Битва за частоты
Знаковой датой для американской космонавтики стало 17 марта 2026 года, когда количество аппаратов орбитальной группировки Starlink официально превысило отметку в 10 тыс. единиц. Только с начала текущего года компания SpaceX миллиардера Илона Маска вывела на орбиту более 700 новых спутников, обеспечив таким образом контроль над 65% всех активных аппаратов на низкой околоземной орбите (НОО).
Но эта экспансия лишь вершина айсберга. В январе 2026 года издание Space News опубликовало информацию о том, что китайские компании направили в Международный союз электросвязи (МСЭ) заявки на развертывание колоссального размера спутниковой сети общей численностью более 200 тыс. аппаратов. Если эти планы будут реализованы хотя бы частично, то места на низкой орбите для новых спутников уже не останется. То есть в бескрайнем космосе становится тесно.
Вопреки расхожему мнению, компании борются не столько за физические «точки» в пространстве, сколько за право вещания. Как поясняет директор проектов «АТК Консалтинг» Георгий Королев, на орбите бронируют не слоты под спутники, а именно частоты. Процесс получения частот жестко регламентирован и контролируется МСЭ, куда подаются соответствующие заявки.
детали
Частоты высокого полета
Связь между спутниковыми группировками и распределением частот — это, по сути, борьба за ограниченный ресурс. Радиочастотный спектр не бесконечен, и его можно сравнить с многополосным шоссе, где каждая полоса предназначена для своего типа транспорта. Каждому спутнику нужен свой выделенный диапазон, чтобы его сигнал не смешивался с сигналами других спутников, авиационных радаров или наземных сотовых вышек. Если два аппарата начнут работать на одной частоте в одной и той же зоне, возникнут помехи или связь вовсе пропадет. Радиочастоты распределяются на международном уровне через Международный союз электросвязи. Каждое государство подает заявку на определенные полосы частот для своих спутниковых систем. В отличие от привычных нам вышек сотовой связи или оптоволоконных кабелей, которые жестко привязаны к ландшафту, спутник позволяет передавать данные в любую точку Земли, игнорируя горы, океаны и государственные границы.
По словам Георгия Королева, на геостационарной орбите (круговая орбита над экватором, позволяющая «зафиксировать» спутник в конкретной точке над земной поверхностью) получить место «крайне сложно — там уже все занято». Низкая околоземная орбита (160–2000 м над Землей) долгое время считалась свободной, но сегодня, по словам Георгия Королева, ситуация в корне изменилась. НОО привлекательна сразу по нескольким причинам. «Близость к поверхности Земли обеспечивает минимальную задержку сигнала, критичную для спутникового интернета. Кроме того, с этой высоты для передачи данных требуется меньше энергии, а спутники дистанционного зондирования Земли получают снимки сверхвысокого разрешения», — поясняет он.
Представители МСЭ сетуют на то, что количество заявок на частотно-орбитальные ресурсы уже в разы превышает реальные физические возможности размещения спутников, подчеркивает гендиректор группы ComNews Леонид Коник
Многие заявки, по его словам, подаются отдельными компаниями и целыми странами «на вырост» — только для того, чтобы зарезервировать место, создавая огромный искусственный дефицит орбитального пространства. Из-за этого действующие игроки, в том числе такие крупные, как Starlink и OneWeb, вынуждены вести сложные переговоры с регуляторами и другими операторами, чтобы их спутники не создавали помех друг другу и прочим системам связи, говорит он. В этом смысле китайская заявка на 200 тыс. аппаратов, по его словам, не реальный план создания небывалой спутниковой сети, а попытка занять пока еще свободное место, опередив конкурентов.
Эффект Кесслера
При текущих темпах запусков (только в феврале 2026 года на орбиту выведено 346 аппаратов) риск превращения НОО в непроходимое пространство обломков становится реальностью. Информация о таких запусках публична: названия объектов и отправляющих их на орбиту государств соответствуют данным, предоставляемым странами—участницами «Конвенции о регистрации объектов, запускаемых в космическое пространство», утвержденной на Генассамблее ООН в 1974 году.
В ближайшем будущем это может привести к «синдрому Кесслера», то есть реализации гипотетического сценария, при котором одно столкновение вызывает каскадную цепную реакцию разрушений действующих спутников, говорит Леонид Коник.
Согласно докладу Clear Orbit, Secure Future, представленному на Всемирном экономическом форуме в Давосе в январе 2026 года, операторы космических аппаратов к 2035 году будут тратить $25–42 млрд на разработку и реализацию технологий уклонения от космического мусора и других объектов. Гендиректор хостинг-провайдера RUVDS Никита Цаплин подчеркивает, что, согласно ожиданиям аналитиков, самой опасной окажется орбита в 1 тыс. км, для которой вероятность первого сильного столкновения к 2032 году составит 29%. Примерно на этой самой высоте — 1,1 тыс. км — сегодня находятся спутники компании OneWeb, отмечает Цаплин.
