Атом для мира возвращается

Уильям Бернс
12 марта 2007, 00:00

Новая повестка дня российско-американского лидерства в ядерной сфере

По материалам выступления в Московском центре Карнеги 1 марта 2007 года

Меня вряд ли можно отнести к специалистам по ядерным вопросам. Если бы такие знания передавались с генами, то я был бы в гораздо лучшем положении, так как мой отец, которым я очень горжусь, в течение многих лет профессионально занимался ядерными проблемами. Сначала как генерал сухопутных войск США, участвуя в переговорах с СССР в восьмидесятые годы, а затем, под конец президентства Рейгана, как директор бывшего агентства по контролю над вооружениями и разоружению. К сожалению, я не унаследовал ни опыта моего отца, ни его знаний. Но, проработав много лет на разных постах, начиная с моего первого назначения в Москву в девяностые годы и заканчивая моей скромной ролью в проведении переговоров, в результате которых в 2003 году Ливия отказалась от создания оружия массового уничтожения, я понял, что никакая иная проблема не имеет такого значения для будущего мирового порядка, как ядерная. И США и Россия могут играть лидирующую роль в этом очень важном вопросе.

Наследие Эйзенхауэра

Более полувека назад, на заре атомной эры, президент Эйзенхауэр, выступая на Генеральной Ассамблее ООН в Нью-Йорке, изложил простую и в то же время очень дальновидную идею о необходимости сотрудничества между мировыми ядерными державами. В своем выступлении, озаглавленном «Атом для мира», он дал общий подход, состоявший из трех основных частей: использование атомной энергии в мирных целях, обуздание распространения ядерного оружия и ответственное распоряжение Америки и России своими ядерными арсеналами. Предложения Эйзенхауэра привели к созданию Международного агентства по атомной энергии, а позже к заключению Договора о нераспространении ядерного оружия. Однако холодная война в значительной мере выхолостила его многообещающие идеи.

Полстолетия спустя мир сильно изменился, и между Россией и США — несмотря на все трения и словесные разногласия между нами — сложились совсем другие отношения. У нас есть расхождения во мнениях и взаимные претензии, а в отношениях между нашими странами присутствуют очевидные элементы соперничества и конкуренции. Но мы больше не враги. Мы не хотим ни новой холодной войны, ни повторения изматывающей гонки вооружений. И хотя между нами, возможно, еще не сложилось стратегическое партнерство, порождающее полное совпадение интересов по всем вопросам, мы, несомненно, можем быть партнерами по ключевым стратегическим вопросам.

Ни один из этих вопросов не имеет более важного значения для мира, в котором мы живем сегодня, чем ядерный вызов, о котором Эйзенхауэр говорил с такой прозорливостью много десятилетий назад. Так, рост потребности в энергии приводит к истощению ограниченных запасов органического топлива. Общемировой спрос на одну только нефть, например, может вырасти к 2030 году на 50%. Рост потребления нефти, газа и угля отрицательно сказывается на окружающей среде. Мягкий январь 2007 года в Москве напомнил всем нам о глобальном потеплении — и действительно, десять самых теплых лет в мире за все время наблюдений пришлись на период после 1990 года.

По мере того как ядерная энергия становится более привлекательной с учетом экономических и экологических соображений, она становится не менее привлекательной и с военной точки зрения как для государств, так и для негосударственных структур. Глубокую обеспокоенность вызывает стремление Северной Кореи и Ирана обзавестись ядерным оружием. Но есть и другие государства, которые явно хотели бы последовать их примеру. Столь же опасна и угроза ядерного терроризма. Нет никаких сомнений в том, что, если бы террористы, погубившие столько невинных людей в Нью-Йорке сентябрьским днем шесть лет назад или в Беслане другим сентябрьским днем три года назад, могли заполучить ядерное оружие, они бы применили его и последствия были бы катастрофическими.

