Завод «Арбор» в Торжке работает со свистом: рядом с конвейером возникает ощущение, что по соседству находится трасса «Формулы-1», по которой один за другим носятся гоночные болиды. С таким звуком распиливаются OSB-плиты — основной продукт Новоторжского лесоперерабатывающего комбината (НЛПК). «Завод работает в три смены на полной мощности», — говорит гендиректор «ЛесИнвест» (управляет активом) Константин Данилов. Кроме OSB-плит, НЛПК производит LVL-брус, причем это единственное в стране предприятие по выпуску такого вида изделий. Эта часть мощностей испытывает сложности с загрузкой, так как завод строился под рынок западных стран, которые теперь закрыты, поясняет Данилов. В интервью «Эксперту» он рассказал о поисках новых покупателей, ситуации с логистикой и развитии рынка домостроения.
— Что на сегодняшний день представляет собой ваш холдинг?
— Недавно, как вы знаете, наша группа начала жизнь с чистого листа. На этом листе написано: «Новоторжский ЛПК». Это новое название первого производственного актива нашего холдинга. Ранее компания была известна как СТОД («Современные технологии обработки древесины»). Эта страница перевернута. В СТОД входили два предприятия и лесосырьевое объединение в городе Торжке Тверской области. Они и вошли в состав нового юридического лица в качестве филиалов: завод «Арбор» — производит OSB-плиту (материалы из спрессованной стружки, используются в строительстве. — «Эксперт»). Завод «Терра» — выпускает LVL-брус (брус из клееного шпона — наиболее прочный и высокотехнологичный материал глубокой переработки древесины. — «Эксперт») — и ЛСО, которое является крупнейшим арендатором лесного фонда в Тверской области.
Но это не все. Также была создана управляющая компания «ЛесИнвест». Она полноценно заработала в 2023 году. Помимо вышеуказанных активов в Тверской области, под ее управление передана мебельная фабрика «Мекран» в Красноярске. Это предприятие, построенное девять лет назад с использованием новейшего технологического оборудования, так и не было запущено. Сегодня мы занимаемся не только его перезапуском, но и достройкой и приведением в соответствие с существующими промышленными требованиями.
— В какой момент СТОД стал испытывать сложности с обслуживанием кредитов ВЭБа?
— Серьезный вызов для СТОДа возник в период коронавируса в 2020 году. Тогда упали объемы производства, прежде всего из-за нарушения логистических цепочек. Ситуация осложнилась с началом санкций в 2022 году. Тогда востребованность LVL-бруса и OSB-плиты еще больше упала. СТОД выступал экспортно ориентированным предприятием.
Нашими базовыми потребителями были страны Европы, Австралия, США. Как вы понимаете, эти рынки для нас закрылись. Провал был резкий. Некоторые страны ввели заградительные пошлины, другие — полностью отрезали наши поставки
— Что предполагала процедура финансового оздоровления?
— Прежде всего оценку активов и аудит промышленного производства. Проведение комплекса мероприятий по оптимизации операционной деятельности предприятия. А также перевод всех активов и персонала в новое дочерне зависимое общество СТОДа. Это новосозданное предприятие уже не имеет долгов.
— Как вы оцениваете финансовое состояние производства в Торжке?
— В 2023 году мы вышли на безубыточность, закрыли убытки первого квартала того года. Операционный плюс по показателю EBITDA, который отражает результаты нашей работы, учитывая введенную процедуру оздоровления, начался с марта 2024 года.
— Какая у вас сейчас доля на российском рынке?
— Около 27% по OSB-плите, учитывая рынок Республики Беларусь. По LVL-брусу я могу вам назвать показатель, который приближается к 100%. Но это не значит, что мы выдавили всех конкурентов и заняли монопольное положение. Дело в том, что сейчас, кроме нас, такую продукцию никто не выпускает и никто не импортирует, поскольку внутренний рынок под этот материал только формируется.
— Правильно ли я понимаю, что завод, который производит OSB-плиту, флагманский?
— Этот термин можно отчасти применить только с учетом существующей рыночной конъюнктуры: завод «Арбор» на данный момент полностью загружен и генерирует основную выручку группы. Завод «Терра», к сожалению, не так загружен, так как происходит переориентация сбыта продукции с внешних на внутренний рынок. Идет поиск новых каналов сбыта в том числе в части развития высокомаржинальных направлений, таких как домостроение и производство конструкций. Разрабатываются и внедряются новые для нас решения, типовые модульные строения для бюджетной сферы, малые архитектурные формы. Недавно мы провели удачный эксперимент: для одного из жилых комплексов Ленинградской области разработали фонарные столбы из LVL.
— А насколько активно работает «Арбор»?
— Завод работает даже более чем на полную мощность, в три смены. В прошлом году мы установили рекорд производительности нашего оборудования — даже несколько выше расчетной производительности, но не в ущерб его техническому состоянию: объем выпуска составил более полумиллиона кубометров OSB. Спрос на эту продукцию сегодня есть. Мы выбрали специфическую нишу на рынке, по этому продукту держимся в премиум-сегменте. Стандарт OSB-3 содержит много допущений по качеству, мы держим максимальную планку в верхнем ценовом сегменте. При этом российский рынок на сегодняшний день профицитный. Поэтому мы смотрим на экспорт, и у нас есть постоянные партнеры в Турции, мы плотно работаем с Китаем и достаточно большие объемы туда отправляем.
