Артподготовка в Газе

Илья Герман
26 января 2009, 00:00

Продолжением операции в секторе Газа может стать война с Ираном. Лишившись главных региональных союзников, Тегеран будет вынужден стать сговорчивее в отношениях с Западом или готовиться к войне

Между палестинцами и израильтянами произошел очередной крупный вооруженный конфликт. Военная операция Израиля в секторе Газа под кодовым названием «Литой свинец» продолжалась три недели (с 27 декабря по 18 января) и включала в себя не только авиаудары, но и масштабное наземное вторжение. Погибло свыше 1200 человек. Материальный ущерб, нанесенный палестинскому анклаву, оценивается в сотни миллионов долларов. Однако хамасовское правительство на прошлой неделе уже возобновило свою работу в Газе и объявило себя победителем. Критики упрекают израильскую армию в том, что она вновь не смогла одолеть куда более слабого в военном плане противника.

«Ненужной войной» назвал произошедшее на Ближнем Востоке бывший президент США Джимми Картер. Однако при более детальном рассмотрении действия израильских вооруженных сил не кажутся столь бессмысленными. У этой странной операции есть несколько далеко идущих последствий и выводов, касающихся не только непосредственных участников, но и региона в целом. Операция «Литой свинец» послужила катализатором целого ряда процессов, в результате которых Большой Ближний Восток может в значительной степени поменять свой политический облик.

Предвыборное кровопролитие

Начиная войну в Газе, Израиль прежде всего преследовал четкие внутриполитические цели. Можно сказать, что желаемого он достиг. Уже с первыми ударами по палестинцам многие наблюдатели заговорили о том, что «Литой свинец» — обязательная программа израильской предвыборной кампании. Операция должна была добавить весу правящей партии «Кадима» и ее соратникам из «Аводы» и нанести удар по растущей популярности бывшего премьер-министра Беньямина Нетаньяху (лидер партии «Ликуд»), который считался фаворитом намеченных на 10 февраля парламентских выборов. Главным политическим победителем военной операции израильская пресса уже назвала министра обороны, также бывшего премьера Эхуда Барака и его партию «Авода». До нынешнего вторжения на палестинские территории опросы общественного мнения свидетельствовали о том, что у этой политической силы нет шансов получить даже пять-семь мест в 120-местном кнессете, теперь же в проигрывающие попала «Кадима» и ее кандидат, министр иностранных дел Ципи Ливни. Как полагает ряд израильских аналитиков, возникла высокая вероятность того, что Нетаньяху все-таки возглавит кабинет, а в правящую коалицию пригласит «Аводу». «Кадима» же останется в меньшинстве, и ей придется на время уйти в тень.

Для Газы последствия войны прежде всего оказались связаны с политической судьбой «Хамаса». Итоги «Литого свинца» позволили группировке объявить себя победителем и обеспечили ей широкую поддержку в палестинском обществе. Хамасовцам удалось восстановить утраченные за время блокады Газы политические позиции. А вот имидж их главного конкурента — умеренного движения «Фатх», наоборот, сильно пострадал. Лидер этой организации, глава Палестинской национальной администрации Махмуд Аббас даже не попытался предотвратить или остановить военные действия.

Похоже, что пока основная часть мирового сообщества, включая арабские страны, налаживать отношения с «Хамасом» по-прежнему не готова, считая его террористическим движением. Но в перспективе им, вероятнее всего, придется это сделать. «После “Литого свинца” диалог с хамасовцами стал объективной необходимостью не только для администрации Аббаса, но и для арабского мира и международного сообщества», — считает обозреватель общеарабской газеты «Аль-Хайят» из Рамаллы Хани аль-Масри. В беседе с «Экспертом» он подчеркнул, что «Газу нужно срочно восстанавливать, а в обход хамасовцев это невозможно». В то же время у «Хамаса» появляется хороший шанс перейти из разряда террористической группировки в разряд легальной политической силы, как это произошло в Ливане с «Хезболлой» после того, как она выстояла под израильским ударом летом 2006 года. Вслед за глубоким политическим кризисом и при вмешательстве иностранных посредников «Хезболла» получила министерские посты и добилась права вето в правительстве. «В военном плане “Хамас” потерпел серьезное поражение, — говорит другой собеседник “Эксперта”, ведущий научный сотрудник израильского Института по борьбе с терроризмом в Междисциплинарном центре в Герцлии Эли Кармон. — У группировки уже не будет возможности вести вооруженную борьбу с “Фатхом”. В этом смысле хамасовцам придется искать другие способы сохранить свое влияние в автономии». Иначе говоря — политические инструменты.

Новые лидеры

Война в Газе в очередной раз продемонстрировала неспособность арабского мира выступать единым фронтом в решении общей проблемы. Традиционные лидеры, такие как Саудовская Аравия и Египет, как и прежде, не сумели сплотить вокруг своих мирных инициатив другие арабские страны. Новостью стало появление других активных игроков — Сирии и Катара.

В общей сложности арабы провели целых четыре саммита, посвященных войне в Газе. Но все в разном составе, что лишь подчеркнуло разобщенность арабского мира. Единую платформу по ближневосточному конфликту выработать, разумеется, не получилось. Последняя из встреч на высшем уровне состоялась в начале минувшей недели в Кувейте под эгидой ЛАГ при полном кворуме. Но договориться о совместных действиях так и не удалось. Итоговое заявление содержало лишь критику в адрес Израиля и несколько туманные обещания о финансовой помощи палестинцам. Сумму своей лепты назвала лишь Саудовская Аравия — 1 млрд долларов, при этом главный вопрос — кому предоставить эту помощь — остался нерешенным.

