Приобрести месячную подписку всего за 350 рублей
Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Интервью

Запланированный проигрыш

2015
Фото: Архив «Эксперт С-З»

Андрей Смирнов: «Отечественные ленты попадают в прокат как бедные родственницы. Лишь на короткие сроки»

Приступая к съемкам картины «Жила-была одна баба» после более чем 30-летнего перерыва на профессиональном поприще, режиссер Андрей Смирнов держал в уме фразу американского философа Джорджа Сантаяна: «Те, кто не помнит прошлого, обречены переживать его вновь». Сегодня мастер работает над новым проектом, о котором пока не распространяется. Слишком дорого дается ему создание кинолент.

Наш корреспондент не так давно присутствовал на круглом столе «А судьи кто?» в рамках программы «Истерзанное кино: под скальпелем советской цензуры» ХХIV Международного кинофестиваля «Послание к Человеку». Среди почетных гостей был и режиссер Андрей Смирнов. Это был шанс поговорить о судьбе кино, как советского, так и современного.

Кинотеатр абсурда

– Андрей Сергеевич, вы сейчас работаете над какой-нибудь лентой? Появление каждого вашего фильма ­- это событие.

– Я заканчиваю новый сценарий. Но рассказывать о нем не стану, пока это секрет. Закончу вскоре. А дальше начнется мучительный процесс поиска денег. Все как всегда.

– В каталоге фестиваля «Послание к Человеку» был особый раздел, посвященный советской цензуре, где можно было ознакомиться с «резолюциями» чиновников от кино. Среди документов есть и тот, что касается лично вас. Процитирую:

«Начальнику Главного управления художественной кинематографии тов. Егорову Ю.П.

В связи с тем, что картина «Ангел», поставленная режиссером А. Смирновым на Экспериментальной творческой киностудии, получилась творческим и идеологическим браком, сценарно-редакционная коллегия выражает свое согласие с заключением художественного руководителя студии Г.Н. Чухрая по этой картине как несостоявшейся и не возражает против ее списания в убыток. 

Зам. главного редактора сценарно-редакционной коллегии В. Сытин».

Вопрос следующий: как вы отнеслись к этому запрету тогда, и что конкретно, на ваш взгляд, не устраивало партийное руководство в вашем фильме?

– Скажу так: логически обоснованной системы запретов не было. Запрещалось ли все? Запрещалось. С самого момента возникновения советской власти это был чистой воды театр абсурда. Я просто напомню, что после Пятого съезда кинематографистов, который был провозвестником наступающей свободы, одной из акций было создание комиссии, которую возглавил кинокритик Андрей Плахов. Я тоже туда входил. Мы достали с пресловутой «полки» около 300 фильмов. Многие из них – шедевры 50-х и 60-х годов. Там были фильмы, которые по-настоящему действовали на зрителя. Среди них: «Комиссар» Аскольдова, который, между прочим, впоследствии получил «Серебряного медведя» в Берлине. Удивительная музыка Альфреда Шнитке, игра Ролана Быкова и Нонны Мордюковой. (Режиссер Александр Аскольдов снял свой единственный фильм, 20 лет не выходивший на экраны. Цензура требовала заменить в фильме евреев на татар. За неподчинение режиссер был признан «профессионально непригодным» и изгнан из режиссуры. Известно, что после смерти Сергея Герасимова, секретаря правления Союза Кинематографистов СССР, в его сейфе обнаружили единственный сохранившийся негатив этой ленты, которую он очень уважал.  – «Эксперт С-З».) Фильм про Асю-хромоножку («История Аси Клячиной…», лента Андрея Кончаловского,1967) тоже собрал много призов впоследствии. Так вот, когда мы смотрели эти картины, сформулировать и понять, почему тот или иной конкретный фильм был подвергнут цензуре, было невозможно. Там нашлись  картины документальные, научно-популярные и даже несколько анимационных. Не было в этих фильмах призывов свергнуть советскую власть или уничтожить коммунистическую партию, а было совсем другое… Дело в том, что все упиралось в конкретного человека, который должен был сказать «да» или «нет» при утверждении картины. За «да» чиновнику могло «влететь», а за «нет» не было никакого спроса.