— Как решаете проблемы с логистикой, например, на китайском направлении? Ведь действующие железнодорожные ветки перегружены.
— В Китай действительно груз очень долго идет. Две-три недели, иногда даже месяц. Предпочитаем возить в контейнерах, чтобы хоть как-то ускорить процесс, но когда начинаются крытые вагоны, это уже совсем сложно. Существует опыт отправки составов на экспорт в Китай. OSB-плиту в Турцию мы перевозим в том числе в автомобильных рефрижераторах (рефрижераторная секция предназначена для перевозки скоропортящихся грузов. — «Эксперт»). Это уникальная история, позволяющая снизить логистические издержки, работает благодаря разработанным нами схемам погрузки. То есть турки везут в них овощи в Россию, а обратно едет наша продукция.
— Второй завод по выпуску LVL-бруса сейчас, по сути, на паузе?
— Нет. Он не законсервирован и выпускает продукцию, хотя пока объем выпуска оставляет желать лучшего. Тут нужен небольшой экскурс в историю. LVL-брус изначально был разработан и начал применяться в Канаде и США для строительства каркасных домов. Продукт широко используется в Северной Америке, но еще более широко — в Австралии, где каркасные дома — это жилье номер один по популярности. До 95% нашего LVL-бруса шло ранее на экспорт в Австралию, Северную Америку, Францию и скандинавские страны. Эти рынки закрылись для нас в 2022 году.
Сегодня ситуация развернулась: мы готовы, по сути, завалить рынок LVL, но, к сожалению, мало кто понимает, как работать с данным материалом. Мы начинаем практически с чистого листа
Рассказываем, что это за продукт, представляем его на выставках, возим на завод конструкторов, проектировщиков и других участников рынка, открыли собственное конструкторское бюро.
— Что можно делать из LVL-бруса? В чем особенность этого материала?
— Это абсолютно уникальный продукт, который может быть использован при строительстве как бюджетных модульных конструкций, так и уникальных сложных объектов. Правильное его применение позволяет получить уникальные архитектурные и планировочные решения, вписываться по своим стоимостным характеристикам в любые государственные программы переселения, социального жилья и т. д. Прочностные характеристики позволяют успешно конкурировать с металлоконструкциями и создавать практически любые широкопролетные проекты. Энергоэффективность объектов, построенных из LVL, очень высока, что является серьезным конкурентным преимуществом.
— Где LVL массово можно применить в России?
— Спектр потенциального применения LVL крайне широк — сейчас идет проработка целого ряда объектов, капитальных и модульных, для бюджетной сферы: ФАПы, амбулатории, детские лагеря, спортивные объекты — бассейны, конюшни, спортзалы. Существует успешный опыт многоквартирного строительства. Если мы говорим об ИЖС, то это коттеджи, которые позволяют обеспечивать любые планировочные решения: второй свет, балконы, террасы — и сэкономить деньги на отделку.
Специфика материала позволяет возводить и уникальные архитектурные объекты практически любой сложности и конфигурации.
Поиски сфер применения — это долгий и тяжелый процесс. Чем больше продуктов мы показываем на рынке, тем проще. Но это процесс не года и не двух.
Новый продукт всегда тяжело приживается на новом рынке. Сейчас прорабатываем федеральный проект с МЧС по поставке домокомплектов для их возведения при ликвидации чрезвычайных ситуаций.
Другое дело, когда этот материал используют в более масштабном строительстве. Здесь совсем другая экономика. В крупных постройках вы получаете более дешевую конструкцию каркасного типа, еще и большепролетную. В целом в нашей линейке есть разные типы домов — от 80 до 160 кв. м.
— В какие сроки планируется запустить «Мекран»?
— Задача поставлена в этом году стать подготовленными как единый производственный цикл к выпуску мебельной продукции и других продуктов, которые у нас есть: столярная плита, мебельный щит, погонажные изделия всех видов. Надеюсь, скоро у нас появится и мебель, мы потихоньку идем к этому.
— Массовая льготная ипотека завершилась в прошлом году. Есть ли предпосылки, что это теперь стимулирует людей развернуться в сторону частных домов, ИЖС, в том числе деревянных?
— Мы надеемся на это. Но тут есть другая забота. С этого года эскроу-счета ввели для ИЖС (закон начнет действовать с марта 2025 года. — «Эксперт»). Но при нынешнем уровне ставки займа не очень понятно, где строитель должен взять денежные средства. И будет ли строитель, у которого есть большой оборот, заниматься ИЖС? Сможет ли он иметь достаточно оборотных средств и маржи, чтобы эти деньги реинвестировать в большее количество домов?
На данный момент кредитные ставки крайне высоки, что негативно влияет на спрос, но мы стараемся искать новые решения и возможности и в этой ситуации.
— Почему в западных странах, где не так много своего леса, деревянное малоэтажное домостроение хорошо развито, а в России — стране лесов — практически нет?
— Во многом так сложилось исторически. В СССР проводилась политика общей урбанизации, а частные дома, которые строились, возводились фанерно-бескаркасными — это был такой общий стандарт. Но любой продукт в условиях рынка развивается. И сегодня, как мне кажется, ИЖС тоже уверенно растет. Чтобы это стало популярным, должно было пройти время. Сейчас момент для расширения рынка настал.
