С рекламных щитов жителям России улыбается советский летчик, а рядом — российский солдат. Он экипирован по последнему слову техники, в руках держит дрон. «Стань пилотом нового времени», — призывает агитационный плакат. «Новые. Незаменимые», — гласит другой о войсках беспилотных систем. Вовлечь в специальность пытаются не столько взрослых, сколько молодежь — школьников и студентов. «Эксперт» отправился в Псков, чтобы получше узнать о тех, кому поручена эта задача.
Полеты за партой
Филиал центра «Воин», где подростки осваивают азы управления беспилотниками (и не только), расположился в неприметном старом здании. Онлайн-карты почему-то относят его к местной филармонии, рядом — городская администрация… Вот уж точно — центр! Нужная дверь нашлась быстро: из нее вышли двое мужчин в камуфляже.
Под нужды «Воина», как выяснилось, отведен один из корпусов Псковского госуниверситета — не целиком, только один этаж с тремя учебными кабинетами. Увешанные обучающими плакатами стены и суровые с виду люди в форме делали это место похожим на типичный военкомат. Лишь одна деталь не вписывалась в общий антураж: в массивную и уставшую деревянную дверь, за которой начинается аудитория с дронами, был врезан современный электронный замок, открывающийся по отпечатку пальца. Попробовал приложить свой — ручка издала противный звук и замигала красным.
Досье
Центр подготовки патриотов
Центр военно-спортивной подготовки и патриотического воспитания молодежи «Воин» создан по поручению президента России Владимира Путина в декабре 2022 года. Его миссия, как сказано на сайте, — «подготовка нового поколения патриотов, любящих Родину и умеющих ее защищать».
Филиалы центра работают в 21 субъекте России. Центром на базе школ, техникумов, колледжей и вузов во внеурочное время реализуется более 40 собственных уникальных образовательных программ по направлениям подготовки: первая помощь и тактическая медицина, огневая, тактическая, инженерная подготовка, применение беспилотных систем, организации связи, выживание и разведка, снайпинг и другие.
За три года центр подготовил более 120 тыс. курсантов. Из них более 30 тыс. — в рамках летних военно-патриотических смен «Время юных героев», которые проводятся на базе детских оздоровительных лагерей. В обучении курсантов задействовано около 400 инструкторов. Большинство из них являются участниками боевых действий, ветеранами СВО. Есть инструкторы, которые и сейчас продолжают выполнять задачи в зоне боевых действий.
До начала занятия оставалось полчаса, было время пройтись по классу. Вместо проектора — огромный телевизор. Он мог бы висеть на месте школьной доски, но на ней начерчена схема устройства дрона, поэтому плазму водрузили прямо на учительский стол. Титульный слайд презентации «Что такое БПЛА» напомнил заставку передачи о военных подвигах. Напротив телевизора компактно стояли парты, а вдоль противоположной стены в ряд красовались с десяток мощных игровых ноутбуков.
— Это чтобы тренироваться в симуляторах? — поинтересовался я у инструкторов.
— В первую очередь — да. Но ребята на них еще и фиджитал-соревнования устраивают, — объяснили мне. Фиджитал — это как двоеборье: сначала показываешь, на что способен, в реальном состязании, а потом соревнуешься в компьютерной игре.
Про современные шутеры мне было все понятно — не раз пытался в них играть, но на современные стрелялки быстроты реакции у меня не хватает. Куда интереснее было оценить симуляторы. Когда ехал, почему-то думал, что увижу нечто скучное: зависающую картинку, плохо прорисованные текстуры, невнятный интерфейс… Ошибался! Все в этой программе сделано так, чтобы юноша отодвинул мышку с клавиатурой и взялся за пульт управления дроном, который точно так же цепляется к ноутбуку.
— Что интереснее: дрон водить или в Counter Strike (популярный соревновательный шутер. — «Эксперт») рубиться? — допытывал я пацанов, которые пришли раньше начала занятия и уселись за компьютеры.
Каждый подтвердил: однозначно — дроны. Кроме аргумента «что-то новое» звучал еще один — про управление. Мол, на клавишах все и ежу понятно. Другое дело — на кончиках пальцев держать в воздухе дрон, полет которого напоминает хаотичное движение мухи по комнате. Отпустил контроллер на секунду (!!!) или крутанул его не туда — считай, попрощался с техникой.
Перед симуляторами планировалось теоретическое занятие. Ждал, что все места в классе займут пацаны. Но как только все уселись, я еще раз пересчитал учеников: из 20 человек большинство пришлось на девочек. У доски в журнал посещаемости ставил отметки Юрий — с беспилотной техникой, по его словам, он на «ты» с 2003 года.
— Друзья мои, приступим к уроку! — начал инструктор. — Полчаса будет лекция, полчаса поработаем на симуляторах. Напоминаю, что в конце обучения вас ждет выпускной экзамен в формате зачета.
