Ни на одну встречу члены НАТО не собирались с таким чувством неопределенности, какая висит в воздухе накануне их саммита в Анкаре 7–8 июля. Неопределенность исходит от США, президент которых Дональд Трамп готовится выставить союзникам триллионные счета за общую «коммуналку», и от «хозяина поля» Реджепа Эрдогана, который без затруднения дружит с Россией против США, а с США против России.
Прохор Тебин
Ведущий научный сотрудник Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ
ППредстоящий саммит отличается высокой степенью непредсказуемости. Ее создает в первую очередь Дональд Трамп, который летит в Анкару с заранее объявленным багажом претензий к союзникам. В меньшей степени, но тоже добавляет неопределенности позиция Реджепа Эрдогана, который, пожалуй, единственный из лидеров стран альянса не смотрит на Дональда Трампа снизу вверх. Даже Эмманюэль Макрон, известный сторонник автономности европейской части НАТО от США, выглядит, скорее, фрондером.
Реджеп Эрдоган не устраивает истерик, не эмоционирует — он с холодной головой продвигает стратегическую автономию Турции как минимум в этом регионе, причем делает это так, что это не вызывает у Дональда Трампа аллергическую реакцию.
Я думаю, что и в Анкаре при всех возможных претензиях и сам Дональд Трамп не будет раскачивать общую лодку слишком сильно. Дело в том, что США вовсе не планируют уходить из Европы совсем — американцы лишь хотят, чтобы проблемы европейцев их не касались. Европейские члены НАТО не в восторге от шантажа с другой стороны Атлантики, но в то же время видят в этом шанс стать самостоятельным центром силы, а не играть роль американской прислуги.
К предстоящему саммиту внутри НАТО сложилась непривычная конфигурация из трех центров силы — США, Европы и Турции, причем последняя держится открыто равноудаленно от двух других, не пытаясь им «понравиться». Позицию Анкары можно было бы назвать попыткой усидеть на нескольких стульях сразу, но такое выражение носит негативный оттенок, что в данном случае неоправданно.
Реджеп Эрдоган ситуативно сотрудничает со всеми странами (и в экономической, и в военно-технической областях), где Турция видит преимущества от такого сотрудничества. Когда это для нее кажется выгодным, она закупает комплексы С-400 у России. Когда потребность в американских истребителях перевешивает потребность в системах ПВО, Анкара с легкостью разменивает на них российские ракеты.
При этом Реджеп Эрдоган вовсе не считает, что сотрудничество с какой-то страной, в данном случае с Россией, обязывает его разрывать связи с другой, в данном случае с США, если партнеры Турции не в ладах между собой. Для Анкары «сидение на нескольких стульях» — это не какой-то баг, это осознанная политика стратегического хеджирования геополитических рисков.
Поэтому турецкий лидер, при всех разногласиях с американским, вовсе не намерен идти на конфронтацию с США. Но, имея фору как «хозяин поля», он будет говорить с Дональдом Трампом автономно от других участников встречи. Этому поспособствует и тот факт, что Дональд Трамп вообще относится к Реджепу Эрдогану с большей симпатией, чем к любому другому лидеру стран альянса, — он любит сильных.
Несмотря на образование внутри НАТО трех лагерей, маловероятно, что это как-то драматически повлияет на функционирование блока в целом. Да, европейцы опасаются, что Дональд Трамп «поставит им на вид». Но уже недавно прошедший саммит G7 показал, что президент США в какой-то мере отошел от крайностей и отказался от дальнейшего расшатывания евроатлантического единства.
