За полную тарелку

Геворг Мирзаян
доцент Департамента медиабизнеса и массовых коммуникаций Финансового Университета при правительстве РФ
3 декабря 2007, 14:25

Западные СМИ заранее отказывали российским выборам в праве быть честными. «То, как он (Владимир Путин -- «Эксперт Online») напролом рвется к этой победе, давя по пути вменяемую политическую оппозицию, показывает, что выборы не будут ни свободными, ни честными, и что Россия не является демократией», -- откликнулась New York Times. А после парламентских выборов в России западные газеты запестрели алармистскими заголовками. Основные темы -- объективность результатов выборов, «притеснение оппозиции», а также извечный вопрос о наследнике.

«По словам наблюдателей, голосование и предвыборная кампания были наименее честными за весь постсоветский период. Тысячи государственных служащих жаловались, что их угрожали уволить или лишить премий, если они не проголосуют за прокремлевскую "Единую Россию"… Широко звучат сообщения, что миллионы граждан голосовали за его (Владимира Путина – «Эксперт Online») партию "Единая Россия" по принуждению», -- пишет английская Guardian.

Конечно, случаи голосования по принуждению на нынешних выборах наверняка были. Достаточно лишь взглянуть на число проголосовавших за "Единую Россию" в Ингушетии (98,72%) или в других республиках Северного Кавказа. Но британских журналистов не смущает тот факт, что при общем количестве избирателей примерно в 107 миллионов человек принудить «миллионы» граждан и обойтись без публичного скандала практически невозможно.

Впрочем, «печальная правда состоит в том, что "Единая Россия" могла бы выиграть эти выборы и самостоятельно, без отступлений от законов и нарушений», пишет британская Independent, и продолжает: «Как это неоднократно случалось в истории России, власть испугалась народа. Между тем благосостояние и стабильность со времен последних выборов значительно укрепились, и можно было бы довериться людям – они проголосовали бы своими кошельками, пусть даже в глубине души без уверенности в правильности выбора». И вновь английские журналисты не видят, или не хотят видеть, что именно это и произошло. Люди в России пришли и проголосовали за тот курс, с которым они связывают рост своего благосостояния.

Не обошли западные СМИ и тему российской оппозиции. «Три из четырех партий, имеющих реальные шансы преодолеть семипроцентный барьер для прохождения в Думу, -- искусственные порождения самого Кремля», -- пишет Financial Times. «У "Единой России", которая была создана единственно для того, чтобы способствовать продвижению Путина и его политики, фактически не было конкурентов во время предвыборной кампании… Уже существующие либеральные объединения не были допущены в Думу при помощи новых драконовских правил, поднявших процентный барьер голосов, необходимых для получения хотя бы одного места», -- пишет Times.

Но текущие предварительные итоги голосования, опубликованные на сайте Центризбиркома, однозначно указывают, что даже если бы сейчас проходной барьер для попадания партии в Государственную думу оставался бы на прежнем уровне (5%), это бы не помогло партиям, проигравшим выборы.

Весьма показательно и то, что большая часть внимания западных СМИ была обращена не на реальные оппозиционные партии – КПРФ, СПС, "Яблоко" или даже ЛДПР. Наибольшего количества строчек удостоился Гарри Каспаров. «Оппозиционные группы сообщили, что милиция арестовала десятки их активистов. В числе задержанных оказались представители "Другой России" – антикремлевской коалиции, которую возглавляет экс-чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров», -- пишет Guardian.

Итальянская Reppublica еще более эмоциональна. «В день триумфа Путина его несгибаемый противник Каспаров бросает ему вызов даже из кабинки на избирательном участке», -- такой фразой начинается интервью с Каспаровым, опубликованное этой газетой.

