Эксперт.Урбан

100 лет назад архитектор Ле Корбюзье сформулировал пять принципов новой архитектуры, изменивших мир. Среди «пяти отправных точек современной архитектуры» фигурировали такие решения, как дома на колоннах, плоские крыши-пространства для отдыха, опора на систему колонн, ленточное остекление и гибкость фасадных решений. В 2026 г. эту попытку решили повторить на форуме недвижимости «Движение», который проходит в Сочи. «Эксперт Урбан» рассказывает о пяти принципах архитектуры, которые представил на форуме архитектор будущего ВЭБ.РФ, управляющий партнер КБ «Стрелка» Сергей Кузнецов, и о том, согласны ли с ним урбанисты, архитекторы и девелоперы.

Пожалуй, самый популярный вопрос, интересующий сегодня всех — и архитекторов, и девелоперов, и обывателей, заключается в том, каким будет город будущего, а значит, и его архитектура. Но архитектура будущего складывается из прорывных проектов настоящего, уверен Сергей Кузнецов. Именно поэтому архитектору нужно искать ответы в сегодняшнем дне: «Идентичность кроется не в тиражировании успешных приемов, создании реплик, бесконечных отсылок к классике, попыток восстановить облик зданий и применить узнаваемые материалы, а в том, чтобы создавать новое и непохожее — то, что станет знаком места. Все самые узнаваемые проекты — Эйфелева башня, Исаакиевский собор, парк „Зарядье“ — были новшеством для своего времени. Так получаются здания, в которых есть идея новизны, удивления, восторга, магии ― то, что и должна нести архитектура», — рассказывает Кузнецов.

А как же опора на прошлое? «Вообще, прошлое ― это самое комфортное наше состояние. Мы вспоминаем детство, родителей, первую любовь… Те места и ситуации, где нам было комфортно и хорошо. Но когда мы находимся в постоянном комфорте, нам будто не надо никуда двигаться. А все знаковые проекты начинаются с огромных трудностей, ситуации неизвестности», — говорит урбанист, основатель CM International Петр Кудрявцев. И рассказывает, что «Зарядье» (основатель компании входил в консорциум проектировщиков парка. — «Эксперт») во многом началось с эмоционального эссе, в котором он пытался разобраться, что такое русская душа и русский парк. Тогда оказалось, что это невероятная борьба противоположностей: любви к жаркому лету и холодной зиме, совмещения природного и рукотворного, множества других факторов. «Ощущения, которые мы чувствуем в настоящем и закладываем в будущее и являются залогом классной архитектуры. Настоящее тем и прекрасно, что эмоционально», — уверен Кудрявцев.

Еще один часто задаваемый вопрос: где должна пролегать граница между старым и новым? Что достойно сохранения, а что необходимо перепридумать? В ответе на этот вопрос есть разные позиции — от тотальной консервации исторического слоя до невыключающегося зеленого света новациям. В своем втором принципе Кузнецов подчеркивает важность работы с наследием: архитектор не должен выбирать один сценарий, подход должен быть творческим и сложносочиненным. В качестве примера — реконструкция территории Бадаевского завода в Москве, в котором лауреаты Притцкеровской премии, швейцарское архитектурное бюро Herzog & de Meuron, предложило создать новые объемы, подняв их на многометровых сваях над историческим зданием завода.

Алексей Пучков, генеральный директор ГК «Экоплант», отмечает, что благодаря следованию этому принципу получаются самые интересные кейсы: «Когда наша компания реализовывала проект Нового Херсонеса в Севастополе, стояла задача воссоздать древнюю реку Героон. Мы восстановили русло, а вдобавок использовали это решение для водоснабжения огромного города-парка с сотнями тысяч растений».

Любой новый проект начинается с поиска идентичности, но придумывать ни на что не похожий объект часто оказывается не очень хорошей идеей. «Человек так устроен: если у него не возникает понятных ассоциаций, происходит как бы сбой матрицы и в итоге никакого образа не складывается. Поэтому поиск идеи проекта должен сопровождаться построением ассоциативного ряда», — объясняет Сергей Кузнецов. Так было при разработке концепции здания аэропорта Толмачево в Новосибирске. В тематике авиации было множество напрашивающихся образов, но Кузнецов решил обратиться к теме своего детства, часть которого прошла в Йемене, и выбрал форму колонн, которая напоминает необычную крону восточных деревьев. «Создание ярких впечатлений и внимательное отношение к жизни, среде, в которой ты находишься, может стать посылом к созданию действительно запоминающихся вещей ― и это важная задача для каждого профессионала», — говорит он.

