Перед Россией в среднесрочной перспективе стоят четыре вызова, от которых зависит ее сохранение как суверенного государства и этноса. «Эксперт» с помощью аналитиков ВЭБ исследует, какие это вызовы и какие ответы на них можно дать.
Разница в пространстве и времени
Перед Россией в начале XXI веке стоят как минимум четыре проблемы, от решения которых зависит, останется ли на карте мира государство с таким названием к концу столетия. В докладе, представленном на VI Всероссийской научно-практической конференции «Анализ и прогнозирование развития экономики России» под эгидой СО РАН и Новосибирского госуниверситета, такими вызовами
названы:
- различия в уровне социально-экономического развития регионов;
- разрыв в качестве жизни между крупными и малыми городами;
- различия в бюджетной обеспеченности регионов;
- различия в доходах городского и сельского населения.
Неравенство между разными частями России, приведенное в докладе, выглядит недопустимым — в 2,3 раза по уровню смертности, в 4,2 раза по уровню доходов, в 15,7 раз по объему инвестиций. Территориальные диспропорции в разы превышают аналогичные параметры в благополучных странах. Особенно контрастно выглядит социально-экономическая карта РФ на фоне Канады — второй после России по площади страны (иначе говоря, географический размер не может служить оправданием неравенства территорий).
Эти проблемы в докладе главного экономиста корпорации ВЭБ.РФ Андрея Клепача «Организация российского пространства в новой реальности» описаны в довольно тревожных интонациях. Указывается на 16—20-кратное отставание от США и Китая в «плотности экономической деятельности» — количеству населения и объему производства на единицу площади и в «энергии народа» (скрытый отсыл ко Льву Гумилеву). Упоминается сжатие экономического пространства в 1990–2020-х годах и другие факторы, многие из которых впервые обозначены именно в докладе Андрея Клепача.
Он предупреждает, что сохранение сложившейся модели пространственного развития России влечет прямую угрозу ее национальной безопасности, поскольку превращает страну в сухопутное «открытое море», подавляющая часть человеческих ресурсов которой сконцентрирована на нескольких «островах»-мегаполисах, в основном к западу от Волги.
Переселение нашего времени
По данным Росстата, на 2022 г. отток населения к уровню 2013 г. из сельских районов Поволжья составил 403%, Сибири — 247%, Дальнего Востока — 190%. Население этих регионов почти целиком перетекло в Центр и на Северо-Запад (где прирост за то же десятилетие составил 59% и 55% соответственно). В целом же по РФ за указанный период сельское население страны сократилось на шокирующие 1076%.
По мнению Андрея Клепача (в этом он не оригинален), главной причиной вышеназванных проблем является демографическая ситуация. Но главный экономист ВЭБ отдельно маркирует региональную составляющую этой проблемы: депопуляция регионов к востоку от Урала происходит опережающим к европейской части страны темпами, что еще более усугубляет разрыв в межрегиональном развитии.
Этот разрыв подпитывает «алиенистские» настроения у некоторой части населения, порождая в крайнем варианте экстремистские идеологии наподобие «федерализации Сибири». По подсчетам Андрея Клепача, Сибири и Дальнему Востоку не хватает от 2-х до 5 млн человек, чтобы гармонизировать их развитие с западной частью России. Еще около 2 млн человек экономист считает нужным «подселить» на территории, аккуратно названные им Приазовьем.
Ошибочно думать, что подкачка ЦФО и СЗФО за счет остальных регионов является для них однозначным благом. Автор доклада указывает: концентрация внутреннего спроса в агломерациях приводит к монополизации рынка, росту цен, повышению уязвимости от внешнеэкономических шоков, снижению рождаемости и ухудшению психического здоровья населения.
Социально-экономический дисбаланс влечет за собой, по мнению исследователей, и неочевидные последствия. Так, отмечает Андрей Клепач, во всех регионах, кроме пяти, доля НИОКР в местной экономике составляет менее 5%; только в 13 регионах инвестиции в инновационную деятельность превышают 3%. При этом 75% работников умственного труда сконцентрированы только в 10 регионах (Москва и область, Санкт-Петербург, Нижегородская, Свердловская, Новосибирская, Челябинская, Воронежская, Самарская области и Татарстан).
Путешествие к Восточному полюсу
Все названные и другие проблемы, которые стоят перед Россией, экономист ВЭБ считает возможным решить одним универсальным способом. Таковым он видит масштабный разворот национальной экономики на Восток, не только в международном, но и во внутреннем измерении (неслучайно доклад был презентован на научно-практической конференции в Томске).
Андрей Клепач предлагает прорывной сценарий, в котором Сибирь и ДВФО развиваются опережающими по сравнению с западными частями РФ темпами. К 2045 году, по этому сценарию, поворот на Восток должен стать необратимым — с переносом за Урал основных производств, созданием там инфраструктуры для бизнеса и обслуживающего его населения, перераспределения туда же инвестиций. Прирост их ВРП в 2030-2045 гг. должен по этой модели составить до 27%. Не забыл автор доклада и «новые регионы» — прирост их ВРП между 2022 и 2045 гг. он прогнозирует в размере 15,5 трлн руб.
Особых надежд на то, что содержащиеся в докладе «форсайты» будут использованы федеральными властями на практике, сам его автор, впрочем, не питает. Об этом Андрей Клепач сообщил «Эксперту».
«Сейчас, да и на обозримую перспективу, основной фокус внимания у федеральных властей направлен не на восток, а в противоположном направлении — на подъем новых регионов. Основные финансовые потоки и прочие ресурсы перераспределяются туда, а также в приграничные Калининград и Белгород. Хотя у разных групп в правительстве есть разные подходы, все же преобладает прагматическое понимание, что Сибирь и ДВФО являются второстепенным направлением пространственного развития», — говорит он.
Другим важным индикатором реализуемости содержащихся в докладе предложений является «цена вопроса». Андрей Клепач не называет конкретных цифр, в которые обойдется разворот российского пространственного развития на восток, но, говорит он, масштаб таких инвестиций примерно понятен.
«Наши оценки предполагают, что это будут не только государственные, но и частные инвестиции. У нас есть понимание, что в обозначенные в докладе сроки федеральный бюджет таких средств выделить не сможет. Вообще, это больше вопрос межрегионального взаимодействия, межрегиональных инфраструктурных проектов, создания механизма управления на уровне макрорегиона. Но альтернативой повороту на восток является только инерционный сценарий гиперцентрализации экономики», — считает экономист.
