У инвестора есть заповедь: пообещал деньги — дай

Наука и технологии
«РОСНАНО»
«Эксперт» №49 (967) 30 ноября 2015
О чем думают топ-менеджеры «Роснано», когда дают деньги инновационным компаниям. Интервью с заместителем председателя правления УК «Роснано» Олегом Киселевым
У инвестора есть заповедь: пообещал деньги — дай

«Я считаю, что более страшной болезнью, чем недофинансирование, является болезнь перефондирования» — не правда ли, звучит как жесткая насмешка из уст людей, которые получили огромные деньги для создания в России несуществующей отрасли. Так мы могли бы рассуждать лет восемь назад, когда главным российским либералам во главе с Анатолием Чубайсом были выделены 130 млрд рублей для развития наноиндустрии в стране. А кому еще можно было поручить это, как не людям, которые не побоялись начать в России приватизацию, а потом, руководствуясь в том числе идейными соображениями (рынок все уравновесит) взяли и разрушили единую энергетическую систему России. И какими бы ярыми противниками этого разрушения мы ни были в середине 2000-х, теперь должны признать, что ничего страшного не произошло. Система худо-бедно нащупала свое равновесие. Так же как и приватизация не разрушила российскую экономику, а заложила зерно будущего здорового роста.

С «Роснано» тоже получилось. Когда арестовали Леонида Меламеда, мы, к своему стыду, впервые решили разобраться в целом: что было сделано «Роснано» за эти годы? Что перевесит — существенные издержки на управление или результат? На наш взгляд, результат перевесил все. За эти годы команда Чубайса смогла заложить настоящую основу, каркас инновационной экономики России. И пусть обидятся на нас другие крупные инновационные институты, именно то, что построено «Роснано», является системой, а не набором случайных решений; системой, на которую можно нанизывать новые элементы. Опираясь на собственный опыт, можем сказать, что в какой бы регион мы сегодня ни приехали, везде есть компании, связанные с «Роснано» и ее инновационными центрами.

При этом люди, руководящие «Роснано», как были, так и остались истинными либералами. И на самом деле во многом благодаря их уверенности в своей правоте и в то же время их практической эффективности настоящий либерализм в России утвердился навсегда.

— Кажется, что стратегия «Роснано» несколько раз менялась от начальной задумки к своему текущему состоянию. Корпорация, а затем открытое акционерное общество с управляющей компанией прошла довольно большой путь. Так ли это и менялась ли финансовая стратегия, стратегия инвестирования?

— Мы пережили одно фундаментальное изменение по сути, а по форме — несколько. С точки зрения формулировки стратегия никак не изменилась: мы должны быть локомотивом инновационных изменений в стране, создавать отрасль, базирующуюся на нанотехнологиях. Но свое место в этой общей экосистеме мы нащупали не сразу с учетом того, что на этой поляне стали появляться разные институты развития. Внизу этой пирамиды, в качестве инвестиционных ангелов, выступает фонд Бортника и близкие к нему структуры. Дальше — те, кто берет проекты на следующем уровне и поднимает на более высокий: «Сколково» и в какой-то степени РВК. Проекты уже более зрелые подхватывает «Роснано», развивает. И далее могут появляться Внешэкономбанк, «Ростехнологии», РФПИ. Мы с коллегами провели серию переговоров и зафиксиров