Минэк совместно с ВЭБ обсуждают возможность модернизации инвестиционной политики. В Минэке хотят теснее увязать господдержку с задачами технологического лидерства и распространить этот подход в том числе на институты развития. Сделки собираются выстроить вокруг таксономии — перечня приоритетных для государства направлений и проектов. Новые правила будут гибкими: государство через институты развития сможет поддерживать и другие проекты, но для этого могут потребоваться отдельные решения правительства. А все действующие соглашения останутся без изменений. Отдельным фокусом ВЭБа станет работа с иностранными инвесторами через сервис персонального сопровождения проектов InvestRussia.
Какие проекты получат приоритет
ССоответствие таксономии проектов технологического суверенитета и структурной адаптации экономики должно стать общим правилом для будущего проектного финансирования. Такой подход Минэк и госкорпорация обсуждали на совещании по подготовке нового инвестиционного цикла в конце октября. Материалы встречи есть у «Эксперта». В дискуссии участвовали председатель ВЭБа Игорь Шувалов, министр экономического развития Максим Решетников и их профильные заместители, сообщили два участника мероприятия.
Но применение таксономии не означает, что ВЭБ не сможет поддерживать проекты, которые формально не подпадают под ее критерии. Госкорпорация, как и прочие институты развития, сможет поддерживать и другие инициативы, но для крупных сделок могут потребоваться отдельные решения правительства. Государство собирается сфокусировать господдержку на проектах технологического лидерства и структурной трансформации экономики в целом. Такой подход коснется не только ВЭБа, но и других механизмов: СПИКов, проектов ГЧП, финансирования из ФНБ, льготных программ кредитования и так далее.
«Таксономия становится ядром нового инвестиционного цикла — сквозным фильтром для приоритетной господдержки проектов технологического суверенитета и структурной адаптации экономики. Главная новация — на проекты таксономии распространяются не только стимулы Банка России, но и меры господдержки, в том числе инструменты, где оператор — ВЭБ.РФ: Фабрика проектного финансирования, финансирование с участием ФНБ. Соответствующие изменения в нормативную базу сейчас готовятся», — заявил «Эксперту» представитель Минэкономразвития.
ВЭБ планирует в течение следующих трех лет поддержать экономику на 2,6 трлн руб. Из них на новые проекты у госкорпорации появится свыше 1 трлн руб. Половину новых ресурсов направят на технологические проекты, другую половину — на экспортные и инфраструктурные проекты, проекты городской экономики.
Сейчас таксономия действительно работает только как стимул для коммерческих банков: ЦБ позволяет им применять пониженные коэффициенты риска по кредитам на технологические проекты. Это снижает нагрузку на их капитал и улучшает финансовые результаты.
Таксономия работает как фильтр, концентрирующий банковский ресурс на ключевых технологических задачах. Система состоит из перечня приоритетных отраслей, направлений проектов и критериев, которые помогают относить проект к числу значимых. Если условия таксономии соблюдены, заемщик может получить финансирование по более привлекательной ставке по сравнению с рыночной — ЦБ дал право банкам делиться экономией капитала с заемщиками.
Принципы таксономии также будут расширяться, следует из материалов к совещанию. В частности, в нее войдут не только отрасли технологического суверенитета и лидерства, но также инфраструктурные проекты, туризм, оказание услуг в сложных отраслях (например, по ремонту космических аппаратов) и ряд других.
При этом ВЭБ, как и раньше, будет ориентироваться и на финансовые параметры проектов. Например, деньги по механизму «Фабрики проектного финансирования» ранее могли получить проекты стоимостью не менее 3 млрд руб. и сроком окупаемости не более 30 лет. Важным условием выступало участие инициатора проекта: собственные средства инвестора должны были составлять не менее 20% стоимости проекта. Механизм позволял поддерживать проекты разных отраслей.
В пресс-службе Минэка пояснили «Эксперту», что для донастройки инвестиционной политики потребуются нормативные изменения. Они готовятся прежде всего для проектного финансирования, включая «Фабрику», и инвестиций с участием средств Фонда национального благосостояния (ФНБ).
«Важно понимать, что портфель не будет перестраиваться одномоментно: проекты „Фабрики“ уже в значительной степени соответствуют таксономии, а по ранее одобренным проектам условия меняться не будут», — подчеркнули в министерстве. При этом таксономия станет необходимым, но недостаточным условием: требования ВЭБа к окупаемости и рискам сохранятся, а проекты вне перечня приоритетных отраслей смогут получать поддержку по отдельным решениям правительства. Для Корпорации МСП и РЭЦ (входят в группу ВЭБа) вопрос пока открыт: массовая поддержка малого бизнеса и экспорта отличается от отбора крупных инвестпроектов, поэтому те же критерии не всегда уместны.
