Активизировавшийся дрейф Армении в сторону Запада логично должен закончиться ее разводом с партнерами по Евроазиатскому экономическому союзу (ЕАЭС). Как неоднократно подчеркивала Москва, Ереван не усидит на двух стульях сразу. Но как ему соскочить с одного из этих стульев, сейчас никто точно не знает — такого прецедента до сих пор просто не было.
ВВыйти из какого-либо межгосударственного союза порой бывает сложнее, чем к нему присоединиться. Самые яркие примеры тому — распад СССР или Brexit. Хотя право свободного выхода декларировалось сразу при их создании, никто не озаботился прописать юридическую процедуру такого сценария (не в последнюю очередь потому, что он казался в высшей степени неправдоподобным).
Сам Никол Пашинян постоянно повторяет, что Армения не выйдет из ЕАЭС «внезапно». Это слово здесь ключевое, потому как выйти из ЕАЭС внезапно невозможно в силу природы данного объединения. Единичные случаи выхода стран из СНГ не могут служить примером, поскольку сама суть Содружества независимых государств и Евроазиатского экономического союза отличаются.
СНГ — структура скорее геополитическая, чем экономическая. У покидающей СНГ страны (Грузия это сделала в 2009 г., Молдавия находится в процессе, а Украина так и вовсе никаких действий для формального выхода не предпринимает) могут сохраняться отдельные двусторонние договорённости и сотрудничество по отдельным направлениям. Но в целом для «развода» достаточно политического решения.
В рамках же ЕАЭС интеграционные режимы подвергаются строгому нормативному регулированию. Перевод проектов, инвестиций, контрактов в режим «третьих стран» может потребовать пересмотра таможенных режимов, лицензий, сертификаций, регуляторного соответствия. Это может повлечь взаимные требования на уровне как стран, так и конкретных участников проектов, по компенсациям за нерыночные убытки или отсрочку либо заморозку реализации совместных проектов, инициированных на государственном уровне.
Статья 118 Договора об ЕАЭС (подписан в Астане 29 мая 2014 г) гласит, что любое государство-член вправе выйти из него. Для этого оно должно направить депозитарию договора (Евразийской экономической комиссии) письменное уведомление о таком намерении, и на этом основании Высший совет принимает решение о начале процесса урегулирования обязательств, возникших в связи с участием государства-члена в договоре.
Решения Высшего совета, связанные с прекращением членства государства-члена в Союзе, принимаются по принципу «консенсус минус голос государства, уведомившего о намерении прекратить членство в Союзе» (то есть все остающиеся члены Союза). Государство, которое намеревается выйти из соглашения, обязано урегулировать финансовые обязательства, возникшие в связи с его участием в договоре. Согласно п. 2 данной статьи, такое требование остается в силе даже после выхода государства из Договора, вплоть до полного его выполнения. Споры по таким инвестициям в обычных условиях решаются через национальные суды или через международный арбитраж. В случае межгосударственного развода такие споры, согласно статье 112, разрешаются путем консультаций, переговоров или через Суд Союза.
Договор о ЕАЭС страдает общей проблемой многих документов, регулирующих отношения на постсоветском пространстве — в них декларативность преобладает над конкретикой, — рассказал «Эксперту» профессор Института государственной службы и управления РАНХиГС Вадим Евсеев: «Сложность в том, что у стран-партнеров могут возникнуть претензии не только по конкретным уже совершенным вложениям, но и в виде так называемой добавленной бюджетной стоимости. Это аналог того, что в гражданском праве именуется „упущенной выгодой“. Россия, вкладываясь в Армению, рассчитывала на возврат инвестиций в долгосрочной перспективе, и потому вправе ожидать компенсации, если эти проекты не осуществятся по причине выхода Еревана из ЕАЭС и Таможенного Союза. Загвоздка в том, что итог решения таких разногласий непредсказуем и остается на усмотрение сторон либо суда».
Общий объем накопленных российских инвестиций в республику, по данным на июнь 2025 г., составляет порядка $4 млрд (данные приведены председателем Совета Федерации РФ Валентиной Матвиенко). Доля России по итогам 2025 г. составила более 34% всей внешней торговли Армении.
Армения создает на постсоветском пространстве прецедент, последствия которого придется разрешать в режиме реального времени, заявила «Эксперту» консультант департамента промышленной политики Евразийской экономической комиссии, профессор кафедры международных экономических отношений экономического факультета РУДН им. Патриса Лумумбы Анна Пак: «Четкого пошагового механизма выхода из ЕАЭС на данный момент не существует, есть только общее описание. Разрабатывать такой механизм придется в любом случае, так как страна по правилам ВТО не может одновременно находиться в евразийском и европейском таможенных пространствах. Несколько смягчает ситуацию то, что разработка такого механизма „не горит“ — процесс вступления Армении в ЕС, если он не останется сугубо политической декларацией, займет никак не меньше десятилетия, то есть времени для выработки регламента выхода из ЕАЭС достаточно».
