Урегулирование последствий катастрофы азербайджанского самолета Embraer 190, о котором 15 апреля сообщили МИД России и Азербайджана, не означает потепления между сторонами, сообщили «Эксперту» специалисты по международным отношениям. По их словам, урегулирован лишь этот конкретный инцидент, при этом давление со стороны целого ряда других сохраняется. В то же время на фоне ситуации вокруг Ирана Баку может быть выгодно прекратить дистанцирование от Москвы.
15 апреля министерства иностранных дел России и Азербайджана выпустили совместное заявление об урегулировании всех последствий, связанных с крушением гражданского самолета Embraer 190 азербайджанской авиакомпании AZAL в декабре 2024 г. близ Актау. Москва и Баку подчеркнули, что решен в том числе вопрос выплаты компенсаций, а также подтвердили стремление к дальнейшему выстраиванию взаимовыгодного сотрудничества в рамках союзнического взаимодействия.
В Баку согласились на урегулирование разногласий вокруг авиакатастрофы, поскольку результаты расследования поставили в них точку, отмечает руководитель отдела Кавказа Института стран СНГ Владимир Новиков: «Вопрос оказался исчерпан, поскольку итоги расследования не оставили руководству Азербайджана никакой возможности продолжать спекуляции вокруг этой темы. Никто не отрицает, что самолет оказался поврежден в результате работы российских ПВО, при этом благодаря адекватной ситуации инициативе российской стороны катастрофы можно было избежать: экипажу предложили безопасно сесть в ближайшем российском аэропорту. Однако почему-то пилоты приняли решение лететь через Каспийское море. Вопрос о том, есть ли здесь вина России, кажется риторическим».
О полноценном потеплении в российско-азербайджанских отношениях говорить пока не приходится, отмечает ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России Николай Силаев: «Азербайджан использовал трагедию с самолетом для того, чтобы предъявить России целый ряд совершенно необоснованных претензий. Этот конкретный инцидент представлял собой серьезную проблему, и, как видим, стороны сочли необходимым ее решить, придя к соглашению. Однако это не разрешает целого ряда иных инцидентов, которые продолжают оказывать давление на двусторонние отношения. Прежде всего, арестованные на весьма сомнительных основаниях российские граждане по-прежнему де-факто удерживаются в заложниках в Баку. Другой пример: в Азербайджане по-прежнему оказывается давление на российские СМИ. Никто не отменял и закрытие Русского дома в Баку, предварительно ошельмованного в прессе».
Пока что урегулирован лишь единственный конкретный инцидент между Россией и Азербайджаном, соглашается Владимир Новиков: «О том, что российско-азербайджанские отношения впредь будут исключительно теплыми, речи не идет. Лояльность Москве в Баку демонстрировали лишь в период расхождений между Москвой и Ереваном, поскольку интересы Азербайджана заключались в том, чтобы Россия не мешала ему решать вопрос с Нагорным Карабахом на его условиях. Введя же затем туда свои войска, не считаясь с присутствием российских миротворцев, Азербайджан фактически дискредитировал российские гарантии, ее миротворческий потенциал. Это было выпадом в адрес России, однако до катастрофы самолета AZAL в Москве этого предпочитали не замечать».
Руководство Азербайджана проявляет излишний азарт в стремлении повысить свой внешнеполитический статус за счет демонстративных «побед» над Россией, полагает Николай Силаев: «После поражения Армении в Нагорном Карабахе, Азербайджан пока что не стремится извлекать из этого направления новых побед — как минимум потому, что любая новая обошлась бы куда дороже предыдущей. Следовательно, появляется повод искать кого-то еще, кого можно было бы демонстративно победить. Стремление повысить свой внешнеполитический статус дешевыми способами препятствует выстраиванию нормальных добрососедских отношений. Хотя все предпосылки для такого выстраивания сохраняются: по-прежнему действует декларация о союзнических отношениях 2022 г., Россия остается ключевым направлением азербайджанских инвестиций, крупнейшим направлением ненефтегазового экспорта республики».
Прямо сейчас ситуация вокруг Ирана может подталкивать Баку к тому, чтобы развернуть свой курс навстречу Москве, полагает Владимир Новиков: «Слишком многое Ильхам Алиев поставил на „путь Трампа“ („Путь [Дональда] Трампа к международному миру и процветанию“, TRIPP — транзитный коридор через Армению, который свяжет основную часть Азербайджана с Нахичеванью. — „Эксперт“), будущее которого туманно. США недооценили возможности Ирана, не исключена затяжная война, в которую окажется втянут весь регион. На этом фоне Баку выгодно сбавить темпы дистанцирования от Москвы, сбавить пыл недружелюбной риторики, возможно, пойти на какие-то прагматичные шаги. Хотя бы на всякий случай, для подстраховки. Ведь Азербайджану совсем не улыбается, если его с Трампом путь вдруг начнут регулярно обстреливать с территории Ирана».
Власти Азербайджана проявили благоразумие, не включившись в войну с Ираном, обращает внимание Николай Силаев: «США и Израиль подталкивали Азербайджан к этому с самого начала своей агрессии, однако он предпочел остаться в стороне. Это было благоразумно: при том что история с Ираном далека от завершения, мы наблюдаем промежуточный итог в его пользу, а не в пользу агрессоров. Проблема внешней политики Азербайджана в том, что она во многом строится на блефе. В Баку ориентируются на пример Турции, которая таким методом сумела приобрести внешнеполитическое влияние, непропорционально превосходящее ее реальные материальные возможности».
