Директора - на порошок

Компании
«Эксперт» №7 (220) 21 февраля 2000
Родной директор довел казанский химкомбинат до полного разорения. Внешний управляющий за один год сделал из него успешную компанию

Вернувшись с собрания кредиторов, на котором решалась судьба АО "Нэфис", генеральный директор Альберт Рахматуллин устало бросил: "Мы победили! Все остается по-прежнему". И даже устроил по этому поводу небольшой банкет. Лишь немногие из приближенных Рахматуллина знали, что уже на следующий день директор, до сих пор бывший фактическим хозяином предприятия, должен покинуть свой кабинет, перелистнув очередную страницу полуторавековой истории бывшего свечного заводика братьев Крестовниковых. Вместе с Рахматуллиным уходила целая эпоха плановых поставок, госзаказа, а затем - своеобразной приватизации, сомнительных бартерных сделок, накапливающихся как снежный ком долгов, пустых складов и невыплаченной зарплаты.

Тем не менее Дмитрию Харитонову, назначенному внешним управляющим, пришлось чуть ли не с боем прорываться на комбинат через проходную. Директор дал команду охране: никого не пускать. Очень не хотелось Рахматуллину посвящать посторонних в дела АО. И на то были причины.

Простая история

К банкротству Казанский химкомбинат им. Вахитова, ныне АО "Нэфис", подвел отнюдь не кризис в экономике. Финансовый крах предприятия был рукотворным. В середине 90-х годов, когда "оборонка" перестала заказывать комбинату кислоты для ракетного топлива, которые составляли 70% объема производства, его гражданская продукция - стиральные порошки и мыло - оставалась ходовым товаром. Однако руководство предприятия умудрилось потерять и этот рынок.

А началось все с акционирования в 1993 году. До этого комбинат находился на аренде с правом выкупа и к моменту приватизации успел выкупить примерно 25% основных фондов. Еще около 35% акций раздали членам трудового коллектива бесплатно или за чисто символическую цену. Директору достался пакет в 5%, но он хотел контроля и потихоньку начал скупать акции у работников комбината. Рабочие охотно их уступали за 150, а то и за 50 рублей - номинальная-то стоимость акции была 5 рублей. Причем платил Рахматуллин не из собственного кармана, а из фонда зарплаты, которую работники не получали месяцами. Не исключено, что из этого же источника директор профинансировал покупку 15% акций комбината, принадлежавших чековому инвестиционному фонду "Образование", заплатив за каждую акцию уже по 890 рублей. В результате всех этих манипуляций в 1997 году Рахматуллину принадлежало около 40% акций предприятия. (25% акций при акционировании оставалось у Госкомимущества Татарии, но впоследствии этот пакет странным образом "исчез" - возможно, часть его тоже была выкуплена Рахматуллиным.)

Став по сути полновластным хозяином химкомбината, директор за год увеличил задолженность перед кредиторами более чем вдвое, доведя ее с 76 млн рублей до 168 млн. Как рассказывает Дмитрий Харитонов, "он просто брал сырье, не расплачиваясь за него, а продукцию менял на стройматериалы для строительства домов, коттеджей, дач, гаражей. Так называемый отдел маркетинга просто-напросто разрабатывал схемы хищения, проводя губительные для комбината сделки. Именно в те времена родился прес