Попытки западных СМИ позиционировать «Другую Россию» в качестве чуть ли не основной оппозиционной силы в стране вызывают по меньшей мере удивление у любого, кто более или менее знаком с российскими политическими реалиями. Запад упорно не желает признавать, что столь распиаренная им группировка является, по сути, собранием абсолютно разных по политическому спектру маргинальных движений.

Западные СМИ едины во мнении, что нынешние выборы являются своего рода референдумом для Владимира Путина. Дошло до того, пишет New York Times, что «рекламные щиты, которыми пестрела вся Москва и другие крупные города, призывали людей голосовать "За Путина!", не делая упор на "Единой России"».

«Задача этой пародии состояла в том, чтобы дать ему "моральное право" остаться у власти в обход конституционного запрета на занятие президентского поста более двух сроков подряд», -- пишет Times. Журналисты этой газеты выдвигают два варианта, при которых Владимир Путин остается у власти в Кремле. Первый – это «посадить в президентское кресло марионетку вроде своего нынешнего премьер-министра, а затем через четыре года (а то и раньше, если премьер "заболеет") вернуться на этот пост», а второй -- «выхолостить президентскую должность, а присущие ей полномочия передать другому посту, созданному специально для него». «Любой из этих двух сценариев является угрозой для всего мира», -- пугает своих читателей авторитетнейшая британская газета.

А New York Times пишет, что выборы «дают толчок к началу новой эры политической нестабильности в России». Впрочем, другие журналисты New York Times, наоборот, считают, что угрозой является сама неопределенность в выборе наследника и все успокоится после того, как российский президент его назовет: «Неопределенная ситуация по вопросу о руководстве страной становится проблемой не только для президента Буша, но и для того, кто сменит его в Овальном кабинете. Отношения администрации Буша с Путиным и без того становятся все более напряженными, так как российский президент делается все напористее, а экономическая мощь России увеличивается благодаря ее колоссальным нефтяным богатствам».

«У Великобритании нет выбора – с Россией придется договариваться», -- пишет британская Observer. Мы покупаем у этой страны природные ресурсы, а если учесть расширение Евросоюза и включение в него стран Прибалтики и Польши, оказываемся частью экономического организма, который граничит с империей Путина».

Говоря о причинах столь масштабной победы "Единой России", New York Times нехотя признает, что «результаты воскресных выборов в какой-то мере отражают удовлетворенность российского электората тем, что сам Путин считает своим величайшим достижением, – речь идет о восстановлении экономической мощи и международного статуса России, разрушенных после краха коммунистического режима неразберихой 90-х».

Но гораздо более объективно и подробно о причинах столь оглушительной победы "Единой России" пишет швейцарская Le Temps. «Подобное поведение российских избирателей шокирует людей, живущих на Западе, которые считают, что одного воспоминания о советской диктатуре должно оказаться достаточно, чтобы толкнуть русских в объятия госпожи Демократии. Однако царящая на этих выборах логика совершенно иная. Вместо того чтобы испытывать энтузиазм в отношении демократических ценностей, которые никогда не были им знакомы, русские идут голосовать, руководствуясь более приземленными мотивами, далекими от идеалов Токвиля или Монтескье: они голосуют за экономическую стабильность – пусть хрупкую, но реальную. За последние восемь лет "национальные чемпионы", созданные Владимиром Путиным, позволили отложить про запас значительные доходы от продажи нефти и газа. И хотя такая стратегия уязвима вследствие слишком высокой зависимости от углеводородов и не решает серьезные демографические проблемы страны, она придает уверенность. По крайней мере, в краткосрочной перспективе. Поэтому не стоит удивляться поразительной популярности хозяина Кремля».

Кроме того, по мнению швейцарских журналистов, выборы – это «способ реабилитировать национальную гордость на международной арене. А также застраховаться от возврата к 90-м – эпохе унижения, хаоса и обворовывания нации под носом у слабого государства». «Проголосовать против Путина означало бы сделать ставку на неопределенность, риск ослабления государства и менее полную тарелку», -- заключает Le Temps.