Приобрести месячную подписку всего за 290 рублей
Политика

Почему сажают мэров?

, , , , , , 2007

Каждый шестой мэр региональных столиц России или сидел, или сидит, или, вероятно, будет сидеть, поскольку находится под следствием. Главная причина — конфликты вокруг муниципальной земли и недвижимости, в которых мэры более уязвимы, чем губернаторы и федеральные чиновники

Чуть ли не каждую неделю из разных уголков России приходят новые сообщения с линии фронта, где мэров атакует прокуратура. В мае предъявлены обвинения главе администрации Рязани Федору Провоторову, полгода сидит в СИЗО томский градоначальник Александр Макаров. Обвинения главам местных администраций предъявлены во Владивостоке, Архангельске, Орле, Волгограде, Пятигорске, Петропавловске-Камчатском, Петрозаводске, Вологде, Перми, Краснодаре…

У кого появилось желание свести счеты с мэрами областных столиц? Почему именно они становятся жертвами силовиков: прокуратуры, ФСБ, МВД? И, наконец, за дело ли их сажают?

Чтобы разобраться в сути происходящего, нужно понять нехитрую истину: мэр в первую очередь политик, а не простой завхоз, как бы кому-то этого ни хотелось и как бы они сами ни пытались себя таковыми представить.

  Фото: Коммерсант ; РИА Новости ; Итар-Тасс
Фото: Коммерсант ; РИА Новости ; Итар-Тасс

Современный российский руководитель города или района, говоря языком геологов, находится на пересечении очень многих «линий разлома». Мэр ежедневно должен думать о выстраивании отношений с губернатором, с местными федералами, преимущественно силовиками: милицией, налоговиками, прокуратурой. С депутатами регионального закса, от которых зависит выделение городу бюджетных средств и трансфертов. Со своими собственными муниципальными депутатами, которые во многих случаях его избирают или заключают с ним договор. С бизнесом, политичес-кими партиями и общественными организациями — вплоть до общества охраны животных, озабоченного судьбой бродячих собак на данной территории. И по каждой из этих линий ежедневно может вспыхнуть конфликт. Мэр словно шагает по минному полю, и каждый шаг чреват взрывом.

Мэры утверждают: невстроенность в систему государственной власти делает их доступной мишенью. «Мы — наиболее уязвимое звено в системе российской власти, — жалуется глава Архангельска Александр Донской. — Губернатор является федеральным чиновником, а мэр — нет. У нас губернатор, например, проводит силовые планерки — вызывает начальников ФСБ, МВД, прокурора области, руководителей налоговой и остальных силовых ведомств. Так, после того как я в конце прошлого года заявил о намерении баллотироваться на пост президента, он собрал такую планерку и поставил задачу: до нового года меня посадить».

Условия игры таковы, что все мэры в той или иной мере вынуждены идти на нарушение закона
  Фото: Сергей Михеев, Геннадий Гуляев/Коммерсант; Итар-Тасс
Фото: Сергей Михеев, Геннадий Гуляев/Коммерсант; Итар-Тасс

Александр Донской еще на свободе, но уже давно под подпиской о невыезде — прокуратура расследует четыре уголовных дела: от подделки диплома о высшем образовании до незаконной предпринимательской деятельности. Причем диплом, похоже, и вправду поддельный. И, конечно, Донской себе льстит, считая причиной преследования свое желание стать президентом России. Причем сам тут же проговаривается и рассказывает о конфликте с губернатором по поводу планов приватизации объектов недвижимости.

Частота, с которой мэров отправляют за решетку, может говорить либо о планомерной кампании, либо о сис-темном дефекте в архитектуре власти. Губернаторы и силовики, как назначенные сверху, нередко относятся к избираемым всенародным голосованием главам местных администраций как к «классовым врагам». С точки зрения губернаторов, источником встроенного в пирамиду власти изъяна является «непросвещенность» избирателя, о чем с откровенной наивностью поведал как-то нижегородский губернатор Валерий Шанцев: «Обидно, что народ очень часто выбирает не тех, кого надо». Чтобы избавиться от этого порока и достроить вертикаль, по мнению Шанцева, мэров надо назначать, причем расставлять фигуры на муниципальном поле должны, понятное дело, губернаторы. Они до сих пор не могут смириться с тем, что местное самоуправление отделено от государственной власти и, следовательно, им не подотчетно.