Очевидно, ребята это и так знали и просто немножко подыграли — для нас. На первой парте стояли образцы самых разных беспилотников — настолько разных, что одними я когда-то управлял сам, а другие видел только в репортажах с фронта. Юрий поочередно брал технику в руки, передавал по рядам — а главное, подталкивал ребят к тому, чтобы те вспоминали уже пройденный материал. У курсантов хорошо отложилось в голове, что дроны, которые могут сами зависнуть в воздухе и летают исключительно параллельно земле, как правило, коммерческие. С FPV-дронами все сложнее.
— Кто мне скажет, как расшифровывается аббревиатура?
Из обрывков ответов собралась фраза «First Person View». То есть буквально «дрон с видом от первого лица».
Чем отличаются FPV-дроны от условно коммерческих, какие у них составные части, где зарегистрировать личный беспилотник и получить разрешение на полет, после каких лекарств нельзя браться за пульт управления — все это повторили за полноценный урок. Настало время садиться за компьютеры, и среди желающих тянули руки в основном парни. Пока они «разминались», подошел к девчонкам — мне было интересно, почему неинтересно им.
— Дроны — ну, так… Нам больше огневая подготовка нравится! — заулыбались они. И действительно, по словам инструкторов, лучшие результаты из числа юных снайперов показывают именно девушки.
В «Воине» курс включает в себя сразу несколько направлений: помимо управления БПЛА и стрельбы, это тактическая подготовка, первая помощь и тактическая медицина
И все это как альтернатива ОБЖ в техникуме, откуда ребята приходят в центр. Среднее профессиональное образование получают по специальности, где они будут первыми выпускниками: программа сочетает в себе юриспруденцию и основы службы в правоохранительных органах.
Всего же в «Воине» два формата. Первый — факультативный: учебное заведение договаривается с центром, после чего школьники и студенты могут ходить туда как на внеурочку. А второй, как объяснили инструкторы, — когда люди приходят сами и хотят чему-то научиться. Такой вот клуб юного техника нового времени.
От парт я повернул голову в сторону мониторов — и тут закружилась голова. Представьте, что перед вами десять экранов, каждый из которых «катает» вас на американских горках. Я подсел к Володе. Это был опытный курсант: совершеннолетний и в «Воине» уже третий год (студенты техникума здесь всего несколько месяцев).
— Голова не кружится у тебя? — стараясь не смотреть в монитор, спрашиваю я.
— Нет, я привык уже, — улыбается Володя. На меня он не смотрит — все внимание сконцентрировано на юрком дроне по ту сторону экрана. Задача — пройти гонку на время, показать лучший результат. У соседа Володи задача была противоположная: проходить ту же дистанцию, но как можно дольше. А сделать так, чтобы дрон двигался медленно и без рывков, как мне показалось, в разы более сложная задача. Сама «игра» состоит из прохождения огромного количества препятствий и виражей. Локации на любой вкус — горы, ферма, стадион. Но ничего из того, что напоминало бы поле боя.
— Ты и дома тренируешься?
— Да, у меня и приложение скачано, и пульт такой же есть. Могу часами в этом симуляторе зависать, — признается Володя.
— Думаешь, пригодится тебе этот навык в жизни?
— Скорее, это хобби. Но, вообще, ничего не исключаю. Получу сертификат оператора и, возможно, сюда вернусь как инструктор, были такие мысли, — рассуждает Володя.
Пришло время ехать на полигон. Перед этим я сам сел поупражняться на симуляторе. Меня хватило на три минуты, и за это время я разбил, кажется, не меньше пяти виртуальных дронов.
Полет реальный
Ориентир для таксиста — две вертолетные площадки. Ребята разделились на группы: новички ушли познавать науку коммерческого беспилотника, а Володя и еще двое опытных курсантов отправились разбивать что-то вроде полевого лагеря дроновода. Под руководством Юрия разложили стол и выложили на него содержимое тяжелых рюкзаков. Из понятного там было два FPV-дрона, множество аккумуляторов на замену и несколько пар очков, через которые открывается тот самый first person view.
Пока ребята разбирали инвентарь, обратил внимание на то, чего не разглядел в тусклом освещении кабинета. У них были именные шевроны с позывными — Володя выбрал «Ратник», его товарищ — «Амиго». Как рассказал мне сам «Амиго», прозвище с ним давно. Похоже, постеснялся сказать, что это его ник в онлайн-играх.
— А у вас почему таких шевронов нет?
— Они только для, как бы сказать… старших по званию, — объяснили мне парни-новички. Зато обмундирование в камуфляжных цветах и с опознавательным знаком «Воина» было обязательным для всех.
Юрий спокойно доверял дроны Володе и его напарникам. Они заканчивали за ним инструктаж, соблюдали осторожность, поэтому строгость и лишние нотации тут были ни к чему. Вдохновленные обстановкой, парни порой отвечали своему наставнику «есть» и «так точно».
Первый полет выполнял Володя «Ратник» — он удобно расположился на складном стульчике, надел очки и готовился к команде от «Амиго». Тот готовил площадку для старта — дрон взмывал вверх с маленькой площадки, которая раскладывалась как поле для настольной игры.
