Обсуждение «Силы Сибири-2» стимулировал ормузский кризис, угрожающий почти половине китайских закупок энергоносителей, сообщили «Эксперту» специалисты по КНР. В повестке визита президента РФ Владимира Путина в Пекин 19–20 мая перспективы газопровода, ситуация в Иране и на Украине, а также весь комплекс двусторонних отношений РФ — КНР.
19 мая президент РФ Владимир Путин прибывает в Пекин с двухдневным визитом (21-м в должности главы государства), в ходе которого обсудит с председателем КНР Си Цзиньпином весь комплекс двусторонних отношений. Визит приурочен к 25-летию Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между РФ и КНР от 2001 г. Российского лидера сопровождают 5 вице-премьеров, 8 министров, главы ЦБ РФ, РФПИ, ВЭБ.РФ, «Роскосмоса» и «Росатома», а также представители крупного бизнеса, в том числе руководители Сбера, ВТБ, «Роснефти», «Газпрома».
Встреча Владимира Путина с Си Цзиньпином начнется 20 мая в 11:00 по местному времени (5:00 по Москве). Обсуждения коснутся «наиболее чувствительных аспектов двусторонней повестки», пройдут в узком и расширенном составах, анонсировал помощник президента РФ Юрий Ушаков. Среди конкретных тем заявлено «очень подробное» обсуждение газопровода из России в Китай «Сила Сибири-2». По итогам саммита ожидается подписание 40 двусторонних документов и Декларации о становлении многополярного мира.
Мощный импульс энергетическому сотрудничеству сторон придает ситуация вокруг Ормузского пролива, через который Китай получает почти половину своего нефтяного импорта, говорит директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин: «Китай заинтересован снижать свою зависимость от этого коридора в долгосрочной перспективе, нуждается в надежных континентальных источниках энергопоставок. На этом фоне у газопровода „Сила Сибири-2“ оказывается куда больше шансов на реализацию, нежели до начала иранской авантюры США».
Василий Кашин отмечает растущий интерес Китая и к совместным проектам в освоении Арктики, которые способствовали бы развитию Северного морского пути — кратчайшей водной трасы между КНР и Европой.
Ключевым тревожным звонком для обеих сторон стало завершение десятилетия (с оговоркой на пандемию ковида в 2020-м) стабильного роста двусторонней торговли по итогам 2025 г., обращает внимание эксперт международного клуба «Валдай» Андрей Кортунов: «Этот разворот говорит о том, что рассчитывать на автоматически естественный рост больше не приходится — необходимо искать новые формы сотрудничества, выходить на производственную кооперацию, отталкиваться от наращивания взаимных инвестиций. С обеих сторон призывают к этому годами — и если раньше такие планы можно было откладывать на будущее, то сегодня других возможностей для роста у нас не остается, кроме ситуативных факторов».
Именно таким фактором стал кризис вокруг Ирана, поясняет Андрей Кортунов: он повысил спрос и цены на российские энергоносители, вследствие чего российско-китайский товарооборот увеличился на 19,7% по итогам 4-х месяцев 2026 г.
Сторонам предстоит уладить назревшие противоречия в двусторонней торговле, констатирует Василий Кашин: «Дешевый промышленный экспорт, опирающийся на госсубсидирование, которое продолжается в Китае невзирая на дефляцию, противоречит нашим импортозамещению и экономической безопасности. Как итог: ограничение продаж китайских грузовиков, утильсбор, ужесточение регуляции электронной торговли. Китай тоже склонен к торговой секьюритизации: ужесточает нормативы продовольственной безопасности, преследует цели самообеспечения сырьевой продукцией и полуфабрикатами, что бьет по российским экспортерам».
Часто такие меры одной стороны оказываются неожиданными для другой, что не способствует развитию сотрудничества, констатирует Василий Кашин: «Ситуация требует компромиссов, глубокого понимания экономических приоритетов друг друга, более тесной координации».
Вопрос для России представляет позиция Китая по основным сюжетам международной повестки, на которую он в последнее время реагировал вяло, добавляет Василий Кашин: «Последние месяцы Китай был сконцентрирован на подготовке к саммиту с США, в преддверии которого стремился их не раздражать, для чего свою внешнеполитическую активность ограничил. Учитывая значимость для КНР обоюдных заверений о стратегической стабильности, сложно ожидать от Пекина выраженного антиамериканского курса: в планируемом российско-китайском заявлении о многополярном миропорядке в явном виде такой риторики не будет».
Обсуждая содействие разрешению иранской проблемы, Россия и Китай постараются найти способы обеспечить открытие Ормузского пролива при соблюдении интересов Ирана, говорит заместитель директора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ, эксперт клуба «Валдай» Дмитрий Суслов: «Ни Пекин, ни Москва не намерены обеспечивать Трампу незаслуженную победу».
Андрей Кортунов полагает, что темой для обсуждения на саммите станет не только способ открыть Ормуз, но и постконфликтное восстановление Ирана: «Угроза дружественному для наших держав режиму — не только в американской агрессии, но и во внутренней оппозиции, которую провоцирует социально-экономическая нестабильность. И Китай и Россия заинтересованы в том, чтобы Иран стабилизировать, поддержать».
Дмитрий Суслов не ждет изменения позиции Китая по украинскому вопросу: «Всë останется как до визита Трампа в Пекин, к какой-либо коррекции он не приведет: Китай по-прежнему заинтересован в завершении конфликта, но с учетом интересов России».
Китайско-американская стабилизация России выгодна, подчеркивает Дмитрий Суслов: «Мы получаем понятную глобальную систему координат, в которой продолжает нарастать важность российско-китайского партнерства. Оно служит для стран мирового большинства примером стабильности, предсказуемости и порядка — на контрасте с продуцирующей хаос и нестабильность внешней политикой США. Весьма показательно, что в отношениях с последними речь идет об обоюдном для США и Китая стремлении ограничивать эскалацию, не меняя при этом конкурентной модели отношений и существующего статус-кво в целом. По итогам визита Трампа в Пекин не подписан ни один документ — в отличие от предстоящего визита Владимира Путина, на котором ожидается подписание порядка 40 документов, включая декларацию о многополярном мире, свидетельствующую об общности подходов Москвы и Пекина к мироустройству».
