Понятие нового миропорядка для большинства граждан все еще не имеет четких очертаний. Вокруг кого он будет формироваться, на каких территориях и какие новые ценности принесет людям — это вопросы, на которые могут сейчас ответить немногие специалисты. Один из них — вице-премьер Алексей Оверчук, с которым поговорил «Эксперт».
— Какой будет модель нового мироустройства, какие страны могут претендовать на роль лидеров?
— Особенностью сегодняшнего времени является то, что в самых разных сферах одновременно наблюдается большое количество изменений, что усиливает неопределенность будущего. Глобальная экономика, построенная на международном разделении труда и сделавшая возможным рост производительности и уровня жизни людей в самых разных точках планеты, подходит к своему концу.
Ресурсы сокращаются, глобальные связи показали свою уязвимость, и это подталкивает страны к решениям о собственной продовольственной, энергетической и технологической безопасности. В условиях неопределенности в более выигрышном положении оказывается тот, кто имеет лучший доступ к реальным активам, то есть к земле, воде, удобрениям, продовольствию, минеральному сырью и источникам энергии, имеет грамотное население, базирующееся на отечественной науке собственное технологически развитое промышленное и сельскохозяйственное производство, эффективную систему государственного управления и средства обеспечения собственной безопасности.
Если исходить из тенденций современного мира, то, наверное, совокупное наличие таких характеристик у тех или иных стран будет способствовать тому, что вокруг них и будут формироваться макрорегионы будущего. Под такое описание подходит Россия вместе с государствами — членами ЕАЭС и СНГ. Наши страны имеют все предпосылки для того, чтобы сформировать собственный макрорегион и обеспечить своим людям достойную жизнь.
— На форуме в Самарканде вы отмечали, что мы наблюдаем закат Европы. Почему ЕС деградировал, в том числе как экономическое объединение?
— История Европы представляет собой бесконечную череду конфликтов за доступ к ресурсам как на ее территории, так и во многих регионах мира.
Бедствия, причиненные Второй мировой войной, наряду с новым миропорядком, установленным державами-победительницами, принудили европейцев к миру. Экономическими основами послевоенного мирного периода стали план Маршалла, глобализация, создание регионального интеграционного объединения, которое со временем превратилось в Европейский союз, а также гарантированный доступ к дешевым источникам энергии, поступающим из России, что позволило Европе развивать экономику и обеспечивать высокий уровень жизни. Завершение периода глобализации, политизация процесса принятия решений в ЕС и разрыв экономических связей с Россией лишают Европу тех конкурентных преимуществ, на которых строилось ее благополучие.
За 2021–2022 годы было зафиксировано пятикратное увеличение переводов из России в Армению — с $867 млн до $4385 млн, однако причинами открытия там счетов было в том числе получение доступа к международным платежным системам
Наблюдается вывод промышленного производства в регионы с более низкими ценами на энергию, а также сокращение сельскохозяйственного производства. В этом и состоит закат Европы, который очень хорошо заметен на фоне показателей экономического роста в других регионах мира, включая ЕАЭС.
— Перспективно ли сейчас делать ставку на укрепление отношений с ЕС?
— Не Россия разрывала экономические связи с Европой, и не Россия начала вводить санкции. Мы могли бы развивать отношения, но очевидно, что европейцы настроены на другое. Пока там очень мало людей, способных объективно оценить происходящее и быть непредвзятыми в отношении нашей страны.
Мы исходим из реальности и понимаем, что в среднесрочной перспективе развитие торгово-экономических связей с ЕС вряд ли возможно. Нам удалось быстро переориентировать наши торговые потоки на юго-восток. В принципе этот разворот начался еще до событий февраля 2022 года, так как еще ранее экономический центр мира переместился туда, куда мы перенаправили наши торговые связи.
Сокращение доли ЕС в нашей внешней торговле наблюдается с 2019 года, и события 2022 года лишь ускорили этот процесс. С 2019 года и до октября 2023-го доля ЕС в российском товарообороте снизилась с 43,6% до 17,6%. В натуральном выражении доля стран Европы в структуре российского товарооборота снизилась с 33,9% в 2021-м до 11,6% за девять месяцев 2023 года. При этом в денежном выражении торговля с остальными странами мира, кроме Европы и других западных стран, в 2021 году составляла 47,0%, а за девять месяцев прошлого года выросла до 75,2%. В натуральном выражении этот показатель изменился с 53,1% в 2021 году до 80,9% за девять месяцев 2023 года.