Хотя, если обобщить, то, в сущности, реагировали наверху на талант. Потому что талант смотрел по-своему на все. Кого из наших классиков вы сегодня ни возьмете – будет ли это Эйзенштейн, Довженко, Тарковский, Шукшин, - у каждого особый взгляд.

Возвращаясь к вашему вопросу… Картина «Ангел» была положена на полку, негативы уничтожены. Только одну копию сохранил монтажер «Мосфильма». Это была одна из частей трилогии «Начало неведомого века». Экспериментальная творческая киностудия Григория Чухрая хотела наладить отношения с властью и к 50-летию Октябрьской революции пригласила молодых режиссеров экранизировать советскую классику. Были созданы три короткометражки. Генрих Габай снял фильм по рассказу Константина Паустовского «Мотря», Лариса Шепитько – по рассказу Андрея Платонова «Родина электричества». Я экранизировал рассказ Юрия Олеши «Ангел».

Это была моя первая самостоятельная работа. Помню, как я долго стремился заставить операторов снимать так, как снимались фильмы Ингмара Бергмана и Жана-Люка Годара. Мне очень хотелось такого же света. Спорили долго с оператором Вадимом Юсовым (он известен по фильмам Андрея Тарковского и Сергея Бондарчука. ­– «Эксперт С-З». В итоге на мою сторону перешел Павел Лебешев. Он мою задумку понял. Он, кстати, потом снимет «Белорусский вокзал». А судьба «Ангела» ничем не отличалась от многих и многих других… Картина «загремела» на полку, меня на несколько лет отстранили от дела.

В центре России – одна баба

– Сначала вас на несколько лет отстранили от дела, настоятельно предложив поменять профессию, затем замучили цензурными правками, а потом, спустя время, вы сами добровольно отстранились. И только через 30 лет решились на новый фильм. Скажите, почему вы вновь пришли в режиссуру, ведь можно было оставаться и актером, и сценаристом, тем более что и то и другое у вас прекрасно получалось? И еще вопрос – зритель за эти 30 лет существенным образом поменялся. Как вы однажды сказали в телеинтервью – это уже «продукт воспитания» «Терминатором». Более того – как говорят, в первый съемочный день вы страдали от того, что все не получалось. И подбадривал вас телефонным звонком ваш друг и коллега Андрей Кончаловский…

– Да. Все так. Я очень долго готовился к съемкам этого фильма. Он ведь был задуман очень давно. Вы знаете, к концу 80-х годов, на мой взгляд, появилась реальная возможность сделать картину о принципиально главном. А именно – о судьбе России, о ее жителях, о российском крестьянстве, о судьбе одной простой русской бабы, жизнь которой приходится на все роковые моменты истории. Я взял событие, известное как крестьянское восстание «Антоновщина» в 20-х годах прошлого века. Напомню, что эти крестьянские возмущения были крайне жестоко подавлены Красной Армией (там было больше 100 тыс. штыков и сабель, более 150 стволов артиллерии, четыре эскадрильи самолетов, четыре бронедивизиона). Людей уничтожали.

Около десяти лет у меня ушло на то, чтобы посетить те места в Тамбовской области, где все происходило. Был в селе Кипец, которое по приказу Тухачевского обстреляли химическими снарядами. И это единственный случай в мировой истории, когда химическое оружие использовалось в гражданской войне. Но не это главное. А главное то, что когда я стал общаться с местными жителями, то понял, что никто ничего не помнит о своей истории, да и не стремится к этому… Абсолютное равнодушие. В местном краеведческом музее висят портреты тех, кто стоял во главе подавления мятежа. Это мыслимо?! Что же касается зрителя, то да, я не питаю иллюзий на этот счет. Публика в кинотеатре сегодня другая. Но я думаю, что найдутся те, кто фильм оценит.

Картина «Жила-была одна баба» вышла недавно. За время вашего отсутствия в режиссуре многое ли изменилось в кинематографе?

– Первое – отсутствие цензуры. Я прошел ее сполна в советское время, поэтому знаю, о чем говорю. Второе – несмотря на многие критические возмущенные высказывания, я думаю, что профессионализм в области создания кино высок. Я убедился в этом во время съемок фильма «Жила-была одна баба». Пригласил в группу людей из Москвы, Петербурга, Минска, Киева. И команда была такая, что я каждое утро волновался, выходя на площадку: «А вдруг мой уровень ремесла не соответствует их уровню?»

