Дело избранных

Тема недели
Москва, 24.12.2001
«Эксперт Северо-Запад» №32 (61)
Региональные власти не могут и не хотят поддерживать малое предпринимательство

Малый бизнес в России привык надеяться исключительно на себя, на свою находчивость, умение выживать в самых неблагоприятных условиях - такова особенность сегодняшнего рынка, бессмысленного и беспощадного. Несмотря на традиции патернализма, все еще сильные в нашем общественном сознании, "малые" предприниматели не рассчитывают на практическую помощь со стороны государства. Единственное, что требуется от него, - не мешать работать, то есть обеспечить создание понятных, предсказуемых правил существования бизнеса, в том числе его взаимоотношений с властью. Разумная налоговая политика, минимизация бюрократических процедур, защита от произвола чиновников, равные условия доступа на рынок, наконец, доступность всего арсенала современных экономических инструментов - вот, в принципе, и все, в чем нуждается малое предпринимательство.

В последнее время ряд ключевых чиновников федерального уровня все чаще демонстрируют приверженность этой новой экономической парадигме. Так, 18 декабря, накануне заседания Госсовета, посвященного проблемам развития малого и среднего бизнеса, президент Владимир Путин назвал создание понятной, прозрачной и предсказуемой среды важнейшим направлением работы государства в этой сфере. А вице-премьер Алексей Кудрин, выступая недавно в Кремле на встрече с представителями малого бизнеса из "Объединения предпринимательских организаций России" (" Опора"), и вовсе поверг присутствующих в шок. Сообщив, что федеральный Фонд поддержки малого предпринимательства в следующем году получит вместо 1,3 млрд руб. всего порядка 20 млн руб., он заявил о нецелесообразности прямой финансовой подпитки малого бизнеса. Вместо этого, считает Кудрин, государство должно сосредоточиться на изменении институциональных условий деятельности бизнеса - снижать административные барьеры, упрощать регистрационные процедуры и т. п.

"Непонятно, если не деньгами, то чем тогда они вообще могут поддержать малый бизнес?!" - не скрывал разочарования, в частности, присутствовавший на встрече Владимир Патрин, начальник управления поддержки предпринимательства и инноваций комитета экономического развития, промышленной политики и торговли (КЭРППиТ) администрации Петербурга. И действительно, призывы отказаться от простейших и, как показывает опыт, неэффективных форм поддержки в виде бюджетных субсидий и кредитов пока абсолютно не вписываются в привычную чиновничью логику. Между тем, как свидетельствует опыт Петербурга и в целом Северо-Запада, деятельность местных властей по поддержке малого предпринимательства исчерпывается в основном именно этим незамысловатым методом. И, похоже, региональные чиновники не собираются отказываться от полюбившейся им практики расходования денег, дающей неплохие возможности личного обогащения.

Сны о большем

Как, в идеале, должна строиться политика поддержки малого бизнеса? Опрошенные нами эксперты - предприниматели, депутаты ЗакСа и Госдумы, экономисты, чиновники - наметили штрихами основные элементы концепции. Это лишь общая схема того, как следует заниматься поддержкой "по уму", если уж вообще за это браться. На ее основе и следует создавать настоящую концепцию поддержки малого бизнеса. Но пока приходится констатировать: ни в одном регионе страны, в том числе на Северо-Западе, даже подобная система не присутствует в сколько-нибудь полном виде. Не говоря уж о толковой концепции...

Прежде всего, на взгляд экспертов, требуется качественное упрощение процедур регистрации предприятий. Местные чиновники любят ссылаться на сложность и несовершенство федерального законодательства, но при этом даже не пытаются облегчить в регионах процедуры прохождения документов, получения лицензий, регистрации, постановки на налоговый учет и т. п. Между тем идея "одного окна", если не утрировать ее, понимая буквально, как раз и подразумевает оптимизацию механизма "открытия бизнеса", чрезвычайно сейчас забюрократизированного и обременительного для начинающего предпринимателя.

Вопрос упирается в наличие политической, точнее, административной воли регионального начальства. Именно в его компетенции "замкнуть" решение вопросов на одну-единственную структуру администрации, чтобы избавить предпринимателей, не искушенных в бюрократических нюансах, от долгих хождений по коридорам власти в десятках инстанций. Тогда стало бы реальностью свести документооборот к пакету типовых документов, которые надлежит оформить предпринимателю.

