Бюджет не наполняется
Разрыв доходов и расходов федерального бюджета в 2026 г. прогнозируется на уровне 3,8 трлн руб. При этом только за январь — февраль, по данным Минфина, дефицит уже вплотную приблизился к целевому значению, составив 3,45 трлн руб., или 1,5% ВВП, — абсолютный антирекорд для первых двух месяцев года. Для сравнения: в январе — феврале 2025 г. он составлял 2,7 трлн руб., 2024-м — 1,1 трлн руб., 2023-м — 2,6 трлн руб.
Ситуацию с наполнением российского бюджета за счет поступлений от нефтегазового сектора может выправить разгоревшийся в конце февраля конфликт на Ближнем Востоке: 28 февраля США и Израиль атаковали Иран, который ответил ударами по военным базам США и блокировкой Ормузского пролива — важнейшей артерии для поставок нефти и сжиженного газа (СПГ) на мировой рынок. Досталось и нефтеперерабатывающим заводам в странах Персидского залива — в Саудовской Аравии, Бахрейне, ОАЭ.
Как сообщал Bloomberg со ссылкой на «рынки прогнозов» (в частности, Polymarket), за последнюю неделю шансы на быстрое разрешение конфликта резко снизились: вероятность перемирия до конца апреля оценивается в 48%.
За три дня до начала боевых действий на Ближнем Востоке министр финансов России Антон Силуанов анонсировал ужесточение бюджетного правила: рассматривалось снижение цены «отсечения» с нынешних $59 за баррель из-за того, что цена Urals с начала года находилась на уровне $40–45. Дисконт составлял $25–30 за баррель от цены эталонной марки Brent. После эскалации ирано-израильского конфликта стоимость нефти резко пошла вверх и, по данным Reuters на 9 марта, бочка Urals при отгрузке из российских портов уже стоила $76. Котировка Brent поднималась выше $110 за баррель и на 11 марта закрепилась на уровне около $90 против $65–70 в феврале. Средняя цена барреля Urals, следует из данных Минэка, находилась выше $80 в последний раз в октябре 2023 г. Газ также подорожал: за две недели котировки на хабе TTF в Европе выросли в 1,6 раза и 11 марта находились на отметке $600 за 1 тыс. куб. м.
Есть четыре сценария, описывающие движение нефтяных котировок, рассказал «Эксперту» партнер Kasatkin Consulting Дмитрий Касаткин. Первый — активная эскалация конфликта: цены «улетят» до $150 за баррель Brent и выше, удержатся там на 2–3 месяца и погрузят мировую экономику в кризис, а после резко упадут. Второй, с противостоянием в текущем режиме, через несколько недель поднимет котировки до $100 и задержит их там минимум на полгода — из-за опустошения хранилищ и сокращения добычи в Персидском заливе. Третий и четвертый сценарии зависят от скорости деэскалации. В одном случае нефть сохранится вблизи $80 до III квартала, в другом — опустится до «привычных» $65 уже через пару месяцев.
Свой прогноз дали 10 марта и в Управлении энергетической информации Минэнерго США: сохранение цены Brent выше $95 в течение двух месяцев. К III кварталу котировки упадут до $80, а к концу года — до $70.
Как действовать кабмину
До начала конфликта на Ближнем Востоке бюджет потенциально недоподучал нефтегазовые доходы в размере 0,5–0,7 п.п. ВВП от плана на 2026 г., то есть в пределах 1,6 трлн руб., подсчитал для «Эксперта» старший директор группы суверенных и региональных рейтингов АКРА Дмитрий Куликов. Увеличение же среднегодовой долларовой цены нефти хотя бы на $5 за баррель обеспечит доходы на 0,3–0,4 п.п. ВВП. «С началом конфликта более вероятными стали сценарии, в которых нефтегазовые доходы будут собраны в объеме, близком к изначальным планам», — заключил аналитик.
Правительство может воспользоваться высокой стоимостью нефти и не объявлять о новой цене отсечения до стабилизации рынка, полагает экономист Виктор Тунев. Он также считает уместным паузу с продажами и покупками валюты по бюджетному правилу. Бюджетное правило не должно реагировать на временные скачки, соглашается главный экономист ВТБ Родион Латыпов: «Это якорь бюджетной политики, позволяющий российской экономике отвязаться от конъюнктурных шоков».
Дорогая нефть позволяет правительству отказаться от наращивания заимствований и сократить траты на обслуживание долга, полагает доцент кафедры государственных и муниципальных финансов РЭУ им. Плеханова Екатерина Голубцова. Ранее «Эксперт» сообщал о том, что кабмин намерен контролировать дефицит именно за счет расширения заимствований.
Ускоренному росту бюджетных нефтяных доходов препятствует сильный рубль, и в ближайшее время его ослабление маловероятно, констатирует директор по аналитике Инго Банка Василий Кутьин. Правительство, по его мнению, скорее всего, примет меры по плавному ослаблению рубля до уровней, зафиксированных в бюджете на 2026 г. (92,5 руб. за доллар США). С другой стороны, крепкий рубль помог бы стабилизировать инфляционные ожидания и позволил бы ЦБ быстрее нормализовать денежно-кредитную политику — тогда рубль будет ослабевать вслед за низкой ставкой, отметил сотрудник научной лаборатории макроструктурного моделирования НИУ ВШЭ Григорий Жирнов.
Некоторые собеседники «Эксперта» считают, что нефтяной кризис не стоит воспринимать как спасательный круг для бюджета: «У нас нет большой проблемы ни с дефицитом бюджета, ни с ФНБ», — убежден Виктор Тунев. По его словам, 1–2 трлн руб. при размере ВВП 220 трлн руб. и расходах на уровне 44 трлн руб. «погоды не делают». Лучшим вариантом решения проблемы дефицита бюджета, полагает он, было бы «пополнение ФНБ из золотых резервов Банка России с запасом».
Больше новостей читайте в нашем телеграм-канале @expert_mag