  Фото: Сергей Михеев, Геннадий Гуляев/Коммерсант; Итар-Тасс
Фото: Сергей Михеев, Геннадий Гуляев/Коммерсант; Итар-Тасс

«По закону о местном самоуправлении мэры получили массу полномочий, но не научились ими как следует пользоваться. Это касается и распоряжения землей, и управления муниципальными бюджетами, — не без раздражения делится своим мнением с корреспондентом “Русского репортера” вице-губернатор Ставропольского края Анатолий Воропаев. — И у многих градоначальников создалось ощущение, что они абсолютно самостоятельны. Но это же не так. Есть и федеральные власти, и областные. У них у всех свои интересы, и главы муниципальных образований должны с этим считаться. А они делали что хотели при фактическом отсутствии контроля. Теперь до них дошли руки».

Сейчас законодательные собрания имеют право решить, выбирать ли мэров или объявлять конкурс на пост сити-менеджера. Нанять для управления городом профессионального экономиста, а не политика решили более чем в 200 муниципальных образованиях по всей России, в том числе в таких крупных городах, как Курск, Великий Новгород и Саратов. Это уже явная тенденция. Назначение менеджеров позволило в ряде случаев избежать «репрессивных» методов борьбы с независимыми мэрами, поскольку конфликтные вопросы, в частности о земле и недвижимости, таким образом выводятся из сферы политики и становятся предметом рутинного управления.

Признать, что на мэров объявлена целенаправленная охота, не значит утверждать, что они являются невинными жертвами хищных силовиков. Мэрами поневоле не становятся — для этого нужны властные амбиции и готовность к риску. А правила игры таковы, что сплошь и рядом на административно-политическом паркете разыгрываются замысловатые, порой трагикомические и близкие к абсурду ситуации.

  Фото: Сергей Михеев, Геннадий Гуляев/Коммерсант; Итар-Тасс
Фото: Сергей Михеев, Геннадий Гуляев/Коммерсант; Итар-Тасс

Парадоксы начинаются с того, что около 95% бюджетов всех муниципальных образований сегодня являются дотационными. Большинство мэрий, таким образом, уже самим законодательством поставлено в финансовую зависимость от субъектов Федерации, то есть от губернаторов. И это притом, что основным производителем общественных богатств являются как раз города. Примерно в таком же положении дотационной зависимости находятся сами субъекты Федерации по отношению к федеральному центру. И это — хитрость не разума, а законодательства. Большая часть налогов уходит в центр, а перераспределение дотаций осуществляется сверху вниз. В распоряжении городов сегодня оказывается в среднем от 6 до 9% собираемых на их территории налогов. В такой системе была своя логика, когда Федерация разваливалась и центр укреплял свой авторитет, получая монопольное право на распределение дотаций.

Но сохранение выборности мэров неизбежно приводит к тому, что они начинают требовать больших ресурсов и большей налоговой автономии. Ведь градоначальнику нужно выполнять свои обещания горожанам: от них его карьерная судьба зависит не меньше, чем от регионального и федерального начальства. У него также есть обязательства перед бизнесом, который финансировал предвыборную кампанию. Но когда мэр сталкивается с острым дефицитом наличных средств, а законодательная база не позволяет увеличить ресурсы, он просто вынужден решать эту задачу средствами теневой экономики: спекуляцией земельной собственностью или недвижимостью, административным рэкетом бизнеса. Причем разобраться, в каком случае градоначальник действует в интересах избирателей, а в каком — в своих собственных, совсем непросто.

Город — это не фирма, созданная частным лицом, которое одно только и знает конечный замысел. Город — это организм, который создается всеми его жителями
  Фото: Андрей Чепакин/Epsilon; Николай Цыганов/Коммерсант
Фото: Андрей Чепакин/Epsilon; Николай Цыганов/Коммерсант

Показательно дело бывшего мэра города Миасс Челябинской области Владимира Григориади. Четвертый год он сидит в Кыштымской колонии № 10. Милиция поймала его на получении взятки в размере 850 тыс. рублей от одного из местных предпринимателей. Правда, сам Григориади говорит, что это была никакая не взятка, а восстановление справедливости — якобы при прежнем мэре предприниматель Николай Зайцев купил за бесценок два магазина. Новый мэр потребовал от бизнесмена доплатить городу миллион рублей. И тот 200 тыс. перечислил в бюджет по безналичному расчету, а остальные принес лично, предварительно заглянув в милицию и написав соответствующее заявление. Впрочем, суд не поверил в благородные намерения мэра и осудил его на 8 лет колонии.