Никогда раньше ядерные вопросы, которые предвидел Эйзенхауэр, не были столь важны, как сегодня. И никогда раньше Америка и Россия, по-прежнему обладающие таким ядерным потенциалом и несущие такую ответственность, с какими не сравнится потенциал и ответственность никакой иной страны, не имели лучшей возможности проявить свою лидирующую роль. Было бы огромной ошибкой — не только для наших двух стран, но и для дела обеспечения мирового порядка — упустить эту возможность. Именно поэтому президент Буш и президент Путин прошлым летом в Санкт-Петербурге, а затем осенью прошлого года в Москве и Ханое уделили такое большое внимание вопросам полной реализации потенциала ядерного сотрудничества между США и Россией. Благодаря их усилиям уже достигнуты значительные результаты, а в предстоящие месяцы и годы станет возможно гораздо большее.

Пройденный путь

Прежде чем строить планы на будущее, стоит вспомнить, что нами сделано в сфере сотрудничества в ядерной области за последние пятнадцать лет. Окончание холодной войны позволило осуществить серьезные сокращения ядерных вооружений на основании договоров о контроле над ядерными вооружениями, подписанных в семидесятых-восьмидесятых годах. И Россия, и США многократно уменьшили свои ядерные арсеналы, сняв с вооружения тысячи ядерных боеголовок и демонтировав тысячи смертоносных систем их доставки. Мы перестали все время держать друг друга под прицелом, а наши бомбардировщики уже не находятся в состоянии постоянной боевой готовности к ядерному удару. Совместными усилиями мы успешно завершили выведение ядерного оружия с территории Белоруссии, Украины и Казахстана.

 pic_text1 Фото: Wayne Miller/Magnum Photos/agency.photographer.ru
Фото: Wayne Miller/Magnum Photos/agency.photographer.ru

Пять лет назад президент Путин и президент Буш внесли еще один крупный вклад в эту работу, подписав в Москве Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов. Признав, что количественные параметры наших ядерных сил все еще не отражают стратегических реалий, они согласились сократить развернутые ядерные боеголовки почти на две трети. Трудно представить более весомый пример ведущей роли США и России в деле сокращения ядерных вооружений и уменьшения опасности ядерного конфликта.

Одновременно Россия и Америка приняли чрезвычайные меры для охраны своих остающихся ядерных арсеналов и запасов делящихся материалов. Проявив замечательную прозорливость, сенаторы Лугар и Нанн еще в начале девяностых годов выступили с инициативой осуществления программы по совместному уменьшению угрозы, нацеленной на сотрудничество с российской стороной в деле демонтажа устаревших вооружений и повышения надежности хранилищ боеголовок и делящихся материалов. Программа Нанна—Лугара, осуществляемая вот уже пятнадцать лет, стоит в одном ряду с Планом Маршалла, являя собой исторический пример государственной ответственности и дальновидности Америки.

В рамках этой программы уничтожены тысячи ядерных боеголовок и сотни ракет. Повышена безопасность десятков ядерных хранилищ, многие из которых не были надежно защищены от кражи ядерных материалов в условиях хаоса, царившего в России в девяностые годы. Началась эксплуатация хранилища делящихся материалов на предприятии «Маяк» — крупнейшего проекта программы по совместному уменьшению угрозы. В то же время в соответствии с соглашением ВОУ-НОУ сотни тонн материала оружейного качества было переработано для использования в коммерческих целях. Хотя эти проекты далеко не идеальны и мало известны широкой публике, они являются впечатляющей вехой двустороннего сотрудничества в вопросе, который по-прежнему сказывается на физической безопасности наших двух стран более чем какой бы то ни было иной.

Мирный атом

По мере того как Соединенные Штаты и Россия сокращали свои запасы ядерного оружия и повышали безопасность остающихся арсеналов, во всем мире возрастал интерес к более широкому использованию атомной энергии в мирных целях. Понятно, что трагедии в Чернобыле и на АЭС на острове Три-Майл привели к замедлению этой тенденции, однако благодаря созданию новых технологий появились значительные возможности для развития этой отрасли. Уже сегодня свыше 15% всей электроэнергии в мире производится атомными станциями, и эта цифра продолжает расти.

