Нестабильная стабильность

• Дмитрий Толмачев
• Холзанова Ольга
• Глеб Жога

В ноябре мы завершили пятую волну исследования инвестиционной активности на территории Урало-Западносибирского региона — один из титульных проектов АЦ «Эксперт-Урал». Результаты работы как всегда были представлены на ежегодной конференции «Точки роста экономики Большого Урала», где они традиционно стали неотъемлемой частью дискуссии.

Всего в анализируемой базе этого года оказалось 367 проектов. Все проекты делятся на три группы по стадии реализации: завершенные в минувший период (вторая половина 2010 года — пройденная часть 2011 года; на их долю приходится около 10% общего числа; реализуемые (70%); планируемые (20%). Также проекты разделены на два типа по категории инвестплощадки и «степени новизны» — greenfield (треть проектов во всей базе) и brownfield (остальное). Причем из завершенных к гринфилд можно отнести не более четверти, из реализуемых — только 30%, зато в запланированных гринфилд-проекты составляют почти половину.

Это нормально: во-первых, в кризис доделывались проекты на своих заводах, освоенческие замораживались или от них отказывались, а вот будущее, мол, мы смотрим уверенно, поэтому собираемся строить новую экономику и создавать новые производства. Во-вторых, планировать можно что угодно, но когда дело доходит до реализации, многие гринфилды отсеиваются либо снова откладываются на будущее. В 2006 — 2007 годах мы это уже проходили.

Рассмотрим детальней проекты в стадии реализации. Их можно поделить на докризисные (начатые до 2009 года) и посткризисные (2009 — 2011 годов). По суммарной стоимости посткризисные и докризисные почти совпадают. Однако структура докризисных проектов — 40/60 по соотношению гринфилд/браунфилд. В посткризисных это 30/70. Так что пока оптимизма немного.

Наиболее плодовиты на заявление гринфилд-проектов ХМАО, ЯНАО и юг Тюменской области. В отраслевом разрезе это нефтянка и газ. Немало гринфилдов в пищевой промышленности Курганской области, но многие просто «запланированы». Плохонькая ситуация со структурой проектов в Пермском крае: там мало реализованных проектов, мало реализуемых — они постоянно отодвигаются вперед и все никак не начинаются, и очень мало гринфилдов.

Структура

Отдельно мы анализировали проекты, находящиеся в стадии реализации, при этом по ним должны были быть известны суммы и сроки, то есть финансовые параметры. (Югра и ЯНАО не рассматривались: как мы не раз отмечали, там совсем иная экономическая действительность.) Таких проектов в базе этого года оказалось 192, общая их сумма — 60,2 млрд долларов. Для сравнения: за 2010 год на рассматриваемой территории проинвестировано 30 млрд долларов.

Средний срок реализации по проектам — 5,4 года. В докризисные времена срок реализации проектов был короче (3,2 — 3,5 года). Вероятно, во-первых, кризис растянул во времени начатые накануне проекты, а во-вторых, планы заявителей стали реалистичней, чем на волне сырьевого роста.

Отраслевой ландшафт определяет по-прежнему нефтегазовая промышленность (подчеркиваем — это не тюменские севера), металлургия, энергетика и машиностроение. На них приходится около 70% всех сумм.

Особняком стоит крупнейший в регионе реализуемый проект — ОЭЗ «Титановая долина» (до 7% суммарной стоимости реализуемых проектов). Производственные проекты в его рамках пока не могут быть выделены, поэтому проект целиком вынесен за грани отраслевой разбивки. Подробнее о нем расскажем чуть позже.