«Есть расхожее выражение: „Архитектура ― застывшая музыка“. Я бы сказал, что архитектура ― это застывшая энергия своего времени, то есть концентрат образа времени, места, духа, истории, культуры, атмосферы места, города, региона. И задача архитектора ― мастерски вместить в себя, ощутить, вдохнуть эту разнонаправленную энергетику, прожить этот опыт в проекте и выгрузить готовое, при этом вдохновляющее решение», — рассказывает сооснователь и гендиректор бюро «АСАДОВ» Андрей Асадов. Так проекты становятся не тиражируемыми формами, а прожитым опытом, а архитектор ― медиумом, у которого с годами нарабатывается навык вживания в место. Асадов приводит пример работы с аэропортом Перми, где на фасаде и в интерьерах решили использовать пермский звериный стиль. Казалось бы, аэропорт и Пермский период? Сочетание культурного кода места и суперсовременного здания дало эффект новизны и неожиданности.

Яркое тому подтверждение — арт-объект и одновременно жилая ячейка «Русское идеальное» в парке «Никола-Ленивец», металлическая труба с зеркальной поверхностью. «Это архитектура, в которой подчеркнуто нет ни фасада, ни окон, ни дверей, ни крыши, ни основания. Тем не менее это архитектура и манифест того, что мы умеем работать с актуальным, с впечатлениями, с технологиями и делаем удивительные вещи, которые никто не делал до этого», — объясняет Кузнецов.

«Мы сформулировали рецепт поиска идентичности, который работает для любых образований: для регионов, городов, жилых комплексов, — говорит Артем Укропов, сооснователь бюро Megabudka и автор концепции нового русского города. — Рецепт состоит из трех частей ― позиционирования, которое должно отличать вас от чего угодно, „убийц времени“, набора сценариев — фотографировать, гулять, остаться ночевать, — которые позволят человеку остаться у вас максимально долго, и достопримечательности, изображение которой на открытке захочется увезти с собой. Это как в кинематографе: если делать так, получится хороший фильм. Но чтобы сделать гениальный, нужно идти в глубину. Если представить такую матрицу поиска идентичности — три горизонтальных составляющих с позиционированием, убийцами времени и достопримечательностью, и разными уровнями глубины, конвенциональной, интеллектуальной и духовной, — мы можем создать такую идентичность, которая будет работать и на экономику, и на внутреннее воспитание».

И если предыдущий принцип говорит про поиск идеи в неочевидном, то заключительный напоминает, что вдохновение кроется также в очень простых формах. «Я уверен, что человек запоминает более-менее простые вещи. Выразительная, при этом простая форма может быть ключом к успеху», — говорит Кузнецов. В подтверждение этому — и парящий мост в «Зарядье», и проект новой башни Оне в Москва-Сити, представляющей собой овальный небоскреб.

Конечно, форма играет большую роль в формировании архитектуры настоящего. «Сама форма формирует облик города: если мы говорим о скайлайнах — знаковых силуэтах на фоне типовой застройки. И зачастую простые формы — это очень сложный в реализации проект. Но сама тема дискуссионна: не теряем ли мы, иной раз увлекаясь формой, содержание и его практичность в применении?» — отмечает Максим Лучников, коммерческий директор ГК «Сумма элементов».

Сформулированные Ле Корбюзье принципы оставались актуальными на протяжении десятилетий, ушли в архитектуру целого поколения и коренным образом повлияли на технологии строительства. Что будет с нынешними принципами архитектуры в условиях технологического развития, искусственного интеллекта и новых материалов?

«Сейчас мы приходим к ситуации, когда из всех построенных зданий и сооружений на долю архитекторов приходится всего 1–2%. При этом архитекторы сохраняют свою власть над обликом города, потому что остаются в нише знаковых зданий — тех, которые определяют портрет города. На новом витке технологического развития то, что с легкой руки Клауса Шваба называется „Индустрия 4.0“, позволяет создавать уникальность конвейерным способом. И здесь на помощь должны прийти уже не алгоритмы, а принципы архитектуры», — считает партнер КБ «Стрелка» Алексей Муратов. Насколько долговечными окажутся сформулированные правила и что повлияет на облик городов будущего больше — принципы или алгоритмы, покажет время.