Узкий круг

Политика / Протесты Ни власть, ни оппозиция не считают социальные движения равным и достойным участником политического процесса. Причем если власть может и не искать опору в лице социальных активистов, то лидеры протестного движения на Болотной, отказываясь принимать таких активистов в расчет, рискуют утратить свои достижения последних месяцев
Фото: Александр Забрин

Год назад группа социологов, сотрудников Института коллективного действия, опубликовала книгу «От обывателя к активисту» (см. «Голос из катакомб плебейской демократии» в «Эксперте» №37 за 2010 г.) о социальном и гражданском протестном движении в России. Ее авторы изучали причины возникающего недовольства и предсказали нарастание этого движения. Мы встретились с одним из авторов книги, заместителем директора Института коллективного действия и одновременно учителем средней школы и гражданским активистом Андреем Демидовым.

Нынешний протест — то, чего вы ожидали и что предсказывали в своей книге?

— Мы предполагали, что со временем число и интенсивность социальных протестов будет нарастать, поскольку проблем меньше не становится, а способность людей к коллективным действиям и опыт самоорганизации растут. Мне кажется, этот прогноз в общем оправдывается. Просто к этим конфликтам несколько упал интерес СМИ, которые теперь в большей степени сосредоточились на политических формах протеста. Многие из героев нашей книги, социальные активисты, поддерживают акции «За честные выборы» или даже участвуют в них. Но пока в личном качестве.

Конечно, честные выборы — это безусловный атрибут устоявшейся демократии. Но почему мы мало слышим о социальных движениях внутри «декабристского»? Мне кажется, потому, что лидерам Болотной говорить о разных социальных группах (и, значит, социальных интересах) в рамках «общегражданского» движения неинтересно и даже невыгодно.

У лидеров движения есть иллюзия, что простой рост числа участников акций сам по себе приведет к качественному результату. Качественным результатом мыслится реализация известных пяти пунктов Болотной. Но людей, которые составляют основу социальных движений, тех же рабочих, пенсионеров, организованных жителей, экологов, родителей интересует: что дальше? Потому что для людей, которые озабочены социальными проблемами, политическая реформа сама по себе не самоцель. Политическая реформа — это лишь инструмент для реализации определенных социальных интересов.

Конечно, политические вопросы важны. Многие из социальных активистов уже имели отношение в той или иной форме к политической деятельности, например, пытались стать местными депутатами. И знают, какие уловки применяет местная власть, чтобы, используя несовершенство законодательства, снять человека с выборов. Знают о практической невозможности поймать за руку тех, кто использует служебное положение для незаконной агитации и давления. И понятно, что среди этих людей вопрос «вы за честные выборы или за нечестные?» не возникает. Но они, повторю, на данный момент присутствуют в «декабристском» движении в личном качестве как граждане, а не как представители каких-то организаций. И это проблема «декабристского» движения в перспективе может ему дорого обойтись. Именно отсутствие социальной программы мешает тем социальным активистам, которые хотели бы сделать движение по-настоящему массовым, вести агитацию за участие в нем в своих организациях и, шире, в своих социальн