Тысяча и один рецепт

Юлия Попова

Эта книга, написанная французским этнографом и антропологом, уроженкой Туниса Лилией Зауали, обречена на успех, подобно ее предшественнице «Средневековой кухне исламского мира», которая стала бестселлером в Европе и была переведена на десятки языков мира. Для успеха есть все основания. В книге собраны полторы сотни рецептов блюд, популярных в средневековом и современном исламском мире. Чтение подробностей приготовления мясного рагу с засахаренным луком, цыпленка с сухофруктами и миндальным молоком, шашлычков из рыбы с корицей и имбирем и так далее пробуждает гастрономический темперамент даже у тех, кто обычно приходит на кухню лишь затем, чтобы выпить кофе или выкурить сигарету.

Но все-таки дело не в рецептах. Анализируя кулинарные традиции исламского мира, Лилия Зауали реконструирует великолепное здание исламской бытовой культуры. Она знакомит читателя с древними поваренными книгами, рассказывает о сервировке и подготовке посуды. В ее повествовании появляются колоритные персонажи вроде аббасидского принца Ибрахима ибн аль-Махди, недолго и неохотно пробывшего халифом, а лучшую часть жизни простоявшего у плиты в своем роскошном дворце вместе с любимой наложницей Бад’дой. Дело было в IX веке в городе, который сейчас стал «знаком беды», а тогда был символом сказочного богатства, — Багдаде. Туда стремились купцы, путешественники, поэты и мудрецы со всего света. Там языки, вероисповедания и кулинарные традиции перемешивались, кажется, исключительно с целью придать большую прелесть жизни, и без того насквозь пропитанной гедонизмом и мудростью.

Применительно к кулинарии мудрость эта заключалась, в частности, в том, что кулинары средневекового Востока были знатоками медицины и рассматривали еду неотрывно от здоровья человека и его воспитания — в пику сегодняшнему дню, когда человеческие удовольствия числятся по одному департаменту, их последствия — по другому, а воспитание живет само по себе.

Статьи на тему: «Литература»