"Одно окно" - это не утопия и не сказка, я в течение недели изучал в Москве положение тамошнего малого бизнеса, видел весь спектр законов, то, как в столице налажен процесс согласований, работы с проектами предпринимателей", - утверждает депутат ЗакСа Сергей Андреев.

Важный элемент благоприятной среды для малого бизнеса - понятная и предсказуемая в своих изменениях нормативная база, в которой основной акцент делается на принятие именно региональных законов, а не регулирующих распоряжений чиновников. Скажем, даже в Петербурге (не говоря уже о менее продвинутых регионах), как отмечают специалисты ТУ МАП, предприниматели зачастую сталкиваются с противоречащими требованиями, которые исходят от разных структур городской администрации, территориальных управлений и муниципальных функционеров.

Диапазон "изобретений" широк - от процедур регистрации с соответствующими поборами, навязывания услуг "нужных" фирм, платных проверок, которые обходятся в несколько раз дороже самих лицензий, и до решения вопросов о выделении торговых мест, согласовании часов работы и т. п. И в разных районах города предприниматели имеют дело подчас со своей "спецификой" взаимоотношений с чиновниками.

Ключевым экономическим инструментом поддержки, безусловно, должна быть налоговая политика. Здесь Петербург по праву считается лидером. Помимо того, что в 1996 году была объявлена стратегия снижения налога на прибыль (до 17%), последовательно выполнявшаяся администрацией, в Петербурге был удачно введен единый налог на вмененный доход, существенно снизивший налоговое бремя для некоторых видов бизнеса и создавший условия для выхода из тени. Кроме того, ставка по упрощенной системе налогообложения - 3,3% (это в два раза ниже предела, установленного федеральным законодательством) - с 2002 года будет уменьшена до 3%. Ни один другой субъект федерации на Северо-Западе не может предъявить подобных достижений.

В рынок - бесплатно

По мнению экспертов, основой инфраструктуры малого бизнеса должны стать консультативные центры (или бюро), финансируемые целевым образом из регионального бюджета и оказывающие все услуги бесплатно. Важно, чтобы центры, в которых работает всего лишь несколько сотрудников, находились во всех городах, в каждом районе крупного мегаполиса и были доступны всем желающим. В первую очередь их задача - помогать тем, кто хочет начать свое дело, но нуждается в консультации: как создать предприятие, составить первый бизнес-план, оценить конкурентоспособность проекта?

Как отмечает депутат Госдумы Игорь Артемьев, опыт стран Западной Европы и Скандинавии показал эффективность подобного использования муниципальных средств, ибо "каждое такое бюро - по сути бизнес-инкубатор - ежемесячно рождает сотню малых предприятий, что с лихвой компенсирует бюджетные затраты". Для малого бизнеса главное - создать благоприятные стартовые условия, не отбить у людей намерение заниматься предпринимательством от одного лишь соприкосновения с бюрократией. Это фактор даже более серьезный, чем наличие первоначального капитала.

Государство, конечно, может экономически поддерживать реализацию малым бизнесом неких проектов, но должно соблюдать ряд принципов. В противном случае деньги будут распределяться чиновниками на проекты своих друзей, знакомых или родственников, по произвольно устанавливаемым и формальным правилам "конкурсов", в обмен на "откат" или иную заинтересованность, без какого-то обоснования ожидаемого для экономики региона эффекта, - мол, "подумаешь, проект не получился, деньги же бюджетные!".

По мнению экспертов, о поддержке конкретного бизнеса можно говорить лишь при наличии четко сформулированных местными властями рамок, обозначающих круг приоритетных направлений, и, соответственно, при условии, что все конкурсные процедуры, "технические задания", критерии оценки максимально подробно прописаны, прозрачны и объявляются задолго до проведения тендера. При этом следует применять более гибкие финансовые технологии, чем распределение "халявных" ссуд и кредитов.

Имидж в награду

Речь может, в частности, идти о сугубо имиджевой поддержке проекта, который город по итогам открытого и честного конкурса признает перспективным, полезным (допустим, он важен для развития инфраструктуры, содержит некое ноу-хау и т. п.). А, в свою очередь, имиджевая поддержка повышает кредитоспособность предприятия. Эту же задачу обеспечивает предоставление госгарантий по незначительной части кредита, необходимого для осуществления проекта. Возможный вариант - субсидирование на конкурсной основе процентных ставок по кредитам, если проект относится к числу приоритетных для региона.