На отраслевом срезе впечатляет пищевка. Во-первых, здесь хорошая структура завершенных/реализуемых/планируемых проектов: в отрасли много уже сделано, многое делается и есть внятные прописанные планы на будущее. Во-вторых, это один из лидеров по гринфилд-проектам, причем не просто заявленным, но и реализуемым. Отрасль спокойно себя чувствовала в кризис: помогли стабильный спрос, господдержка АПК, ориентация на внутренний рынок и независимость от мировых цен. Проекты в этой сфере хорошо связывают территории — концентрируются они в сельской местности между большими центрами потребления. Но в весовом выражении доля отрасли все еще мала — около 4%.

Прилично по структуре степени завершенности проектов и по генерации гринфилд-инициатив выглядит нефтегазовая промышленность, что неудивительно.

Промышленность стройматериалов — лидер по заявленным гринфилд-проектам. Отчасти это еще задел прежнего докризисного бума, когда все подряд хотели построить кирпичный или цементный заводик. Сейчас размораживаются и эти проекты, и появляются новые.

Показательно распределение вложений по времени. Подчеркнем, что здесь мы говорим только о реализуемых 192 проектах. В целом по результатам исследования нынешнего года кривая плотности получается симметричной, с вершинкой, приходящейся на текущий год. Это говорит о том, что мы сейчас живем настоящим и не находимся в ситуации спада (если бы, скажем, мода была смещена в прошлое). Однако стремительного роста тоже ждать не приходится. Сравните: в исследовании 2007 года вершинка графика плотности распределения финансовых вложений во времени была сдвинута вперед к 2009-му, то есть все экономические агенты активно планировали инвестпрограммы, рассчитывая на увеличение сверхдоходов. Таким образом, нынешнее положение условно можно назвать шаткой неопределенностью.

По ключевым отраслям ситуация с распределением инвестиционных вложений по времени такая же, как в экономике в целом. Но есть одно важное исключение: у металлургов пик вложений по реализуемым ныне проектам сдвинут в прошлое — он приходится на 2010 год. Это свидетельствует о том, что в отрасли наблюдается сворачивание инвестиционной активности и ожидать всплесков в ближайшем будущем неоткуда. Отрасль сейчас завершает инвестиционный цикл и приступает к «перевариванию» новых линий и технологий, встраиванию их в производство.

Карта

Самая высокая концентрация промышленного производства на Урале наблюдается в Екатеринбурге с промышленным кольцом, на севере Челябинской области, в Уфе, Перми и Уватском районе Тюменской области. Суммарно в обозначенных областях сосредоточено чуть более 88% промышленного производства восьми субъектов Урала (расчет на основе объема продукции собственного производства, предоставляемого Росстатом).

Если сопоставить распределение промышленности с территориальным распределением населения (см. карты), то кое-где мы можем увидеть явные разрывы, которые в дальнейшем могут стать препятствием для сбалансированного экономического развития. Таков, например, север Свердловской области, где населения не так много, хотя там сконцентрирована отнюдь не добывающая промышленность: территория вымирает. Обратная картинка — Ижевск: достаточно много населения, но доля продукции собственного производства меньше, значит, промышленный узел теряет экономическую значимость, а уровень жизни населения под угрозой. Кроме того, не стоит забывать, что в уже ближайшие четыре года многие уральские города столкнутся со снижением численности трудоспособного населения на 3 — 6%.

Текущая инвестиционная активность, по данным нашего исследования, сконцентрирована в семи территориях. Это агломерация Екатеринбурга, Нижний Тагил и Верхняя Салда (основа тут — «Титановая долина»), Пермь, Тюмень, Уфа, Оренбург и связка Орск — Гай — Новотроицк. На них приходится более половины от суммы реализуемых проектов.

При их совмещении с текущим распределением промпроизводства мы видим значительное несовпадение. Так, реализуемые ныне инвестпроекты усилят экономическую мощь Тагила и Салды, Орска и Новотроицка, Екатеринбурга. В Уфе, Оренбурге, Перми и Тюмени текущая инвестиционная активность находится на среднем для этих промышленных центров уровне. А вот север Свердловской области, многие территории в центре Челябинской области, Удмуртия и Соликамско-Березниковский узел имеют тенденции к потере индустриальной значимости.