Президенты Путин и Буш признают важность быстрого развития атомных технологий, используемых в мирных целях, и обеспечения развивающимся странам доступа к их использованию. И США, и Россия осуществляют крупные проекты строительства новых объектов. Впервые в истории мы ведем переговоры о заключении рамочного договора о сотрудничестве в области гражданской атомной энергетики, известного как «договор 123» по аналогии с пунктом 123 Закона об атомной энергии США. Этот договор, в работе над которым мы уже достигли существенного прогресса, откроет новые пути для совместной деятельности — от исследований и опытно-конструкторских разработок более совершенных реакторов до возврата отработанного топлива. Наш общий интерес к таким программам основан на признании того, что надежные поставки энергоресурсов важны для глобальной экономики и что атомная энергия играет важную роль в решении этой проблемы. Атомная энергия — экологически безопасная альтернатива, ведь массовое потребление углеводородов вызывает все возрастающую озабоченность.

Другое направление нашего сотрудничества в области атомной энергетики включает продолжающиеся переговоры по внесению поправок в соглашение о приостановлении антидемпингового расследования с целью выработать новые взаимоприемлемые условия предоставления России доступа на урановый рынок США.

Нераспространение

Если, как предвидел Эйзенхауэр еще полвека назад, первым принципом лидерства США и России в ядерной области является развитие атомной энергетики на благо всего мира, то второй неотъемлемый элемент этого лидерства — обеспечение того, чтобы ее развитие не способствовало распространению ядерных вооружений. Именно для достижения этих целей президент Путин и президент Буш выступили в последние годы с аналогичными предложениями предоставлять другим государствам услуги по использованию ядерного топлива под строгим международным контролем. В рамках создания в будущем системы международных топливных центров Россия уже определила на своей территории один объект и, возможно, в этом проекте примет участие Казахстан.

Президент Буш предложил грандиозный план глобального партнерства в области атомной энергетики, который концептуально перекликается с инициативой президента Путина и направлен на разработку ядерных реакторов и технологий топливного цикла новейшего поколения. Глобальное партнерство в области атомной энергетики предусматривает создание международной сети поставок топлива, чтобы повысить надежность этих поставок на мировой рынок с целью выработки ядерной энергии без распространения технологий по обогащению и переработке топлива.

На состоявшемся в прошлом году в Санкт-Петербурге саммите «большой восьмерки» президенты наших двух стран заявили о своем решении объединить усилия, чтобы помочь обеспечить доступ к ядерному топливу и при этом свести к минимуму риск распространения ядерных вооружений, а также удовлетворять растущие потребности мирового сообщества в электроэнергии без выбросов парниковых газов.

Эксперты США и России уже ведут большую работу по созданию совместного плана действий. Важно отметить, что эти усилия получили двухпартийную поддержку в Соединенных Штатах, о чем свидетельствует законопроект, недавно внесенный на рассмотрение конгресса конгрессменом Томом Лантосом, председателем комитета по иностранным делам палаты представителей. Как отмечалось во время его недавнего визита в Москву, предложение конгрессмена о создании международного банка топлива и установлении строгого международного контроля за мощностями по обогащению урана и переработке отработанного топлива отражает общую заинтересованность США и России в укреплении существующего режима нераспространения. В том же направлении продолжает свою важную работу в рамках инициативы по сокращению ядерной угрозы и бывший сенатор Нанн.

Одновременно Соединенные Штаты и Россия успешно сотрудничают в борьбе с двумя первоочередными угрозами в области ядерного распространения, которые несут с собой другие страны, а именно Северная Корея и Иран. В обоих случаях, используя дипломатические средства, мы стремимся остановить распространение ядерного оружия и избежать крайне опасной угрозы международной стабильности. Работая с Китаем, Японией и Южной Кореей в рамках шестисторонних переговоров, мы сделали важный шаг в направлении полного выполнения соглашения от сентября 2005 года о превращении Корейского полуострова в безъядерную зону. У нас впереди еще большая и трудная работа, однако дипломатия США и России сыграли здесь важную роль.