При использовании таких инструментов у самих предпринимателей сохраняется максимальная ответственность и заинтересованность в успехе. Обязательное условие поддержки - конечный продукт проекта (например, научно-техническая разработка) должен быть изначально востребован, иметь ясную перспективу внедрения в производство. Тогда малое предприятие выступает фактически в качестве проектного бюро, а финансирование обеспечивает структура, заинтересованная в разработке, и (или) банк. Они участвует в последующих прибылях по схеме венчурного капитала или просто кредитуют быстроокупаемый проект.

Если говорить о поддержке проектов, то, по мнению депутата петербургского ЗакСа Юрия Гладкова (ранее он возглавлял полугосударственный Фонд поддержки малых предприятий и свободного предпринимательства), наиболее эффективна схема кредитно-финансового содействия, используемая ЕБРР, МВФ и др. Государство может давать треть необходимых средств, треть средств предприятие вкладывает само и треть заимствует у других структур.

Господин Гладков убежден: "Такая процедура проверяет дееспособность и серьезность намерений инициатора проекта, наличие у него связей на рынке, умение доказать обоснованность бизнес-плана, желание добиться реализации проекта. Это совсем не то, что происходит сейчас, когда предприниматель договаривается с чиновником, затем проект прогорает, деньги уходят, и никто не виноват".

Региональные власти способны стимулировать и деятельность таких институтов рыночной инфраструктуры, как венчурные фонды, структуры, занимающиеся лизингом, страхованием рисков по инвестиционным проектам и т. д. По мере развития инфраструктуры и возникновения конкуренции в этой сфере будет постепенно утрачивать актуальность и "железный" аргумент апологетов бюджетных вложений: "Что же делать, ведь у нас такие дорогие банковские кредиты!". И в качестве взяткоемкой технологии чиновникам придется придумать что-нибудь другое.

Что выросло,то выросло...

Нынешняя политика в отношении малого бизнеса поражает не столько скудостью финансов, сколько нищетой мысли. Характерная для Северо-Запада тенденция сводится к одному: чиновники пишут программы поддержки малого предпринимательства и считают, что этим их роль исчерпывается.

Между тем в подобных документах при всем желании не увидеть признаков осмысленной экономической политики. Если, конечно, не считать таковой простое распределение денег в интересах узкого круга "избранных" предпринимателей, что, разумеется, никогда не приведет к росту малого бизнеса. Напротив, по мнению западных консультантов, подобные бюджетные вливания только ухудшают конкурентную среду: на одного поддержанного предпринимателя приходится десяток разорившихся вследствие воздействия чиновников на рыночную конъюнктуру.

Петербург может считаться лидером как по масштабам попыток "истратить" деньги на малый бизнес, так и по стремлению чиновников именно со своей деятельностью связать любые признаки роста. Так, постоянно говорится, что Петербург, где, по данным Петербургкомстата, функционирует 109 тыс. малых предприятий, явно выделяется на общероссийском фоне.

В Петербурге на 1000 человек приходится 23 предприятия (сколько из них фирм -однодневок и "умерших" предприятий - неизвестно), а в среднем по России - в три раза меньше. Сравнение же с Москвой, где на каждую тысячу человек всего 21 предприятие, позволяет продолжить ассоциативный ряд со вполне понятными лоббистскими намеками. И действительно, в Москве на малый бизнес ежегодно идет 800-900 млн руб., а в Петербурге - около 50 млн рублей (в 2000 и 2001 годах).

Но чиновники не замечают, что в Петербурге доля налоговых поступлений от малого предпринимательства составляет по разным данным от 18% до 23% (в комитете финансов и к этим цифрам относятся с явным скепсисом), а в Москве - примерно 60%. Сколько бы господин Патрин ни упражнялся в сарказме по поводу преимуществ Москвы и хозяйственной деятельности Юрия Лужкова, фактом остаются качественные различия в структуре экономики Петербурга и Первопрестольной. Москва оказывается "большим европейцем", чем город на Неве, и вполне вписывается в "нормативы" крупных городов Западной Европы.

Качество работы питерских чиновников можно оценить хотя бы по отношению к их программе поддержки малого бизнеса со стороны депутатов ЗакСа. При всей склонности к лоббированию интересов коммерсантов городские парламентарии почти три года отказывались включать программу в бюджет, а затем предусмотренное на 2000 и 2001 годы финансирование "секвестровали" в 2,5 раза.

