Голый нерв нереальности

Культура
Москва, 21.05.2007
«Эксперт» №19 (560)
Главное свойство современного российского кино — глобальная растерянность. Главный его герой — человек, который не понимает, на каком он свете

У кино, как и у всякого искусства, сложные отношения с эпохой. История формирует кинематограф; тот, в свою очередь, накладывает на реальность ощутимый отпечаток. Образы, вычерпанные из жизни, впрыскиваются в нее обратно — в виде концентрированного дистиллята. Если приглядеться, зачастую кино, само того не желая, обнажает суть эпохи.

Однако мало кто предпринимал попытки исследовать кинематограф — по крайней мере, отечественный — не просто как эстетическое или не просто как социальное явление; мало кто прослеживал внутренние смыслы кино в их историческом развитии. Одна из первых попыток такого рода — еще не завершенный телесериал «Антология российского кино» Марианны Киреевой и Евгения Марголита. Всего в нем должно быть двенадцать серий (не считая пролога и эпилога), охватывать он должен период с 1908-го до 1993 года, и целиком продемонстрируют его публике предположительно осенью 2008 года. Пока что авторы дошли только до девятой серии, которую вместе с восьмой покажут на ближайшем «Кинотавре»; однако уже сейчас можно сказать, что сериал этот — событие.

Это отнюдь не просто хронологический пересказ, каковых было уже немало. Фильмы какого-либо отдельно взятого исторического отрезка смешаны в единое целое, биографии режиссеров и операторов преимущественно остаются за кадром — зато общая картина оказывается удивительно стройной и внятной. Мы видим, как одни и те же сюжеты, не сговариваясь, пускали в ход самые разные режиссеры; как, например, в кино начала 50-х скрыто присутствует образ символического каменного цветка, который в заточении сооружает очередной Данила-мастер, как кино начала 60-х без конца использует мотив усыновления, погружаясь при этом в жизнерадостный инфантилизм.

«Антология» намеренно не затрагивает нынешний отечественный кинематограф. Это можно понять — время осмысления еще не пришло; с другой стороны, жаль, что не затрагивает — все-таки крайне любопытно было бы осознать, какие подводные смыслы в нем содержатся. «Эксперт» попробовал все же выяснить это в беседе с одним из авторов «Антологии» — известным киноведом Евгением Марголитом.

Тоска по целому

— Ваш сериал очень мало походит на обычную историю кино…

— Это попытка заняться типологией. Это история сюжетов, а еще точнее — метасюжетов советского кино. Основным сюжетом всего советского кино была утопия, построение идеального мира. И сам кинематограф буквально — именно буквально, подчеркиваю это, — воспринимался как чертеж, который надлежало воплотить в реальность. Только в этом — прежде всего в этом — люди, которые создавали кино, видели свою главную задачу, свою миссию. Конечно, не все были миссионерами — вряд ли можно говорить о миссионерстве Бориса Барнета, — но для Эйзенштейна, Довженко, Дзиги Вертова, Льва Кулешова кино было проектом, с помощью которого утопию можно будет осуществить в реальности. Правда, модель утопии постоянно менялась. Во времена, когда давление сверху слегка отпускало, как в середине пятидесятых, оказывалось, что эта модель включала в себя счастье троих —

У партнеров

    «Эксперт»
    №19 (560) 21 мая 2007
    Официальная дипломатия
    Содержание:
    Не по праву силы

    Результаты поездки президента Путина по странам Средней Азии свидетельствуют об успешном для нас старте нового раунда борьбы за транзит каспийских углеводородов. За лояльность России продавцы углеводородов выжмут из нее множество уступок

    Разное
    Обзор почты
    Реклама