С 2022 года наблюдается замедление темпов экономического роста Европейского союза. За январь — сентябрь 2023 года реальный ВВП Европейского союза вырос только на 0,5% относительно аналогичного периода предшествующего года, а в Эстонии ВВП снизился на 3,1%, в Литве — на 0,5%, в Латвии — на 0,2%, в Германии и Австрии — на 0,2%. А, по появившимся оценкам, в целом за 2023 год ВВП Германии сократился на 0,3%.
По предварительным оценкам национальных статистических ведомств, в 2023 году по сравнению с 2022 годом реальный ВВП ЕАЭС увеличился более чем на 3,5%. Ожидается, что ВВП Армении вырос на 8,5%, Беларуси, по имеющимся данным, — на 3,9%, Казахстана — на 4,9%, Киргизии — на 6,2% России — на 3,5%. При этом две ведущие экономики ЕАЭС — российская и белорусская — находятся под действием мер сдерживания развития.
Уровень безработицы по методике МОТ в странах ЕС за два квартала 2023 года составлял 6%, а в странах ЕАЭС — 3,5%.
Чем скорее в Европе осознают необходимость восстановления отношений с Россией, тем выше шансы на то, что европейцы смогут сохранить привычный им уровень жизни.
— Бюджетные инвестиции в последние годы сконцентрированы на инфраструктурных проектах, упрощающих торговлю с Китаем, с Глобальным Югом, с Индией. Означает ли это, что действующей инфраструктуры в ЕАЭС в целом достаточно?
— Мы должны обеспечить условия для эффективной доставки своих товаров в эти регионы мира, что означает снижение издержек на всем протяжении пути как по нашей территории, так и по территориям государств — членов ЕАЭС и третьих стран.
Особое внимание уделяется модернизации и повышению пропускной способности международных пунктов пропуска. В результате завершенной в 2023 году реконструкции пункта пропуска Яраг — Казмаляр (граница России и Азербайджана, ключевой элемент формируемого международного транспортного коридора Север — Юг) почти в пять раз выросла пропускная способность погранпереходов на границе с Азербайджаном — с 400 до 1900 грузовых транспортных средств в сутки, на четверть выросла пропускная способность погранпереходов на границе с Китаем — с 800 до 1000 грузовых автомобилей и с 45 до 59 пар поездов в сутки.
Открыт после масштабной реконструкции пункт пропуска Верхний Ларс, где в июне 2023 года введено в действие 39 полос движения. В результате на границе с Грузией пропускная способность выросла с 700 до 1500 грузовых транспортных средств в сутки.
Мы стремимся к тому, чтобы развиваться в тесном взаимодействии с нашими соседями по ЕАЭС. В августе 2022 года распоряжением Евразийского межправительственного совета утвержден перечень приоритетных интеграционных инфраструктурных проектов в сфере транспорта. Этот перечень определяет автомагистрали, которые будут иметь статус приоритетных интеграционных проектов. Например, в России предусматриваются строительство и модернизация российских участков автомобильных дорог, относящихся к международному транспортному маршруту Европа — Западный Китай, и строительство российского участка частной автомагистрали «Меридиан» (соединяющей Россию, Казахстан и Китай — «Эксперт»).
Ожидается, что в начале февраля этот перечень пополнится двумя проектами Республики Казахстан и двумя проектами Киргизской Республики.
Евразийская экономическая комиссия проводит работу по сопряжению нашего интеграционного проекта с китайской инициативой «Один пояс — один путь». Кроме этого, мы планируем развивать автомобильные и железные дороги или участвовать в соответствующих проектах в Монголии, Казахстане, Киргизии, Таджикистане, Туркменистане, Азербайджане, Армении и Иране. Мы заинтересованы в строительстве Трансафганской железной дороги, а также развиваем морские связи с азиатскими и африканскими странами. Именно там мы видим наши перспективные рынки.
Основное внимание уделяется развитию МТК Север — Юг. Вместе с коллегами из Туркменистана, Казахстана и Ирана в 2022 году введено в действие регулярное железнодорожное сообщение с выходом к портам Индийского океана. Ведется подготовка к началу строительства недостающего железнодорожного участка Решт — Астара в Иране. Север — Юг — это наиболее короткий маршрут, проходящий на всем своем протяжении по территориям дружественных нам стран. С учетом того, что сейчас наблюдается в районе Красного моря, Север — Юг будет приобретать глобальное значение и обеспечивать ту же Европу грузами на более комфортных условиях.
— Санкции привнесли напряженность в отношения с рядом стран ЕАЭС? Сказывается ли это на процессе интеграции?
— В результате введения ограничительных мер в ЕАЭС сложилась уникальная ситуация. В рамках общего таможенного пространства два государства-члена из пяти находятся под действием сдерживающих мер, а три имеют полноформатные отношения с теми странами, которые поставили своей целью нанести ущерб экономикам России и Белоруссии.
