28 января Дональд Трамп заявил в соцсети Truth Social, что «огромная армада» во главе с авианосцем «Авраам Линкольн» приближается к Ирану. Президент США уточнил, что этот флот больше, чем задействованный в Венесуэле. И как и в случае с Венесуэлой, «готов, желает и способен стремительно выполнить свою задачу, быстро и жестоко».
Он выразил надежду, что Иран «быстро сядет за стол переговоров и заключит справедливую и равноправную сделку», которая бы предполагала отказ страны от ядерного оружия. Американский лидер напомнил об ударах США по исламской республике в рамках операции «Полуночный молот» (Midnight Hammer) в июне 2025 г. «Следующая атака будет еще хуже! Не дайте этому случиться снова», — предостерег Дональд Трамп.
26 января в Пентагоне подтвердили, что авианосная ударная группа ВМС США во главе с авианосцем Abraham Lincoln прибыла в зону ответственности Центрального командования США на Ближнем Востоке. Она отправилась туда 14 января из Южно-Китайского моря после угроз Дональда Трампа ударить по Ирану в ответ на жестокое подавление протестов, которые начались в стране 28 декабря 2025 г.
Волнения достигли пика 7–8 января после призывов Резы Пехлеви, наследника свергнутого в 1979 г. иранского шаха. В стране была ограничена работа интернета, сообщалось о жертвах со стороны сотрудников правоохранительных органов и участников волнений. Иран обвинил США и Израиль в организации беспорядков. Об их подавлении генеральный прокурор исламской республики объявил 21 января.
В МИД Ирана сообщили о гибели во время волнений 3117 человек и назвали ложью сообщение о якобы 30 тыс. погибших, опубликованное в журнале Time со ссылкой на высокопоставленных чиновников минздрава Ирана.
По сообщениям СМИ, с середины января, помимо ударной авианосной группы США, стягивали к Ирану и другие силы — в том числе дополнительные системы противовоздушной обороны, истребители и, возможно, подводные лодки.
28 января замминистра иностранных дел Ирана Казем Гариб-Абади заявил журналистам, что Иран вступает в 3-ю фазу конфликта с США и Израилем: первой фазой была 12-дневная война в июне 2025 г., второй — беспорядки. По словам Гариб-Абади, теперь противники Ирана «сменили тактику», однако «в этой фазе они также потерпят поражение, как и в двух предыдущих».
Вероятность, что США действительно нанесут новый удар по Ирану, очень велика, полагает научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН, эксперт клуба «Валдай» Григорий Лукьянов: открытые военные приготовления США не похожи на блеф, учитывая их масштабы и затраты. При этом способность Ирана найти внешнеполитические инструменты для сдерживания этой агрессии вызывает вопросы.
Удар, по всей видимости, предполагается мощным, нокаутирующим, отмечает Григорий Лукьянов. Он предполагает, что бить будут по местам размещения высшего военного и политического руководства страны, поскольку задача — уничтожить основу существующего политического режима.
«Дональд Трамп убежден, что центр принятия решений в Иране — это аятолла Али Хаменеи и его окружение, и попытается их изолировать либо уничтожить. При этом отличие от венесуэльского сценария в том, что суд над аятоллой устраивать не нужно, США вполне устроит его физическая ликвидация. Именно поэтому против Ирана действуют не силы спецопераций, как против Венесуэлы, а вооруженные силы, которые, вероятно, прибегнут к ракетно-бомбовым ударам», — поясняет Григорий Лукьянов.
Слова Дональда Трампа о ядерной сделке с Ираном — попытка оправдать, легитимизировать массированную военную агрессию, которую готовит Вашингтон, отмечает ведущий научный сотрудник Центра ближневосточных исследований Института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова РАН, профессор Института востоковедения и африканистики НИУ ВШЭ Николай Сухов. Он обращает внимание, что ультиматум американского лидера с требованием переговоров о ядерной сделке противоречит его собственным действиям и заявлениям, а также выглядит бессмысленным на фоне позиции Ирана.
Так, именно Дональд Трамп в свой первый президентский срок положил конец первой ядерной сделке с Ираном, успешно действовавшей с 2015 по 2018 гг. Кроме того, после агрессии против этой страны в июне 2025 г. он заявлял, что Иран теперь лишен возможности создания ядерного оружия. Наконец, сам Иран даже после агрессии США заявлял о готовности вернуться к переговорам о ядерной сделке.
Григорий Лукьянов подчеркивает: Дональду Трампу необходимо именно уничтожение существующего политического режима. Говоря о сделке с Ираном, американский президент требует, по сути, безусловной капитуляции: полного отказа не только от ядерной программы, но и внешней оборонной политики, а также демонтажа действующей власти с формированием некоего нового правительства.
При этом призыв Трампа сесть за стол переговоров обращен не столько к действующему руководству Ирана, сколько к его вероятным преемникам, отмечает Григорий Лукьянов. Нынешняя иранская власть условия Вашингтона хорошо понимает, и ни при каких обстоятельствах их не примет. Трамп об этом осведомлен, поэтому намерен неуступчивого Али Хаменеи ликвидировать, а договариваться с теми, кто, как он ожидает, придет им на смену.
Этот план далек от совершенства, полагает Николай Сухов, поскольку военная агрессия США вероятнее всего приведет не к управляемой смене власти, а к масштабной дестабилизации: «Иран — это далеко не Венесуэла, заменить аятоллу и Корпус стражей исламской революции на свое марионеточное правительство у США не получится. Падение режима спровоцирует конфликт различных группировок и центров интересов как внутри самой страны, так и у ее границ (вплоть до соседнего Ирака). Этот хаос буквально разорвет Иран на части и нанесет огромный ущерб региону в целом — от Кавказа до арабских монархий Персидского залива, не говоря о макроэкономических последствиях вроде удара по рынку нефти. Именно поэтому ряд советников американского президента, как и монархии залива, призывают отказаться от силовых мер. Но к голосам ястребов, Трамп, похоже, пока что прислушивается больше».
Больше новостей читайте в нашем телеграм-канале @expert_mag
