Змей и Большое Яблоко

• Наталия Курчатова

Киноориентированность современного издательского рынка обсуждалась уже не раз — как в смысле тактических уловок в оригинальных произведениях, так и в смысле условно-литературного обеспечения, сопровождающего выход любого мало-мальски «надутого» блокбастера. Существуют также проекты, не являющиеся пиар-акциями, но, напротив, эксплуатирующие узнаваемость кинобренда: строго говоря, перед нами один из таких примеров.

Сборник статей известного нью-йоркского репортера, «газетного писателя» Марка Джекобсона прицеплен в обоз картине Ридли Скотта «Американский гангстер», основанной на одном из очерков журналиста. При этом, честное слово, если бы все книжки-«киношки» были такими, на них бы стоило тратить время.

Видимо, дело здесь не в последнюю очередь в том, что перед нами не поделка, специально созданная нанятым автором (иногда очень хорошим автором, но все же) по тем законам и с теми «прихватами», которые, с точки зрения издательских работников, призваны обеспечить главную цель — чтобы «пипл схавал»; перед нами совершенная вещь в себе. Джекобсон — автор с более чем тридцатилетним стажем, работавший для газеты «Вилидж войс» и журнала «Нью-Йорк», исповедующий принципы «нового журнализма», в соответствии с которыми сколько-нибудь значительный газетный текст в идеале должен являться законченным художественным произведением, рассказом. К подобному авторскому кредо подверстывается еще и то, что Джекобсон, во-первых, действительно чертовски хороший репортер, настоящая азартная ищейка, а во-вторых — абориген и последовательный поклонник Большого Яблока.

Собственно, хотя в качестве локомотива книги использован купленный Голливудом очерк о героиновом короле Фрэнке Лукасе, центральный ее персонаж, конечно же, город, NY, Большое червивое яблоко с его тьмой-тьмущей жителей и способов жизни, численность которых и разнообразие с трудом поддаются учету. Джекобсон не устает с восхищением повторять, что Нью-Йорк каждый день генерирует миллионы захватывающих сюжетов, и рассказать хотя бы некоторые из них — вот дело его жизни.

«Некоторые из сюжетов», которые попадают в поле зрения автора, — это, как правило, истории из жизни обитателей городского дна или же «полусвета»: наркоторговцев и их клиентов, мелкой шпаны и гангстеров покруче, сводников, копов, путан, порнодельцов, рок-музыкантов, держателей табачных лавчонок, мелких актеров, авантюристов и придурков. Сей весьма колоритный сброд рассматривается Джекобсоном не только в качестве обитателей замкнутых сообществ, гетто, но и в вертикальном срезе взаимоотношений с представителями власти, зачастую самого высокого уровня. Занимательность интриг и живописность повседневных зарисовок необыкновенно легко и толково соседствуют с пристальным анализом социальных механизмов. Даже когда автор вроде бы не ходит далеко за сюжетом, легко набрасывая портреты завсегдатаев «нехорошего» перекрестка, по которому каждый божий день следует на работу, истинный профессионализм выводит его к причинам распространения в городе метадоновой наркомании посредством «реабилитационных» центров, проблеме ксенофобских настроений, беспринципному популизму политиков, использующих ситуацию в собственных целях.

Симпатичная и очень характерная особенность журналистики этого рода, одновременно сближающая ее с художественной прозой, — то, как «газетный писатель» последовательно влезает в шкуру каждого из ключевых и/или «типических» персонажей. Не притягивая читателя за уши к определенной позиции, Джекобсон погружает его в ситуацию, обеспечивая эффект присутствия поразительной силы и полноты.

Почти безусловно хороша едва ли не каждая история — что, в общем, неудивительно, на то оно и бест офф; но и в этом ожерелье попадаются особенно крупные перлы, как та же заглавная история Фрэнка Лукаса — безусловный эпический хит. Из фильма с Дэнзелом Вашингтоном и Расселом Кроу можно вспомнить, что героиновый король Фрэнк Лукас — тот самый неграмотный черный родом из местечка в Северной Каролине, который придумал переправлять героин из Вьетнама в гробах с убитыми солдатами. Зловещая метафора «смерти, которая несет в себе новую смерть», к сожалению, заставляет вспомнить не только «их» историю. А чего стоит сюжет о том, как люди Лукаса подкупают кого-то из военных чинов и переправляют крупную партию героина в самолете Генри Киссинджера!

Помимо исследования социальных феноменов — таких, как причудливое «извращение американской мечты», осуществленное Фрэнком Лукасом, или поиск причин исторических катаклизмов вроде террористической атаки 11 сентября, — Джекобсона как настоящего, уже без скидок, писателя интересуют вещи, лежащие вроде бы далеко за пределами «журнализма». Одна из основных его подспудных тем — загадка «очарования зла»: будь то обаятельно-безмозглый авартюрист-сутенер, строящий свой «бизнес» по принципу искусственного позитива: «Если долго держать фальшивую улыбку, она может стать настоящей» и искренне полагающий, что торгует Счастьем, или пресловутый Лукас, «создающий рабочие места» для одних обитателей гарлемского дна и сажающий на иглу других, наркобарон, который каждый день звонит старушке-маме, а «смеется так, как свистит змея», высовывая меж толстых губ очень длинный язык: «Смех Фрэнка хорошо различим на пленке. Слушая запись наших бесед, моя жена… сказала — ты пишешь рассказ о Сатане… точно таким я представляла себе звучание его голоса».

• Книга Жана де Жуанвиля, памятник истории Франции, не стареет — читать ее сейчас так же интересно, как и в Средние века. И даже еще интереснее
• Жизнь без сюрпризов
• Гонка на выживание