Партнеры по ЕАЭС знают, насколько тесно связаны наши экономики, а поэтому понимают, что нанесение ущерба России и Белоруссии будет отражаться и на них. Они также понимают, что ни одна западная страна не сможет заместить им Россию в качестве торгового партнера и инвестора. В товарообороте наших партнеров по ЕАЭС Россия занимает лидирующие позиции. По итогам 11 месяцев 2023 года Россия занимает первое место в товарообороте Армении и постоянно конкурирует за первое место с Китаем в торговле с Казахстаном и Киргизией.
Наблюдая климатические изменения, они также отдают себе отчет в том, что ближайшая страна в регионе, которая будет обеспечена водой, — это Россия. А из проблем климата вытекают вопросы продовольствия, энергетики и миграции, на фоне которых вопрос сдерживающих мер носит вторичный характер. Нашим партнерам сейчас непросто, и мы относимся к этому с пониманием.
Интеграция в ЕАЭС — это многогранный процесс, ориентированный на развитие экономик государств — членов союза. Основной плюс для экономических операторов наших стран — это безбарьерный доступ к общему рынку, объем которого значительно превышает внутренние рынки каждой страны в отдельности. Сегодня суммарное население ЕАЭС — около 190 млн человек. При этом у союза заключены соглашения о свободной торговле с Вьетнамом и Ираном, а это еще и доступ к рынкам с объемом около 185 млн жителей. При этом для государств — членов ЕАЭС сотрудничество с Глобальным Югом имеет качественно иной характер, чем отношения с Западом. Для Запада три страны ЕАЭС являются поставщиками сырья и рынком сбыта продукции с высокой добавленной стоимостью. Для Глобального Юга наши пять стран являются поставщиками продовольствия и товаров с высокой добавленной стоимостью. То есть отношения с Глобальным Югом способствуют нашему развитию и росту доходов в ЕАЭС.
В период действия ограничительных мер нам удалось договориться о финансовом содействии промышленным кооперационным проектам из бюджета союза. Это одно из ключевых решений, принятых в 2023 году. На начальном этапе ежегодный объем финансирования составит порядка 1,7 млрд руб. Получать поддержку смогут инициативы, в которых участвуют предприятия как минимум из трех стран союза, что обеспечивает возможность малым экономикам участвовать в реализации проектов в высокотехнологичных отраслях.
На уровне ЕАЭС были приняты оперативные меры по насыщению товарного рынка союза: временно обнулялись пошлины на более чем 1 тыс. товарных позиций, облегчались условия ввоза товаров и так далее. За 2021–2022 годы доля ЕАЭС в товарообороте России выросла с 8,8% до 9,4%. За 11 месяцев 2023-го этот показатель увеличился до 12,1%.
В товарообороте наших партнеров по ЕАЭС Россия занимает лидирующие позиции. По итогам 11 месяцев 2023 года Россия занимает первое место в товарообороте Армении и постоянно конкурирует за первое место с Китаем в торговле с Казахстаном и Киргизией
Запрет на использование традиционных резервных валют стимулировал экономики стран союза перейти на расчеты в национальных валютах, доля которых в 2023 году достигла 90%. Начали использовать национальные валюты и при расщеплении (между бюджетами государств — «Эксперт») таможенных пошлин.
На фоне всего этого отмечается возросшее понимание роли русского языка на евразийском пространстве и стремление к повышению качества его преподавания.
Поэтому справедливо сказать, что санкции работают на укрепление интеграции в ЕАЭС и против тех, кто их ввел.
— В 2022 году релокация и параллельный импорт обеспечили странам ЕАЭС взрывной рост ВВП. Насколько значимым было это влияние в 2023 году? Что изменилось с точки зрения торговых потоков?
— Да, в 2022 году ВВП Армении вырос на 12,6%, а Киргизии — на 6,3%. Хорошая динамика ВВП во всей пятерке стран в 2023 году. Прогноз на 2024 год тоже оптимистичный — свыше 2,5% для всего союза.
Очевидно, неправильно говорить только о влиянии релокации и параллельного импорта. Одновременно сошлось много факторов, сработал и накопленный эффект от тех мер и решений, которые принимались в ЕАЭС на протяжении всех лет его существования. Отсутствие таможенных и иных барьеров, общий рынок труда способствуют раскрытию инвестиционного потенциала Армении, Казахстана и Киргизии. На развитие Белоруссии, помимо ЕАЭС, влияет и ее членство в Союзном государстве, где реализуется более глубокая модель интеграционного взаимодействи