То же можно сказать и об Иране. Совместно с Китаем, Великобританией, Францией и Германией мы последовательно настаивали на разрешении ситуации дипломатическим путем, как указано в резолюции №1737 Совета Безопасности ООН. В подробном отчете, представленном Международным агентством по атомной энергии, говорится, что, к сожалению, иранский режим до сих пор отказывается выполнять свои обязательства. Сейчас Совету Безопасности ООН предстоит решить, какие меры лучше принять в связи с этим. США и Россия работают в тесном взаимодействии по дипломатическим каналам. Никто из нас не может позволить, чтобы в руки иранского режима попало ядерное оружие.

Как ясно показывают примеры Северной Кореи и Ирана, возрастает риск, что еще и другие страны станут обладателями ядерного оружия. Растет давление на Договор о нераспространении ядерного оружия, на МАГАТЭ — на весь существующий режим нераспространения ядерного оружия. Ответом на этот нажим стала позиция, выраженная президентами наших стран в их совместном заявлении в Санкт-Петербурге в июне прошлого года, направленном на превращение Дополнительного протокола к Договору о нераспространении ядерного оружия в неотъемлемую норму для проверки соблюдения обязательств по гарантиям и на содействие всеобщему соблюдению Дополнительного протокола. Мы продолжаем совместную работу по предотвращению передачи засекреченного ядерного оборудования, материалов и технологий государствам, которые могут использовать их для создания оружия, и будем и впредь отстаивать цели инициативы по борьбе с распространением.

Риск того, что новые государства получат доступ к ядерному оружию, создает новую опасность: это оружие может попасть в руки террористов. Вот почему резолюция №1540 Совета Безопасности ООН, которая обязывает страны ввести и осуществлять строгий экспортный контроль и другие меры, призванные не допустить попадания оружия массового уничтожения в руки террористов, — жизненно важный шаг. Я горжусь тем, что США и Россия — две первые страны, подписавшие Международную конвенцию о борьбе с актами ядерного терроризма.

За прошедший год Россия и США выступили с крайне важной, хотя и не привлекшей к себе пока широкого внимания дипломатической инициативой по налаживанию практического глобального сотрудничества в борьбе с ядерным терроризмом и использованию различных мер, о которых я только что говорил, в рамках согласованной международной кампании. На встречах в Марокко и Турции Россия и США выступили лидерами в этом вопросе. К нам уже присоединилось одиннадцать других стран, и мы ожидаем, что в ближайшие месяцы свою поддержку выразят и многие другие государства. По-моему, эта новая глобальная инициатива по борьбе с ядерным терроризмом — лучший пример того, сколь важной стала лидирующая роль Америки и России. Никакие другие страны не могут предложить миру такого же богатого опыта, потенциала и совместной заинтересованности, как наши, в этом очень важном вопросе.

Управление нашими арсеналами

 pic_text2 Фото: PI/Russianlook
Фото: PI/Russianlook

Третий элемент нашего подхода к современным ядерным проблемам — управление имеющимися у наших стран ядерными арсеналами. Ситуация с этим вопросом сегодня радикально отличается от той, которая была во времена президента Эйзенхауэра, когда в 1953 году он произносил свою речь в Нью-Йорке (в обеих наших странах уже были созданы термоядерные бомбы, а гонка ядерных вооружений шла полным ходом). За полтора десятилетия после окончания холодной войны мы совместными усилиями достигли результатов, беспрецедентных в истории человечества. Мы сделали огромный шаг вперед в деле сокращения запасов ядерного оружия и надежной охраны оставшихся арсеналов. Но еще многое нужно сделать: от того, насколько хорошо мы справимся со стоящими перед нами задачами, будет зависеть наша способность призывать другие страны к проведению ответственной политики в данной области.

