Директор Институт изучения мировых рынков
К концу второй недели бомбардировок многим стало ясно, что США и Израиль ведут войну с Тегераном не только из-за его ядерной программы или поддержки прокси-сил в регионе. Это не более чем официальная риторика для европейских парламентов и СМИ. Одна из главных целей США сегодня совсем в другой части Евразии, и это — Китай.
Иран — это ключ к глобальному доминированию Китая. Удары наносятся не только по иранскому режиму, но и по китайской инициативе «Пояс и путь». Территория Ирана — важная часть сухопутного моста между Каспием и Персидским заливом, между Центральной Азией и Ближним Востоком. Здесь проходит кратчайший маршрут из Китая в Европу в обход океанов, каждый из которых патрулирует флот США. Стратегию контроля за мировым судоходством через военную силу и систему страхования грузов американцы «унаследовали» от англичан. Но Китай своим проектом бросил вызов англосаксонскому тотальному торговому доминированию на суше, развивая новые-старые маршруты.
В 2021 г. Пекин и Тегеран подписали стратегическое соглашение на 25 лет. Инвестиции — около $400 млрд (32 трлн руб. по текущему курсу, что сравнимо с годовым доходом бюджета России). Из них $280 млрд предназначались для нефтегазового сектора, а $120 млрд — напрямую в инфраструктуру. Китай уже построил в Иране сухой порт Априн — крупнейший логистический узел для железнодорожного коридора Китай — Иран — Европа. По сути, Пекин вложился в превращение Ирана в главный хаб для своих товаров на пути в Европу.
Россия, будучи стратегическим партнером Ирана, тоже рассчитывает воспользоваться логистическими коридорами для экспорта своих товаров в страны Ближнего Востока и Южной Азии.
Что будет с этими инвестициями и торговыми путями, если государство в Иране будет разрушено? Вопрос риторический. Определенно это разрушит планы развития транспортного коридора «Север — Юг» и фактически демонтирует проект «Один пояс — один путь» в его сухопутной части. А если США фактически получат полный контроль над движением судов в Ормузском проливе, то Китай заодно лишится контроля над частью морских поставок в регионе, и прежде всего это будет касаться импорта нефти и нефтепродуктов.
В Белом доме, несмотря на всю эксцентричность главы нынешней администрации, действуют системно, стараясь просчитывать ходы в длинной партии. Американские стратеги реализуют операцию по разрушению относительно единого экономического пространства Большой Евразии. Главная цель — изолировать Китай, отрезать его от европейского рынка сбыта и поставщиков сырья. Понятно, что это сильно ударит и по Европе. Но интересы самой Европы и поставщиков, включая Россию, а также арабские страны, для США имеют лишь тактическое значение.
Китай сможет существовать и без ближневосточной нефти. Нужно будет только уточнять цели развития, показатели и направления. Однако Мексика, Вьетнам, Малайзия — все страны, через которые Пекин сегодня обходит американские тарифные ограничения, также сталкиваются с давлением. Политики, которые не поддаются давлению, уничтожаются физически. Это режим медленного удушения, лишающий экономику КНР рынков сбыта, поставок относительно недорогих энергоресурсов и лояльных торговых партнеров. Иран и Ормузский пролив на этом пути являются очень важным, но лишь этапом. Главная задача — демонтаж глобальной экономической стратегии Китая, которая сделала Пекин экономическим и технологическим конкурентом Соединенных Штатов.
Но бороться с Китаем исключительно экономическими методами США уже не может. Торговый дефицит и постоянный рост госдолга перешли практически в терминальную стадию. Чем больше отрицательный торговый баланс США с другим государством, тем в большей опасности оно находится. Получается так.
США поставили задачу репатриировать производство. Обязать, где это возможно, другие страны в больших, чем прежде, объемах покупать свои товары и услуги, а иностранных инвесторов — продолжать вкладывать деньги в американские ценные бумаги. Если они кому-то кажутся недостаточно надежными и выгодными, нужно сделать так, чтобы перспектива отказа выглядела еще хуже.
Вот и получается, что удары по Ирану — это удары по многополярному миру, по евразийской интеграции, по будущему китайской и российской экономик, по сырьевым и продовольственным рынкам, по энергетической безопасности мира. Рост цен на нефть, чему многие радуются и в России, — это краткосрочная выгода, которая и близко не перевешивает стратегических рисков. Если Иран падет, пояс нестабильности вокруг России расширится до границ Китая (а начинается он сегодня в Арктике). Закавказье и Средняя Азия окажутся под угрозой дестабилизации. И тогда тон США станет менее приятным.
То, что Иран мужественно сопротивляется, — серьезная помощь нам, а также удача для Китая. Но иранская кампания еще не закончилась. Иран уже напугал сырьевые рынки, перекрывая Ормузский пролив. Но он также может нанести серьезный урон системе водоснабжения стран Залива. Регион на 80% зависит от производства пресной воды. Катастрофические последствия грозят многим. Вопрос теперь в готовности терпеть издержки и отвечать за последствия.
Больше новостей читайте в нашем телеграм-канале @expert_mag