На Северо-Западе ситуация очень похожая. Например, в Карелии в 1999 году вместо 1 млн. рублей было выделено на поддержку малого бизнеса 793 тыс. руб. (из них 700 тыс. руб. на кредиты), однако трудно предположить, что именно следствием этого стал рост количества предприятий на 13,6%, налоговых поступлений - в два раза, благодаря этому доля от малых предприятий в доходе бюджета увеличилась до 10,1%. Ибо в 2000 - 2001 годах, несмотря на выделение 667 тыс. руб. (вместо 1 млн. руб.), численность малых предприятий так и не увеличилась на заявленные 3,4 тыс. и по-прежнему составляет чуть более 3 тыс. (то есть программа не повлияла на реальную ситуацию).

Интересно, что в Новгородской области, где также принимались подобные программы, доля малого бизнеса в доходах бюджета замерла на 20%, причем рост количества предприятий вообще прекратился (60% из них являются "долгожителями", зарегистрированными еще 6-8 лет назад). В Калининградской области, по мнению председателя областного союза предпринимателей Сергея Пасько, господдержка малого бизнеса остается на нулевом уровне (в программах же значится впечатляющий перечень мероприятий, якобы проводимых органами власти). Из 2 млн. руб., выделяемых в 2002 году на малый бизнес (это 0,05% всех расходов бюджета), четвертая часть, по оценкам депутата Витаутаса Лопата, будет потрачена на содержание чиновников. Учитывая неэффективность расходования средств в рамках программ, можно сказать, что менее всего "пострадали" Архангельская область (здесь вместо 12 млн. руб. на следующий год выделяется всего 1 млн. руб.) и Мурманская область, где в условиях 15%-ного бюджетного дефицита подобные расходы вообще маловероятны.

Кормушка

Наиболее показателен петербургский опыт реализации программы поддержки малого бизнеса в 2000-2001 годах. Несмотря на потраченные деньги, чиновники КЭРППиТ с радостью констатируют, что в условиях недофинансирования программы вообще невозможно говорить о сколько-нибудь заметном экономическом эффекте для города, - дескать, нет денег, нет и спроса. Тем не менее имеющийся уже опыт позволяет сделать недвусмысленные выводы о целесообразности таких форм поддержки.

Осуществление программы свелось к примитивному разделу средств между предпринимателями, вовлеченными в процесс. Об объективности конкурсных процедур можно судить хотя бы по тому, что иногда претендентов на бюджетные деньги оказывалось меньше, чем разыгрываемых лотов. По признанию бывшего начальника управления координации предпринимательства и инноваций Константина Ескина, конкурсы проводились так, что чиновники комитета экономики вполне могли составлять конкурсные условия исходя из характеристик конкретных проектов, которые должны были победить, - двухтуровая процедура этому идеально способствовала. Стоит ли говорить о том, что многие предприниматели узнавали о конкурсах уже после того, как завершался срок подачи документов.

Еще одна пикантная деталь: все средства предоставлялись на безвозвратной основе в виде субсидий и долевого финансирования (когда формально половину денег на реализацию проекта вносили сами предприниматели). Понимая, что в данном случае из бюджета финансируются обычные коммерческие структуры (а это, по идее, не допускается Бюджетным кодексом), в комитете финансов администрации только разводят руками - мол, наличие закона Петербурга, которым утверждается программа, создает такую возможность. От комментариев же об эффективности такой практики для города финансисты воздерживаются, ссылаясь на невмешательство в прерогативы другого комитета.

Ущербность идеологии программы в Петербурге (как и в других регионах) связана с отсутствием внятно сформулированных приоритетов поддержки тех или иных видов деятельности, критериев отбора победителей. Какие структурные сдвиги в масштабах Петербурга можно ожидать в сфере малого бизнеса, если отмеченные городом проекты в большинстве своем - заурядный бизнес, главной трудностью для которого может считаться лишь наличие серьезной рыночной конкуренции. Финансирование таких проектов за бюджетный счет в большей степени напоминает нарушение принципа равенства конкурентных возможностей и должно привлекать внимание ТУ МАП и прокуратуры.

Не видно никакой логики в том, что бюджет вдруг поддерживает "создание участка по покраске автомобилей" ООО "СТО "Петроавто" (1 млн. руб.), "создание цеха по изготовлению молочной продукции" ЗАО "Молочный завод "Лесное" (0,6 млн. руб.), "создание участка по производству мебели безработными гражданами" ЗАО "Алитет" (0,653 млн. руб.), "создание специализированного производства в сфере пищевой промышленности" ЗАО "Колос-4" (2,368 млн. руб.).