Как уточнил представитель ВЭБа, сейчас таксономии соответствуют 31% уже заключенных сделок и 61% проектов во всем портфеле, включая запланированные.
Таксономия должна была решать две задачи, рассуждает директор научно-исследовательского центра пространственного анализа и региональной диагностики РАНХиГС Дмитрий Землянский:
- упорядочить получение господдержки, сделать ее более адресной;
- сделать более прозрачным отбор проектов на входе.
Но в реальности пока все иначе. Оценка, по его мнению, во многом остается «экспертной»: ручной, трудоемкой и не всегда прозрачной.
По данным презентации к совещанию, всего в российском перечне проектов, соответствующих правилам таксономии, сейчас 94 инициативы общей стоимостью 6,4 трлн руб. Один из проектов — Баимский ГОК, финансируемый ВЭБом. Он подпадает под направление структурной адаптации российской экономики к санкциям. На данный момент по всем проектам открыты кредитные линии на 4 трлн руб., из которых выдано 1,6 трлн руб.
Льготы для банков по механизму таксономии не безграничны: каждый банк может сэкономить от 5% до 10% капитала. Сейчас крупные капиталоемкие проекты занимают значительную часть портфеля таксономии. Проекты строительства ВСМ Москва — Санкт-Петербург и Баимского ГОКа вместе составляют почти 50% общей стоимости проектов технологического суверенитета и структурной адаптации экономики, говорится в презентации.
Как работает таксономия
Утвержденная постановлением правительства № 603 таксономия объединяет 13 отраслей: авиационную, автомобильную, медицинскую и фармацевтическую промышленность; железнодорожное, нефтегазовое, сельскохозяйственное и специализированное машиностроение; станкоинструментальную промышленность и тяжелое машиностроение; судостроение; химическую, электронную и электротехническую, энергетическую промышленность.
Внутри отраслей перечислены направления проектов — конкретные виды продукции и критерии — коды ОКПД2. Для проекта техсуверенитета более половины выручки должно приходиться на продукцию из перечня; учитываются требования к подтверждению ее российского производства.
Что предложат иностранному инвестору
Другой приоритет ВЭБа — иностранные инвестиции. Сейчас приток капитала из-за рубежа сдерживает в том числе незнание инвесторами российского регулирования и деловой практики: как получить разрешения, найти площадку и партнеров, организовать финансирование и так далее. Ответом должен стать персональный сервис InvestRussia: госкорпорация сопровождает проект, помогая инвестору на каждом этапе реализации инвестиционного проекта: от идеи до запуска.
Сейчас функция государственного фронт-офиса для инвесторов распределена между разными учреждениями и ведомствами. Ее консолидация в ВЭБе должна сделать работу более прозрачной, универсальной и эффективной.
Механизм InvestRussia работает следующим образом. Под проект в контуре ВЭБа формируется команда и назначается персональный менеджер. Она помогает подобрать площадку, оценить инфраструктуру, подобрать применимые меры поддержки, выстроить взаимодействие с властями и финансовыми организациями. Государственное участие должно придать этому индивидуальному сопровождению необходимый для зарубежного бизнеса уровень доверия.
Для иностранцев предусмотрена возможность работать с командой на английском языке, а также содействие в локализации и продвижении продукции.
Порог сопровождения зависит от отрасли:
- от 100 млн руб. для объектов культурного наследия;
- от 1,5 млрд руб. для цифровой экономики, сельского хозяйства и туризма;
- от 4,5 млрд руб. для обрабатывающих производств;
- от 10 млрд руб. для иных сфер.
Среди исключений — торговля, финансовые организации и жилищное строительство. Сопровождение бесплатно; оно включает содействие в привлечении денег, но само по себе не означает предоставления ВЭБом кредита.
В 2027 г. систему дополнит федеральный инвестпортал с картой площадок, навигатором поддержки, биржей соинвесторов и реестром проектов. Базовый функционал планируется запустить в феврале, расширенный — в мае. Инициаторы проектов могут направлять заявки в ВЭБ или в регионы. Для проектов госкорпорации целевой срок от подачи обращения до подписания дорожной карты составляет 35 дней.
В пресс-службе Минэка пояснили «Эксперту», что ВЭБ получает роль единого инвестиционного провайдера, сопровождающего проект от идеи до реализации.
