, которые будут обязательно раздувать у нас должен быть отработан сценарий действий в случае вознкновения геноцида в другом месте. Будет очень хорошо, если мировая общественность заранее ознакомится с этими предложениями и внесет справедливую конструктивную критику, которую можно будет учесть и оптимизировать окончательные предложения.
С уважением,