Оправдательные аргументы чиновников не выдерживают критики. Оказывается, финансирование таких странных проектов нужно для решения социальных проблем, - мол, создаются рабочие места для бывших военнослужащих или обеспечиваются потребности инвалидов и малоимущих (в том числе при организации якобы для их нужд охраняемых автостоянок). Но ведь для этого существует Государственная служба занятости, обладающая и соответствующими ресурсами, и технологиями по включению безработных и инвалидов в активную экономическую жизнь.

Несерьезно звучат и объяснения перекоса в сторону "социалки" первого заместителя председателя КЭРППиТ Ефима Гришпуна: "Если дадим копейку социально незащищенным, то это уже хорошо". Зато заслуживают внимания предположения ряда депутатов ЗакСа, что таким образом просто переводятся деньги на "свои" фирмы. Причем не всегда можно проверить, действительно ли только теперь возникли "поддерживаемые" объекты или на них лишь задним числом списываются средства.

Кого вызывает центр?

Не страдает разнообразием и поддержка инфраструктуры малого бизнеса. Деньги в основном направляются на создание и развитие сети центров консультационного обслуживания и центров поддержки малого предпринимательства, а также различных "инновационно-технологических центров" (технопарков). В действительности эти структуры, оказывая все услуги на платной основе и выступая, по сути, в роли консалтинговых фирм и бизнес-центров, не отличаются от обычных коммерческих организаций.

Их финансирование считает недопустимым даже близкий к администрации города президент Санкт-Петербургского союза предпринимателей Роман Пастухов: "Они делают настоящий бизнес на проблемах предпринимателей - за каждый чих им нужно платить. Поддержка города должна быть иной. Нужно, чтобы любой начинающий предприниматель мог бесплатно получать необходимые консультации, помощь в регистрации, лицензировании и т. д."

Многие депутаты ЗакСа убеждены, что субсидирование центров никак не способствует реальному развитию в городе малого бизнеса. Так председатель бюджетно-финансового комитета ЗакСа Сергей Никешин полагает: "Это создание синекур - для знакомых, полузнакомых, приближенных. Контроль за расходованием средств здесь минимален, это разбазаривание денег. К тому же вкалывающему круглые сутки предпринимателю некогда ходить по центрам и консультироваться. Скорее, он рассуждает так: не учите меня жить, лучше помогите материально!"

В случае же с инновационно-технологическими центрами, которые, как правило, создаются на базе предприятий и НИИ, существует опасность, что заинтересованы в них будут лишь предприниматели, занимающиеся узко специализированными разработками или производством. Бюджетная поддержка оказывается закамуфлированным финансированием конкретных структур, получающих возможность пользоваться центрами на льготных, дотируемых за счет бюджета условиях.

Нарекания вызывает даже выставочная деятельность, субсидируемая в рамках программы. По словам г-на Патрина, на недавней выставке "Малый бизнес. Технология успеха" город профинансировал 100 мест для малых предприятий, которые, по идее, должны были представить свои уникальные know how. Но получилось "безобразие, вызывающее недоумение", как выразился по этому поводу г-н Пастухов. Он негодует: "Мы увидели бесчисленные гербалайфы, лекарственные принадлежности, мясорубки, шапочки - но разве в этом заключается технология успеха и поддержка города?" Между тем, на организацию выставок "достижений малых предприятий" только ЗАО "Выставочное объединение РЕСТЭК" ежегодно получает по 1 млн. руб., а еще есть ОАО "Ленэкспо", ЗАО "Сивел"и другие.

Аналогичное разбазаривание бюджетных средств (только в более скромных масштабах) происходит и в других регионах Северо-Запада. Например, Карельским агентством малого и среднего бизнеса, с участием бюджетных средств, начиная с 1999 года было прокредитовано пять инвестпроектов (в их числе - организация перевозок, расширение макаронного производства, некие монтажные работы). На что-то выделяются деньги и в Калининградской области, но председатель тамошнего союза предпринимателей г-н Пасько признает: "Мне не известен ни один проект, который был бы реализован на деньги государства. Через наши газеты мы предлагали откликнуться предпринимателя, который получил бы деньги из Фонда поддержки малого предпринимательства (такой существует в Калининградской области с начала 90-х годов. - "Эксперт С-З") и встал бы на ноги. Никто не откликнулся".

