Война нанесла непоправимый ущерб внутриполитическому положению Дональда Трампа, констатирует старший научный сотрудник, директор отдела военного анализа аналитического центра Defense Priorities (Вашингтон, США) Дженнифер Кавана: «Те, кто голосовал за Трампа, потому что хотели увидеть решение внутренних проблем, снижение цен и конец „вечных войн“, развязывание этого конфликта восприняли как предательство. Завершение войны вряд ли ослабит их гнев. Более того, те, кто поддерживал войну Трампа, теперь тоже разочарованы в нем — за то, что он отступил, не достигнув максималистской цели смены режима».
Позиции Дональда Трампа после прекращения огня не укрепятся, а скорее даже наоборот, полагает Дженнифер Кавана: «Завершение непопулярной кампании может предотвратить дальнейшее падение рейтинга одобрения Трампа, но вряд ли обеспечит его рост. Американцы задаются вопросом, что им дала эта война, ведь большинство никогда не считали Иран угрозой. Заявления Трампа об успехе США большинству американцев не кажутся правдой: куда больший эффект оказывают репортажи о сбитых американских самолетах и погибших солдатах. Вдобавок люди по-прежнему недовольны скачком цен на бензин — и подобные экономические последствия этой войны будут долгосрочными: даже если перемирие сохранится, потребуется время, чтобы ситуация на рынках вернулась к норме».
В результате переговоров Иран может пойти на минимальные уступки по Ормузскому проливу и прекращению атак, а США — зафиксировать это как «сделку» и свернуть операцию, констатирует эксперт Российского совета по международным делам Кирилл Семёнов. По его словам, альтернативных сценариев было два: «В первом США решились бы на массированные удары, чтобы парализовать иранскую энергосистему, командные центры КСИР и ядерную программу, после чего объявили бы свою миссию выполненной и вышли бы из конфликта. Этот вариант всё еще на столе — в качестве запасного».
Во втором же сценарии такие действия США не завершили бы конфликт, а привели бы к масштабным ответным мерам Ирана, отмечает Кирилл Семёнов: «Хуситы вступают в войну в полном объеме, „Хезболла“ активизирует удары по Израилю и базам США в Персидском заливе и на Красном море, Ормуз остается заблокированным. Трамп вынужден расширять операцию: вводить дополнительные силы, бить по прокси, то есть по территориям за пределами Ирана, и начинать десантную операцию в проливе. Всё это затягивает конфликт, переводит его в фазу „удушения“ без четко оглядывающегося финала. Нефть взлетает за $150, рынки в кризисе, в США растет критика за „второй Ирак“. Риски реализации такого сценария и подтолкнули Вашингтон к компромиссной заморозке конфликта».
Ряд пунктов соглашения, которое Дональд Трамп согласился обсуждать с Ираном, США откровенно не выгодны, обращает внимание старший научный сотрудник Института США и Канады им. академика Г.А. Арбатова РАН Павел Кошкин: «Снятие санкций, выплаты иранскому правительству, признание за ним права добывать уран — всё это кажется сомнительным как демократам, так и самым ярым трампистам, поскольку прямо противоречит тем целям, которые заявлялись в начале военной кампании. Если Трамп примет эти условия, он распишется в собственной несостоятельности, поэтому, очевидно, их обсуждение может затянуться».
Не исключено, что глава Белого дома замораживает конфликт ради тактической паузы — чтобы выиграть время и обдумать дальнейшие шаги, говорит Павел Кошкин: «Трамп чувствует, что стул под ним зашатался, и потому нуждается в передышке. Когда заявленные две недели истекут, он может продлить заморозку. При этом вполне вероятно, что, „отдышавшись“, американский президент в характерной для него манере передумает и пойдет на эскалацию. Впрочем, политической победой ни один из этих вариантов не станет: моральное превосходство в любом случае останется за Ираном, для большинства американцев Трамп, скорее всего, остается агрессором, а Исламская республика — жертвой. Во всяком случае для тех, кто изначально осуждал ближневосточную войну».
Согласившись на переговоры на де-факто иранских условиях Дональд Трамп выбрал меньшее из зол, однако перемирие не поможет ему избежать политического ущерба от военного провала, уверен заместитель директора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ, эксперт клуба «Валдай» Дмитрий Суслов: «Принятие условий, которые Вашингтон согласился обсуждать с Тегераном, будет означать поражение США и историческую победу Исламской Республики. Ведь в результате Штаты оказываются в худшем положении, чем до развязывания войны: Трамп не только не сверг режим Исламской Республики, но и не ослабил и даже снял с него санкции. При этом иранская ядерная программа на момент начала переговоров остается в прежнем виде, а режим судоходства по Ормузскому проливу фактически контролируется Ираном. То есть в конечном итоге США не добиваются ни одной из своих целей, в то время как Иран становится сильнее, фактически превращается в одну из мировых держав».
Это лишит республиканцев большинства в обеих палатах Конгресса на промежуточных выборах в ноябре 2026 г., полагает Дмитрий Суслов, при этом на ключевых кандидатах в преемники Дональда Трампа ситуация сказывается по-разному: «На госсекретаря Марко Рубио гнев MAGA-республиканцев и демократов из-за начала войны не распространялся, и мы видим, как он по-прежнему дистанцируется от конфликта, стремясь избежать негативных последствий фактического поражения Штатов. А вот вице-президент Джей Ди Вэнс в более уязвимом положении: да, изначально он выступал против агрессии в отношении Ирана, однако в последнее время оказался вынужден высказываться в ее поддержку. Теперь же ему предстоит возглавить американскую делегацию на переговорах в Исламабаде. Дальнейшие перспективы Вэнса сильно зависят от результатов переговоров, и ничего хорошего его, скорее всего, не ждет: на удобоваримых для США условиях договориться с Ираном вряд ли получится, — скорее, они окажутся унизительными».