Сблизить основные противоборствующие лагери попытался король Саудовской Аравии Абдалла. В рамках кувейтского съезда он организовал званый обед, на котором за одним столом оказались лидеры Катара и Сирии — страны, чьи позиции сильнее всего расходятся с позициями Саудовской Аравии и союзных ей государств, Иордании и Египта. Но нужного эффекта этот дружественный шаг аравийского королевства не возымел.

Напомним, что Саудовская Аравия разорвала какие-либо прямые политические контакты с Сирией и вместе с Египтом открыто объявила бойкот самому первому саммиту по итогам «Литого свинца», созванному в Дохе. Этот шаг был продиктован лишь одним обстоятельством: в катарскую столицу была приглашена делегация руководства «Хамаса». Лидеру «Хамаса» впервые представилась возможность выступить перед главами сразу 13 арабских государств, среди которых, разумеется, присутствовал и сирийский президент Башар Асад.

Эр-Рияд созвал альтернативную встречу глав государств Персидского залива. Каир тоже провел «свой» саммит — в Шарм-аш-Шейхе. Однако оба мероприятия, в отличие от дохийского заседания, практически не получили резонанса.

Дуэт Сирия—Катар уже успел зарекомендовать себя как сила, способная урегулировать конфликты. Когда после израильской операции против «Хезболлы» в Ливане начался передел власти, поставивший страну на грань новой гражданской войны, выход из ситуации удалось найти как раз при активном участии Дамаска и Дохи. Согласие между противоборствующими ливанскими политическими силами было достигнуто именно на базе так называемых дохийских соглашений, после того как сирийское руководство оказало давление на «Хезболлу».

Все дело в Дамаске

Другой важной особенностью последней израильской войны стало фактическое выпадение из процесса урегулирования сил мирового сообщества. ООН в целом, Совет Безопасности в частности и ближневосточный квартет (Россия, США, Европейский союз и ООН) продемонстрировали свою неспособность и нежелание реально влиять на ситуацию. Экстренное заседание Генеральной Ассамблеи ООН можно было бы и не созывать, после того как Израиль оставил без внимания принятую накануне резолюцию Совбеза Объединенных Наций, недвусмысленно требующую немедленного прекращения огня (документ был утвержден с молчаливого согласия США).

О действиях ЕС и тем более ближневосточного квартета даже говорить не приходится. Впрочем, один из членов квартета хотя бы честно самоустранился от «миротворчества». Это сделала Россия. Москва вполне обоснованно посчитала, что достаточно ограничиться ознакомительным турне по Ближнему Востоку специального представителя президента РФ, заместителя главы МИДа Александра Салтанова и голосом в поддержку упомянутой резолюции СБ ООН.

В то же время на горизонте появилась пара новых игроков, активно пытающихся встроиться в региональные процессы. Ими оказались Франция и Турция. Оба государства, формируя свою политику, делают ставку на Сирию. Ранее Париж приложил немало усилий для того, чтобы Сирия повлияла на «Хезболлу», и организация пошла на определенные уступки, когда Ливан оказался в серьезном правительственном кризисе. В обмен на такое сотрудничество в прошлом году французский президент Николя Саркози пригласил своего сирийского коллегу в Париж на саммит средиземноморских государств и празднование Дня взятия Бастилии. Там же было достигнуто историческое соглашение о восстановлении дипломатических отношений между Сирией и Ливаном. Таким образом, усилиями Франции Дамаск официально вернулся на международную политическую арену после достаточно длительной изоляции со стороны ведущих западных государств.

Во время «Литого свинца» Франция снова использовала свой рычаг влияния. В рамках ближневосточного турне Саркози заехал и к Асаду. Французский президент напомнил коллеге, что Сирию ждут европейские инвестиции и мировое признание, если она не станет помогать «Хамасу» перевооружаться для продолжения борьбы с Израилем. А недавно французский МИД и вовсе намекнул, что не исключает открытого контакта уже непосредственно с хамасовцами.

Не менее бурную деятельность в регионе ведет Анкара. Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган тоже совершил большую поездку по региону, лоббируя идею размещения своих миротворцев в Газе. Напомним, что именно турки выступают и главными посредниками в непрямых мирных переговорах между сирийцами и израильтянами.

Действия Франции и Турции, впрочем, направлены значительно шире, чем просто на урегулирование арабо-израильского конфликта. Начиная с войны на юге Ливана в 2006 году они планомерно выманивают Сирию из «оси зла». Их цель — лишить Иран его ключевого регионального союзника и основного элемента, связывающего Тегеран с «Хамасом» и «Хезболлой» (иранцы давно спонсируют обе организации, чтобы использовать их в качестве основных рычагов влияния на Ближнем Востоке). Если Сирия окончательно решит предпочесть дружбу с Европой своему бывшему коллеге по оси зла — Ирану, то последнему в ближайшее время придется туго. В Иране уже с определенным напряжением следили за развитием событий в Газе, не делая при этом никаких заявлений. Тегеран понимает, что в создавшейся ситуации ему либо придется идти на контакт с обновленным Белым домом, либо надо будет готовиться к американскому военному удару.