Отчаянное положение

– Когда вы делали  фильм «Белорусский вокзал», вам не было и тридцати… Как удалось снять столь проникновенный фильм в таком возрасте?

– Нам с оператором и художником было по 28 лет. Но ведь наши отцы прошли войну. Поэтому мы понимали, о чем рассказывали. Мой отец с 1954 года искал героев Бреста. Считалось, что все они погибли. А он нашел 400 человек. Многие бывали у нас дома, делились рассказами о жизни. Судьбы у них были очень непростые. Все они прошли немецкие лагеря. Надо сказать, что «Белорусский вокзал» изначально задумывался как черно-белая лента, в узком формате. Но потом нам поставили задачу сделать в цвете, широкоформатным. Все бы ничего, если бы не отвратительного качества пленка! Мы переснимали фрагменты по пять раз. Фильм выстраданный получился. Стараюсь его не пересматривать. Блестящий сценарий сильно урезали. Спасла игра актеров и песня «Нам нужна одна победа».

Но ведь песня могла и не войти в фильм? Булат Окуджава не сразу согласился на сотрудничество.

– Да. Идея написать песню принадлежит сценаристу Вадиму Трунину. Он вел переговоры с Окуджавой. Тот сначала отказал: «Я песни не пишу сейчас, отстаньте!» Дали почитать сценарий. Все равно отказывался. Потом показали сам материал, и только тогда он согласился. Даже загорелся, я бы сказал. С оркестровой партией помог Альфред Шнитке.

– Каково ваше отношение к российскому кино сегодня, если брать в расчет последние увиденные вами ленты?

– Могу выделить фильм «Горько!» Жоры Крыжовникова. На мой взгляд – это сенсация. «Шапито-шоу» Сергея Лобана, хотя режиссерская работа не особо мне понравилась. Правда, это все не меняет ситуации в целом: российский кинематограф все-таки находится в отчаянном положении. Отечественные ленты попадают в прокат как бедные родственницы, лишь на короткие сроки. Если бы фильму «Жила-была одна баба» дали 200 кинотеатров и полтора месяца, уверен, я бы отбил те огромные суммы, которые на него были потрачены! Но конкуренция с западным мейнстримом велика. Думаю, что какая-то внятная программа поддержки российского кино сейчас крайне необходима. В противном случае – мы заранее занимаем проигрышные позиции.

Досье

Андрей Смирнов родился 12 марта 1941 года в Москве. Сын писателя Сергея Смирнова («Брестская крепость»). В 1962 году окончил режиссерский факультет ВГКИКа (мастерская Михаила Ромма). Режиссер фильма «Белорусский вокзал». Более 40 лет эта лента остается одним из лучших фильмов, посвященных теме Великой Отечественной войны. Как актер сыграл большое количество ярких ролей (среди них – «Дневник его жены», «Елена» и другие). Фильм «Жила была одна баба», снятый им после 30-летнего перерыва по своему же сценарию, получил премию «Ника». В 2011 году Андрей Смирнов получил «Кинотавра» за «Честь и достоинство». Член общественной организации российских кинематографистов «КиноСоюз».

«Эксперт Северо-Запад» №6 (695)
Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама




    Струйная печать возвращается в офис

    Обсуждаем с менеджером компании-лидера в индустрии струйной печати

    Когда безопасность важнее цены

    Экономия на закупках кабельно-проводниковой продукции и «русский авось» может сделать промобъекты опасными. Проблему необходимо решать уже сейчас, пока модернизация по «списку Белоусова» не набрала обороты.

    Новый взгляд на инвестиции в ИТ: как сэкономить на обслуживании SAP HANA

    Экономика заставляет пристальнее взглянуть на инвестиции в ИТ и причесать раздутые расходы. Начнем с SAP HANA? Рассказываем о возможностях сэкономить.

    Аквапарк на Сахалине: уникальный, всесезонный, олимпийский

    Уникальный водно-оздоровительный комплекс на Сахалине ждет гостей и управляющую компанию

    Армения для малых и средних экспортеров

    С 22 по 24 октября Ассоциация малых и средних экспортеров организует масштабную бизнес-миссию экспортеров из 7 российских регионов в Армению. В программе – прямые В2В переговоры и участие в «Евразийской неделе».


    Реклама