Привлекательность России для иностранных компаний министерство связывает с низкой стоимостью энергоресурсов, стабильной правовой системой и инструментами поддержки приоритетных отраслей. В качестве примера там привели иностранных резидентов особых экономических зон: они вложили около 180 млрд руб. и создали порядка 10 тыс. рабочих мест.
Потенциальные инвестиции из-за рубежа ограничены пулом дружественных стран, солидарны эксперты. Наиболее вероятный источник капитала — Азия, считает директор Центра бизнес-образования и аналитики Центрального университета Илья Иванинский. Самый яркий пример — локализация производства китайских автомобилей. «Но среди ограничивающих факторов для инвестиций в Россию — дефицит рабочей силы и относительно высокая стоимость труда по сравнению с рядом азиатских стран», — подытожил собеседник.
Наиболее вероятные направления вложений — туризм, конечные стадии производственных циклов, логистика, полагает Дмитрий Землянский из РАНХиГС. По его мнению, важнее не столько объем, сколько качество и надежность иностранных инвестиций: «Они должны стимулировать технологическое развитие в российской экономике, позволять создавать конкурентоспособную на мировом рынке продукцию, а не просто закрывать внутренние потребности российского рынка, как это было в 2010-х».
Откуда взять ресурсы
Достаточность общего капитала ВЭБа на конец 2026 г. выше 12%. Это с запасом покрывает минимальные нормативы ЦБ, но для комфортной работы требуется поддерживать его на таком уровне.
Чтобы принимать новые риски, госкорпорации требуется увеличить запас капитала.
«Наиболее целесообразны решения, которые наращивают капитал без дополнительной нагрузки на бюджет и ускоряют оборачиваемость портфеля», — отметил представитель Минэкономразвития.
Главный источник, согласно материалам к совещанию, — интеграция Фонда развития промышленности (ФРП). До сих пор ФРП находился в периметре группы ВЭБа, а теперь он будет управлять закрытым паевым инвестиционным фондом, куда передадут его активы и уже юридически интегрируют с ВЭБ.РФ. Единовременное признание 212 млрд руб. активов ФРП в капитале госкорпорации даст прибавку более 2 п.п. к его достаточности. На 1 руб. капитала ФРП ВЭБ сможет привлечь 9–10 руб. рыночного финансирования, отметил представитель госкорпорации. Это позволит профинансировать новые проекты в промышленности объемом около 1,2 трлн руб. При этом ФРП сохранит самостоятельность в приеме заявок, экспертизе и принятии решений, а для заемщиков останутся прежними льготные ставки и сроки финансирования, подчеркнул он.
Минэк подготовил по этому вопросу законопроект и внес его на рассмотрении Госдумы.
Еще один способ повысить капитал — это передача ВЭБу акций корпорации «Туризм.РФ» (сейчас ею на 100% владеет Росимущество), говорится в материалах к совещанию. Это добавит еще 0,2 п.п. к капиталу института развития. Представители ВЭБа и Минэка подтвердили планы интеграции «Туризм.РФ» с госкорпорацией.
Дополнительную стабильность должна будет придать работа с уже сложившимся портфелем активов ВЭБа. Институт развития оценивает прирост капитала от этого фактора в 0,6 п.п. В эту работу войдет, в частности, уступка прав требования по кредитам, погашения со стороны заемщиков и истечение сроков гарантий.
Согласно материалам обсуждения, ВЭБу предлагается выходить из проектов, где он уже выполнил задачу запуска. Это может происходить и до введения в эксплуатацию — для института развития главное придать инициативе динамику, помочь начать ее реализацию. Возврат денег и передача кредитов, другим участникам рынка высвободят ресурс для следующих инвестиций.
В России роль институтов развития в экономике, по сравнению, например с Китаем, достаточно скромная, отметил координатор иностранных участников Консультативного совета по иностранным инвестиция в России (КСИИ), советник управляющего партнера Б1 Александр Ивлев. Китай взял лучшие практики из советского подхода к развитию экономики: долгосрочное планирование и фокус на развитие технологий и науки, напомнил он. Как раз институты развития стали тем инструментом, который позволил достичь гибкости в подпитке этого вектора необходимыми средствами.
Примерно 15 лет назад произошел сдвиг в понимании роли институтов развития и в России, когда начали активно развиваться ВЭБ, АСИ, РФПИ и другие, считает Александр Ивлев. Но пока этого недостаточно, даже с учетом того, что многие крупнейшие госкомпании, такие как Сбер, тоже выступают институтами развития. Правильным путем развития будет расстановка четких приоритетов на долгосрочную перспективу и постоянный диалог с бизнесом и технологическими лидерами, резюмировал он.