Уже сейчас SpaceX вынуждена корректировать орбиты тысяч своих аппаратов: в течение 2026 года компания планирует «снизить» около 4,4 тыс. спутников с высоты 550 км до 480 км для того, чтобы сократить время неконтролируемого схода с орбиты вышедших из строя аппаратов более чем на 80% (с четырех лет до нескольких месяцев) и перевести группировку в менее загруженный космический эшелон.
Наиболее опасной зоной аналитики называют высоты от 800 до 1,2 тыс. км, где сосредоточена основная масса космического мусора от прошлых столкновений и испытаний противоспутникового оружия.
По данным исследования, опубликованного в журнале Applied Sciences в 2024 году, вероятность хотя бы одного столкновения в пределах орбитальной оболочки крупной группировки за семь лет эксплуатации достигает 70%, а после первого столкновения риск вторичных инцидентов возрастает на четверть
Забрезжил «Рассвет»
В России работает несколько компаний, которые намерены развернуть спутниковые группировки на низких орбитах: «Бюро 1440», «Спутниковые инновационные космические системы» («Спутникс»), «Спутниковая система „Гонец“» в партнерстве с ОКБ «Пятое поколение» и др. По словам Леонида Коника, в «наиболее продвинутом» состоянии находится низкоорбитальная группировка «Рассвет» компании «Бюро 1440» (входит в «ИКС Холдинг»). В 2024–2025 годах она совершился два запуска по три тестовых космических аппарата (миссии «Рассвет-1» и «Рассвет-2» соответственно), а в марте 2026 года состоялся вывод на орбиту первых 16 коммерческих спутников.
С глобальной координацией у «Бюро 1440» тоже все хорошо, полагает Леонид Коник. В начале 2026 года МСЭ выпустил международный радиочастотный информационный циркуляр (IFIC), в котором согласованы параметры коммерческой сети «Рассвет-3»: околополярные орбиты с наклонением 82,3° и высотой 800 км над поверхностью Земли.
Если такая группировка спутников, как «Рассвет-3», будет развернута, в каждой точке земной поверхности — хоть в центре города, хоть в горах, хоть на Северном полюсе — услуга по предоставлению связи и интернета будет доступна на единых частотах Кu-диапазона (11–19 ГГц) и Ka-диапазона (19–40 ГГц), за которые традиционные операторы мобильной связи не борются, подчеркивает он. В точности как абоненты сотовых сетей — будь то частные, корпоративные или государственные — не конкурируют за ресурс базовой станции, объясняет он. Единственное техническое требование к приемному оборудованию: антенна должна «видеть» открытое небо, то есть в помещении услуга будет недоступна.
В России к 2030 году в рамках национального проекта «Экономика данных» планируется обеспечить широкополосным интернетом до 97% домохозяйств страны, и «Рассвет», который западные СМИ уже окрестили конкурентом Starlink, должен стать одним из ключевых инструментов достижения этой цели. Согласно планам «Бюро 1440», запуск коммерческого сервиса намечен на 2027 год, когда на орбиту будет выведено около 250 аппаратов. К 2035 году группировка «Рассвет» должна разрастись до 900 спутников. Общий бюджет проекта, по данным Минцифры, оценивается более чем в 500 млрд руб., включая средства федерального бюджета и собственные вложения компании.
Высота может стать конкурентным преимуществом «Рассвета» перед Starlink: чем выше орбита, тем меньше спутников нужно, объясняет Леонид Коник. Спутники Starlink, по его данным, летают на высоте 550 км, а «Рассвета» — 800 км. Но у OneWeb преимущество перед конкурентами: высота орбиты — 1,2 тыс. км, подчеркивает эксперт. «Кроме высоты орбиты, важны частоты, которые использует та или иная спутниковая группировка, и мощность транспондеров. И у всего есть цена: на более низкой орбите в целом требуется больше космических аппаратов, но при этом они способны дать более высокую скорость передачи данных на земле», — рассуждает он.
Однако на пути к технологическому суверенитету стоят не только технические, но и бюрократические преграды. В России бизнесу всегда приходилось считаться при распределении частотного ресурса с государственными организациями, но это не помешало нам долгое время оставаться лидерами по мобильному интернету, рассуждает Никита Цаплин.
Выход из ситуации эксперты видят в развитии новых технологий и международной кооперации. По словам Никиты Цаплина, несмотря на санкции и сложности с доступом к передовому «железу», Россия сохраняет шансы на успех за счет опыта эффективного использования низких орбит. Китай уже доказал, что даже на базе доступной электроники можно строить эффективные многоспутниковые системы, подчеркивает он.