— Володь, твоя задача — не торопясь поднять дрон. Над нами не летаешь, как наберешь высоту — можешь отправиться «в пролеточку». Далеко не улетай, чтобы сигнал не потерять: здесь сегодня глушилки сильнее обычного работают, — давал установки Юрий.
Псков — тот город, где аэропорт часто закрывают из-за угрозы беспилотной атаки. Неподалеку от места, куда курсанты приехали тренироваться, военная часть. Так что предупреждения инструктора напрасными не были — несколько раз картинка с беспилотника угрожала прерваться.
— Готов! — крикнул «Амиго», и Володя потянул за контроллер. Четырехлопастной малыш зажужжал, вокруг него поднялась пыль. Ненадолго зависнув в воздухе, дрон покружил и рванул вперед. Я наблюдал за полетом через очки и четко видел перед собой ту же плавную картинку, что и оператор. Рядом со мной, почему-то не в униформе, стояла, как по стойке смирно, крепкая девочка Арина (имя изменено). Тоже в очках, но опустив голову вниз. Юрий подходил к ней и аккуратно поднимал ее голову так, чтобы девочка смотрела как бы вперед.
— Не опускай лицо — так быстрее закружится голова! Держи ровно, — объяснял он юной курсантке, наблюдавшей за полетом.
У «Амиго», с которым я в это время беседовал, тоже были планы связать свою жизнь с беспилотниками, но ему хотелось найти себя, скорее, в гражданской профессии. Например, стать оператором дрона в киноиндустрии. Широко сейчас применяются дроны и в сельском хозяйстве, о чем «Амиго» тоже знает. По его словам, переучиваться между разными видами беспилотников несложно, тем более что в «Воине» учат управляться с техникой самых разных габаритов. На полигон даже привезли сухопутный дрон — похожий на обычную машинку на радиоуправлении. У такого камикадзе единственное применение: заехать со взрывчаткой под условный танк — и… Но до тестирования вездехода дело так и не дошло — помешали какие-то программные неполадки.
— Юрий, а на фронт часто ездите как инструктор?
— От «Воина» периодически командировки бывают, скажем так, по обмену опытом — не только из псковского филиала, со всей России мои коллеги туда ездят. А сюда приезжают действующие военнослужащие — их опыт бесценен.
— Взрослых, которые хотят на СВО поехать, в «Воине» много?
— Ну да, достаточно! Был период, когда мы непосредственно с военными в Пскове работали. В основном к нам школьники приходят, но бывает, что набирается группа на 10–15 человек из людей постарше.
— А у самих ребят, юношей и девушек, большой запрос на то, чтобы связать свою жизнь с военной сферой и подготовиться к этому?
— Мы в первую очередь даем полезные навыки. Ведь дроны — история достаточно перспективная, она дает плоды в будущем. Поэтому преподаем не только с военным уклоном и даем понять, что навыки управления БПЛА можно под разные задачи адаптировать.
Про боевые задачи для курсантов Юрий тоже рассказал. Например, про соревнования курсантов, где в симуляторе нужно было поразить вражеский самолет.
Пришла очередь Арины взять пульт в руки. Она держалась уверенно — хотя, конечно, не стремилась рисковать на виражах, как ее напарники с позывными. Все это время ребята управляли дроном размером с два смартфона.
Затем Юрий подозвал всех к столу и стал показывать совсем маленький, но вовсе не игрушечный беспилотник. Это был агрегат его собственной сборки — все запчасти Юрий без труда нашел и купил на известных маркетплейсах. Дрон включили, в знак приветствия он пропищал мелодию из «Звездных войн». Другая сейчас и не напрашивалась.
Доверить управление им Юрий мог пока только двоим — себе и Володе. Дело в том, что юноша выходил на финишную прямую перед итоговыми экзаменами в «Воине» и сейчас оттачивал последние навыки на беспилотниках самых разных мастей. Арина все так же скромно наблюдала за полетом.
— Скажи, ты как для себя рассматриваешь… — я даже не успел сформулировать вопрос.
— Боевое применение.
— Дома на симуляторах тренируешься?
— Да.
— И пульт этот?..
— Да, у меня есть, — терпеливо и сурово отвечала на мои надоевшие вопросы Арина.
— Наверное, у тебя кто-то в семье связан с военным делом?
— Да.
— Про боевое применение — ты, похоже, серьезно настроена?
— Пока думаю, выбираю.
— А какие у тебя еще варианты?
— Изучаю юриспруденцию. Структуры, в основном структуры, — отчеканила Арина. Уточнения не требовалось.
— Силовые, понятно, — констатировал я уже для себя. — Девчонкам-сверстницам, смотрю, не особо интересны беспилотники, у них стрельба в приоритете…
— А я спортсмен, спортивной стрельбой занимаюсь.
Уточнять, почему она без формы, я уже не рискнул. Суровый настрой девочки-девятиклассницы говорил за нее гораздо лучше, чем куртка и брюки цвета хаки. «Организация у нас все-таки патриотическая», — вспоминал я слова Юрия по дороге к машине.