То ли еще будет...

Новая программа "Государственная поддержка малого предпринимательства в СПб" на 2002-2004 годы, одобренная правительством и рассматривающаяся сейчас в ЗакСе, лишена сколько-нибудь существенных концептуальных новшеств. Не приходится ожидать от нее и заметного на уровне города влияния на ситуацию с малым бизнесом.

По-прежнему в центре внимания распределение денег. Примечательно, что в программе отсутствуют как обоснования ожидаемого эффекта (можно гадать, почему налоговые поступления в бюджет должны вырасти на 100 млн. руб., количество рабочих мест - на 20 тыс., а число предприятий - на 4 тыс.), так и необходимых затрат.

Сначала администрация записывает в программу на 2003 и 2004 годы, соответственно, 200 и 300 млн. руб., затем "уточняет" эти цифры - 30 и 40 млн. руб., но при этом не вносится никаких изменений ни в один раздел документа. В то же время в 2002 году к изначально запланированным в бюджете 27 млн. руб. (и расписанным в программе) на "поддержку малого бизнеса" благодаря поправке губернатора Владимира Яковлева добавляется еще 87 млн. руб. Как планируется расходовать эти средства и будут ли они хотя бы отражены в программе - на это чиновники КЭРППиТ отвечают уклончиво, причем, как поясняет г-н Патрин, "комитет вправе сам распределить средства как госзаказчик исходя из своего видения".

В беседе с нами некоторые информированные наблюдатели высказывали предположение: в действительности за увеличением финансирования скрывается желание Смольного и части депутатов зарезервировать определенные средства на "партстроительство" и "политические инвестиции". В частности, упоминается вице-спикер ЗакСа Константин Серов, выдвинутый в последнее время в местные лидеры "Единства", он традиционно курирует вопросы малого бизнеса и активно лоббировал утверждение программы.

Ходят слухи и о том, что некоторых особо лояльных к администрации парламентариев обещана возможность "конкретно поддержать" близкие им структуры - это очень напоминает прибавку к "коллективным" и "пакетным" поправкам, составившим на следующий год около 52 млн. руб. на депутата. О том, что на этот раз часть депутатов весьма заинтересована в программе, свидетельствует ее принятие за основу ровно 26 голосами (ни больше ни меньше!). Даже вопреки тому, что она рассматривалась 33-м вопросом в конце дня, в почти пустом зале (по другим пунктам повестки все время не хватало голосов) и, что показательно, в отсутствие ряда активных критиков программы...

Взяткоемкость растет

Впрочем, мелкие изменения в программе все-таки есть. Так, в ней появились новые акценты расходования средств. В связи с подготовкой к 300-летию города почему-то требуется поддерживать предпринимателей, занимающихся изготовлением сувениров, "от матрешек до флажков и шариков с эмблемами". Через 10 лет после начала либеральных реформ вдруг обозначилась потребность направить значительные средства на "освещение положительного опыта работы в области малого предпринимательства" - дескать, "в обществе есть представление, что предприниматель - не честный человек, люди путают олигархов, сидящих на "трубе", с теми, кто работает по 12 часов". Эффект благородных усилий по спасению имиджа абстрактного бизнеса трудно будет, конечно, оценить, зато не возникнет проблем с переводом денег.

Новая программа и впредь будет создавать идеальные условия для чиновничьих злоупотреблений. По словам г-на Патрина, отныне 30% средств планируется предоставлять на невозвратной основе и 70% - на возвратной. Но поскольку в самой программе, имеющей силу закона, это не регламентируется, равно как и приоритеты и критерии оценки проектов, то и эти вопросы будут отдаваться на откуп чиновникам. Помимо того, что они могут произвольно составлять "технические задания" по условиям конкурсов, теперь им дается право решать, кому возвращать кредит с процентами через год, кому - через пять лет без процентов, а кому долг можно и вовсе списать.

На фоне отсутствия в программе любых упоминаний, связанных с намерениями качественно изменить условия для малого бизнеса в плане дебюрократизации, обеспечения равных возможностей на рынке и т. п., курьезно выглядит финансово подкрепленное желание чиновников разработать "механизм обеспечения участия" предпринимателей в системе госзаказа. Учитывая непрозрачность самого механизма городского заказа, эксперты полагают, что на практике это выразится в появлении еще одного административного инструмента, позволяющего "регулировать" деятельность.

У партнеров

    Реклама