Если посмотреть на пространственное распределение объемов не просто инвестиционных вложений, а гринфилд-проектов, то круг потенциальных территорий роста еще сужается. Нормальная территориальная концентрация проектов «в чистом поле», поддержанная общей инвестиционной активностью и существующей экономической мощью, ожидается разве что в екатеринбургской агломерации, в промышленном узле Тагил — Салда и в связке Орск — Гай — Новотроицк. Неплохо выглядит Тюмень, однако этот город — как один в том самом поле: не воин, потому что окружающая территория инвестиционного рывка не поддерживает.

Площадки

Для активизации привлечения инвестиций, особенно в гринфилд-проекты, необходимы специализированные инвестплощадки, оснащенные инфраструктурой. Их могут обеспечить индустриальные парки и особые экономически зоны.

«Титановая долина» — особая экономическая зона промышленно-производственного типа, создаваемая в Верхней Салде, — самый значимый инвестиционный проект, реализуемый ныне на Урале. В данном случае есть четкий экономический смысл в близости к корпорации ВСМПО-Ависма — крупнейшему в мире титановому производителю. Титан — дорогое сырье, и при территориальной близости качественные отходы механообработки титановых деталей потенциальными компаниями-резидентами могут быть возвращены в производство. Сегодня эта практика налажена на UBM. В результате территориальной концентрации экономия на сырье может достичь 10 — 15% объема титановых заготовок (плиты, прутки, листы, трубы, профили и т.п.). Возникающая экономия будет распределена по всей производственной цепочке, что благоприятно скажется на себестоимости, а следовательно, и на конкурентоспособности конечной продукции резидентов «Титановой долины».

Реализовать проект планируется до 2030 года. К тому моменту ожидается, что на территории возникнет до 65 новых производств, где будет создано 13 тыс. новых рабочих мест. А при выходе всех производств на проектные мощности ежегодная выручка может приблизиться к 3,5 млрд долларов (в ценах 2010 года): по нынешним меркам это около 10% от всего промышленного выпуска в Свердловской области.

Безусловно, создание производственных комплексов такого масштаба требует высокой ресурсной обеспеченности: например, на нужды ОЭЗ планируется задействовать примерно 240 МВт энергомощностей. Все это потребует огромных вложений в инфраструктуру. Нами они оценены на этапе разработки концепции в дополнительные 800 млн долларов.

Крупнейшее инвестиционное начинание в Уральском регионе «Титановая долина» — это, конечно, здорово. Однако стоит понимать, что одно оно всю экономику Урало-Западносибирского региона из состояния шаткой неопределенности в сторону повышательного тренда не вытащит.

Вообще с инвестиционной инфраструктурой на Урале, по сравнению со многими другими регионами страны, плохо. На регион (без Тюменской области и округов) приходится 15% всего промышленного выпуска в стране, но «Долина» — единственная ОЭЗ промышленно-производственного типа, а индустриальных парков федерального уровня нет вообще. Притом что всего в России только по четыре технико-внедренческих и промышленно-производственных ОЭЗ, а также 57 промпарков (которые концентрируются в западной части страны).

Да и в целом Россия значительно отстает от многих мировых лидеров по уровню развития инвестиционной инфраструктуры. Так, в Южной Корее до 40% всей промышленности располагается на территории специализированных индустриальных площадок, количество которых приближается к тысяче. А во Вьетнаме число ОЭЗ достигает 185.

Поэтому для устойчивого развития, экономического в целом и инвестиционного в частности, важным (если не определяющим) моментом будет создание сети инвестиционных площадок по всему Уралу. Причем размещение таких площадок по территории региона должно быть соотнесено с пространственными точками будущего роста.

• При поддержке Москвы Татария хочет начать у себя промышленную добычу сверхтяжелой нефти
• Модернизируют и убивают
• Белорусский десант