Мы достигли значительного прогресса в выполнении положений совместной Программы по снижению угрозы, которая была недавно продлена еще на семь лет. Несмотря на остающиеся проблемы, мы движемся к достижению целей, поставленных нашими президентами на встрече в Братиславе в 2005 году, по завершению запланированной модернизации систем безопасности к концу 2008 года. Как я уже отмечал, хранилище делящихся материалов на предприятии «Маяк» уже введено в строй. США и Россия продолжают эффективное сотрудничество по вопросам возвращения высокообогащенного урана из третьих стран и в планировании действий по ликвидации последствий возможных ядерных аварий. В общем, мы начинаем думать над тем, как улучшить нашу совместную работу, которая началась пятнадцать лет назад, по существу, как программа помощи, когда Россия столкнулась с огромными экономическими и социальными проблемами.

Сегодня, при поразительном возрождении российской экономики, наше сотрудничество, естественно, вышло на новый уровень истинного партнерства. Ядерная безопасность на различных объектах обеих стран — один из важнейших вопросов национальной безопасности наших стран, и едва ли это положение изменится в ближайшие десятилетия.

Не менее важно готовиться к решению тех проблем, которые встанут перед нами после завершения срока действия договора СНВ в 2009 году, а также Московского договора в 2012 году. Можно сделать еще больше для развития наших контактов — от обмена информацией по пускам баллистических ракет и обсуждения сложных вопросов противоракетной обороны, космических сил и стратегии сдерживания до столь же сложных и важных вопросов, например связанных с будущим Договора о ядерных ракетах средней и меньшей дальности. Не существует простых ответов на перечисленные вопросы, однако все они требуют беспристрастного и планомерного стратегического диалога. Мы, возможно, не сумеем договориться по всем пунктам, но никто из нас не может себе позволить прервать этот диалог или уйти от искреннего обсуждения стоящих перед нами проблем.

Воспользоваться моментом

Полвека назад, когда президент Эйзенхауэр произносил свою речь в Организации Объединенных Наций, он не мог себе представить, насколько изменится наш мир. Но его видение мира в век ядерных возможностей и ядерных опасностей сегодня актуально как никогда. Сейчас, когда глобальная экономика потребляет органическое топливо в таких масштабах, которые Эйзенхауэр не мог предвидеть, мирное использование атомной энергии играет все возрастающую роль. В век, когда окружающая среда становится все более хрупкой, все более очевидны преимущества ядерной энергетики. В век, когда технологический прогресс, информационная революция и глобальные транспортные связи сделали возможность распространения ядерного оружия среди государств и негосударственных структур серьезнейшей проблемой, необходимость для США и России ответственно и решительно взять на себя лидирующую роль становится все очевиднее.

Нет на планете других таких стран, как США и Россия, которые в силу своей истории, своих возможностей и общих целей могли бы взяться за эту проблему. Иногда трудно сосредоточиться на одном этом вопросе среди всех разочарований по поводу наших сегодняшних отношений. Однако лидирующая роль США и России в решении ядерных проблем нашего времени может принести огромную пользу — будь то развитие международных топливных центров, или разработка новых ядерных технологий, защищенных от незаконного распространения, или дипломатическое решение по проблемам Северной Кореи и Ирана. Никакие другие вопросы не окажут на мировое сообщество такое же воздействие, как готовность США и России продемонстрировать свою лидирующую роль в решении ядерных проблем. Эта ответственность будет лежать на нас долгие годы — независимо от того, как много разногласий возникнет между нами по другим поводам и кто придет на смену президенту Бушу и президенту Путину.

Будем надеяться, что еще через полвека, когда историки будут изучать наше время так же, как мы сейчас изучаем призыв Эйзенхауэра использовать атом в мирных целях, они увидят, что мы решительно воспользовались моментом и сделали все, что смогли.