27 января ЕС и Индия согласовали договор о свободной торговле — на полях саммита в Нью-Дели состоялась церемония парафирования документа. Премьер-министр Индии Нарендра Моди назвал соглашение «матерью всех сделок» и отметил, что оно станет крупнейшим в истории обеих сторон, поскольку «охватывает около 25% мирового ВВП и почти треть мировой торговли». По словам председателя Еврокомиссии (ЕК) Урсулы фон дер Ляйен, договор позволит упразднить взаимные пошлины на 4 млрд евро в год.
Переговоры об этой сделке продолжались с перерывами почти 20 лет. Продолжительная пауза имела место с 2013 по 2022 гг. — зашедшие было в тупик обсуждения возобновились на фоне ситуации в мировой торговле из-за кризиса на Украине и агрессивной торговой политики США.
Официально заключен согласованный договор будет после обязательных процедур, включая юридический анализ, публикацию проекта и утверждение в Совете ЕС, сообщила официальный представитель Еврокомиссии Паула Пинью. Reuters со ссылкой на индийского правительственного чиновника указывает, что официальное заключение ожидается через 5–6 месяцев. В министерстве торговли и промышленности Индии отмечали, что вступить в силу соглашение может в 2027 г.
По сообщению пресс-службы ЕК, в рамках соглашения в течение 5–10 лет Индия сократит пошлины на европейские автомобили со 110 до 10%, а на автозапчасти отменит. Также будут устранены тарифы на импорт продукции машиностроения (составляют 44%), химической промышленности (22%), фармацевтики (11%) и сельхозпродукции. Так, тарифы на вина снизятся со 150 до 75% и затем до 20%, а ставку на оливковое масло в 45% целиком отменят в течение 5 лет. При этом ряд аграрных секторов либерализация торговли не затронет, среди них — производство риса, сахара, говядины и курятины.
Руководитель направления по исследованиям Индии в Школе управления «Сколково», старший научный сотрудник Центра индийских исследований Института востоковедения РАН, эксперт клуба «Валдай» Лидия Кулик отмечает, что Индия в рамках сделки с ЕС стремится компенсировать частичную потерю рынка США в результате торговой политики Дональда Трампа, а европейцы надеются разогнать рост своих экономик вслед за стремительными темпами индийской.
По ее словам, открывать свои рынки для ЕС Индии выгодно: местные производители прочно стоят на ногах благодаря многолетней поддержке, а потребители нуждаются в разнообразии и премиализации (товары из ЕС попадут в премиальные сегменты). Сокращение же ввозных пошлин индийское правительство компенсирует внутренним налогообложением: оно стало работать более эффективно, собираемость налогов бьет рекорды.
Говоря о влиянии сделки Индии с ЕС на интересы России, Лидия Кулик опасается, что сократится ценовое преимущество, которым российские экспортеры обладали перед европейскими поставщиками на индийском рынке. При этом в результате расширения торговли Индии с ЕС могут увеличиться грузовые потоки по Северному морскому пути. В то же время возникает вопрос политического характера: «Непонятно, как одни и те же индийские поставщики будут поставлять продукцию чувствительных сегментов (например, базовые станции или полупроводники) и к нам, и в ЕС? Тут индийцам предстоит защищать свои интересы, чтобы индийским компаниям никто не выкручивал руки».
Именно сейчас сделку удалось согласовать, поскольку важность диверсификации торговых потоков и для Индии, и для ЕС выросла на фоне жесткой торговой политики США и растущего значения Китая в мировой экономике, считает главный экономист Института экономики роста им. П.А. Столыпина Борис Копейкин. Он не ожидает существенных изменений в российско-индийской торговле в результате сделки Индии с ЕС, но отмечает, что благодаря ей могут появиться новые возможности для параллельного импорта европейских товаров, поставки которых к нам ограничиваются Европой.
Развитие индийской торговли с Европой вряд ли повредит российско-индийским отношениям, полагает младший научный сотрудник Центра Индоокеанского региона Института мировой экономики и международных отношений им. Е.М. Примакова РАН Ирина Колгушкина: «Торговая диверсификация в целом характерна для Индии, которая традиционно позиционирует себя в качестве нейтральной стороны, независимого глобального торгового узла».
По ее словам, президентство Дональда Трампа далеко не единственный фактор, который привел к заключению сделки Индии и ЕС спустя десятилетия то заходивших в тупик, то возобновлявшихся переговоров: демонстрируя уверенный рост, индийская экономика в целом оказывается готова к контролируемой либерализации рынков.
Ирина Колгушкина согласна с тем, что существенно на российско-индийской торговле индоевропейская сделка не скажется, ведь номенклатуры товаров, которыми Индия торгует с Россией и Европой, не имеют широких пересечений. Так, основу индийского импорта из нашей страны составляет нефть, которая служит сырьем для продукции индийских НПЗ, поставляемой в Европу, США и на азиатские рынки.
Ведущий эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) Андрей Гнидченко обращает внимание, что ЕС и США до сих пор являлись для Индии равнозначными торговыми партнерами: в 2024 г. они занимали по 18% в ее экспорте. По его словам, на деле углубление торговли с ЕС может быть замедлено в случае давления со стороны США — существенное ограничение доступа на их рынок было бы для Индии очень болезненным.
Он говорит, что, хотя сделка и не скажется на индийском импорте нефти из России, она может повлиять на скорость наращивания поставок в Россию индийских товаров: «Торговля Индии со странами ОПЕК более сбалансирована, чем с Россией: импорт Индии из этих стран превышает обратные поставки не более чем в 2,5 раза, тогда как в торговле с Россией это соотношение превышает 16 раз. Новое соглашение может стать дополнительным ограничением для увеличения импорта индийских товаров в Россию».
На мировую экономику соглашение Индии и ЕС большого влияния не окажет, уверен Андрей Гнидченко, поскольку, во-первых, введение в действие его положений будет сильно растянуто по времени, а во-вторых, вопреки словам Нарендры Моди, на его стороны приходится далеко не треть мирового товарооборота: «Взаимная торговля Индии и ЕС в 2024 году составила около $125 млрд, что не дотягивает и до 1% глобальной торговли. Вероятно, Нарендра Моди имел в виду, что страны ЕС и Индия в совокупности формируют около трети мирового товарооборота за счет масштаба их экономик».
В сумме же значения ВВП ЕС и Индии, рассчитанные по паритету покупательной способности, действительно приближаются к 25%.
Больше новостей читайте в нашем телеграм-канале @expert_mag
