Референты трудового народа

Евгений Сучков
2 апреля 2001, 00:00

КПРФ встроилась в арьергард своего электората

Застоявшись на периферии политической и законотворческой деятельности, Геннадий Зюганов задумал инсценировку с вотумом недоверия правительству как крупную пиар-акцию, позволяющую лишний раз напомнить обществу о существовании и КПРФ, и ее лидера. И тот факт, что наиболее жестко на инициативу коммунистов отреагировали именно околокремлевские политтехнологи, у которых Зюганов начал было отбивать хлеб насущный, лишь подтверждает этот тезис.

Возникает вопрос: зачем лидерам компартии пускаться на подобные авантюры? Ведь сегодня КПРФ - крупнейшая по численности и разветвленности своих структур партия. Ее базовый электорат стабилен и составляет не менее четверти от общего числа российских избирателей. В Госдуме партия имеет крупнейшую фракцию, треть постов руководителей комитетов, наконец, посты спикера и вице-спикера. Казалось бы, что еще нужно?

Объяснение простое. Идеология нынешней компартии соответствует мироощущению человека эпохи "развитого социализма", считающего свое существование оправданным и осмысленным (при всех его тяготах) ровно в силу того, что он гражданин великой, уважаемой всем миром державы, преодолевшей невероятные трудности, победившей фашизм, первой прорвавшейся в космос и т. д. и т. п. Соответственно, требования социальных гарантий со стороны государства являются логическим продолжением абсолютизации этого государства как высшей ценности: я все отдаю государству, а государство должно заботиться обо мне. Иными словами, КПРФ сегодня является типичной, прямо-таки классической референтной партией, максимально точно отражающей психологию и стереотипы массового сознания своих избирателей и оформляющей их в виде официальной партийной идеологии. Именно в референтном характере партии и заключается сила коммунистов. Но здесь же - корни их слабости.

Любопытно отметить, что праматерь КПРФ - РСДРП - поначалу референтной не была, она ставила цели и задачи, которые тогда в обществе востребованы еще не были. Возьмем, к примеру, известный лозунг: "Пролетарии всех стран, объединяйтесь!". Эта идея опережала время. Что же до КПРФ, то ее нынешняя слабость в том, что она оперирует идеями, заимствованными из прошлого. И этим все сказано. Она встроилась в арьергард своего электората, а не ведет его.

Но КПРФ не только чисто референтная партия. Она (на свою беду) вдобавок еще и весьма демократична по своему внутреннему устройству - демократична настолько, насколько понятие "демократия" вообще применимо к такому организму, как политическая партия. Активистов-функционеров КПРФ объединяют только идеология и желание провести эту идеологию в жизнь. И они будут работать в партии до тех пор, пока ее действия не начнут расходиться с идеологическим каноном.

Сегодня КПРФ не только сама является полноценным субъектом партийно-политической системы России, но и в значительной степени подает пример структурам, только встающих на путь партийного строительства, заставляя и их подтягиваться до ее уровня как в сфере идеологического обеспечения, так и в создании региональных структур. И то, что некоторые из новичков, увлекшись слепым копированием КПРФ, не понимая сути, выстраивают, по образному выражению Виктора Черномырдина, очередную КПСС, лишь подтверждает значимость опыта руководителей КПРФ.

По уровню своего развития КПРФ сегодня - это практически состоявшаяся структура гражданского общества, которое с трудом нарождается в России. Как ни парадоксально, вплотную подойти к структуре гражданского общества удалось партии, построенной на идеологии, принципиально враждебной гражданскому обществу и основным ценностям демократии. Имея все возможности проводить активную и гибкую политику, компартия не может реализовать ее в современных условиях, не разрушая идеологических штампов, которые являются основой ее популярности у избирателей.

Напомним, что пиком успехов КПРФ за последние годы стало создание правительства Евгения Примакова, в которое вошли ее представители. Сохранись этот кабинет до выборов 1999 года - и образованная на его базе политическая коалиция вполне могла бы получить все необходимые рычаги власти: конституционное большинство в Думе и пост президента России. При этом влияние коммунистов на власть стало бы, наконец, соответствовать тому количеству голосов, которое они получают.

И тем не менее все эти достижения и перспективы руководство КПРФ поставило на карту ради пустой затеи - импичмента президенту Ельцину, который заведомо не мог ничем закончиться. Поставило - и проиграло, потеряв практически все. Вряд ли коммунистические вожди не понимали, чем чреваты подобные действия, но они просто не могли противостоять напору партийных радикалов и демагогов.

Но если тот провал руководство КПРФ еще как-то могло списать на происки радикалов и пошедших у них на поводу руководителей партийных регионалок, то в отношении вотума недоверия правительству инициатива явно принадлежала первым лицам КПРФ и была озвучена лично Зюгановым.

Оказавшись перед выбором: либо поддержка, пусть и молчаливая, реформ, предлагаемых президентом Путиным, либо верность канонам собственной идеологии, коммунисты в очередной раз наступили на любимые грабли. В очередной раз сработал страх, боязнь идти вперед, изменить хоть на йоту замшелые догмы партийной идеологии. И в очередной раз акция в защиту "чистоты идеалов" оказалась обычным мыльным пузырем.