Если отследить все уголовные дела мэров, обнаружится, что большинство «расхитителей» — это главы областных центров, располагающих солидными ресурсами земли и недвижимости. Бюджетные войны в таких условиях неминуемы. «Такое ощущение, что городская власть существует, чтобы вредить жителям города. Я впервые сталкиваюсь с тем, что люди, избранные населением, ему же и вредят», — театрально заявил как-то на региональном правительственном совещании губернатор Нижегородской области Валерий Шанцев. Стрела предназначалась лично мэру областного центра Вадиму Булавинову. Бывший заместитель Юрия Лужкова взялся за наведение порядка в сфере застройки, для начала решив насущный земельный вопрос: под давлением областной власти главы райцентров дружно делегировали области право распоряжаться муниципальной землей. Сопротивлялся один Булавинов.

  Фото: Андрей Чепакин/Epsilon; Николай Цыганов/Коммерсант
Фото: Андрей Чепакин/Epsilon; Николай Цыганов/Коммерсант

Эпидемия арестов градоначальников объясняется несколькими связанными процессами. Экономический рост и рост темпов строительства повышает цену вопроса о земле и недвижимости. Одновременно в рамках закона о местном самоуправлении до 2009 года будет происходить процесс распределения полномочий и имущественных прав между мэрами и региональными властями. И на фоне усиления контроля государства над региональными властями и силовыми структурами это делает мэра мишенью.

Достойны ли такие административные и уголовные казусы национального обсуждения, тем более что опальные мэры, вероятно, действительно совершали те преступления, в которых они обвиняются? По крайней мере, в одном важном смысле — да, достойны. Зададим себе жесткий вопрос: готовы ли мы, например, ради очень быстрого решения жилищной проблемы в нашем городе отказаться от выборов мэра, передав полномочия губернатору и далее по цепочке федеральному центру?

Нам хочется надеяться, что ответ будет в пользу сохранения права выбора. Это логично и естественно с точки зрения человеческой природы: люди должны сами отвечать за территорию своего обитания, в том числе и потому, что именно на уровне города, поселка, деревни формируются способы самоорганизации граждан, которые составляют фундамент государства. Более того, мы бы предложили ограничить срок пребывания в должности как мэра, так и губернатора восемью годами. Город — это же не фирма, созданная частным лицом, которое одно только и знает конечный замысел. Город — это организм, который создается всеми его жителями. Каждый новый мэр приносит какой-то один проект развития, и регулярное их обновление превратит городскую политику в более живое, более похожее на бизнес состязание.

  Фото: Григорий Тамбулов/Коммерсант
Фото: Григорий Тамбулов/Коммерсант

Что касается современных проблем, то, думается, правильной для граждан тактикой было бы избрание мэрами таких кандидатов, которые сами обладают достаточными связями в федеральном центре, чтобы противостоять «вертикали власти на местах», и обладают достаточной управленческой адекватностью и опытом, чтобы не создавать конфликтов, единственный выход из которых — тюрьма.

В современной практике уже есть прецеденты, когда успешные главы областных центров оказываются сильнее губернаторов. Как, например, в Пскове, где градоначальник Михаил Хоронен, заручившись поддержкой федерального центра, добился прекращения конфликтов на своих условиях и без ущерба для населения. Есть и регионы, в которых сильный губернатор — сам выходец из мэров, как в Новосибирске, и поэтому там идет мирная работа, приводящая к интенсивному развитию.

Самое плохое, что могло бы сейчас произойти, — это разочарование в идее самостоятельности избранных народом руководителей городов. Политически прокуратуре и вообще федеральным органам власти легче всего превратить «посадку» мэров в систему и достроить административную вертикаль, включив в нее города и поселки. Но одно дело — посадить мэра с уголовной кличкой, как случилось с бывшим главой Владивостока Владимиром Николаевым, другое — встать на одну из сторон в конфликтах вокруг земли и недвижимости. Баланс может измениться, скажем, если федеральные партии власти увидят свой ресурс в сильных и популярных мэрах, как это произошло в Пскове («Единая Россия») или в Ставрополе («Справедливая Россия»). Ведь сейчас только градоначальники еще обладают навыками общения с избирателями — многие политики, включая губернаторов, уже не имеют такого опыта, необходимого и для борьбы за власть, и для квалифицированного управления.

За что сажают мэров крупных городов
№2 (2)



    Реклама



    Реклама