Монополия, как ни складывай

Андрей Виньков
16 ноября 2009, 00:00

Evraz Group, в рамках антимонопольного регулирования в Европе потеряв южноафриканские ванадиевые активы, теперь покупает российский завод «Ванадий-Тула» и тем самым восстанавливает свою долю на мировом рынке ванадия — невзирая на требования еврокомиссаров

К концу года российская сталелитейная компания Evraz Group может приобрести крупнейшего отечественного переработчика ванадиевого сырья завод «Ванадий-Тула». Это почти монопольный производитель феррованадия (80% российского рынка) — весьма востребованной лигатуры в металлургии. Нелишне добавить, что в «Евраз» уже входят Нижнетагильский меткомбинат (НТМК) и Качканарский ГОК — два предприятия, которые служат источником сырья для «Ванадий-Тулы». Тем самым контроль над всем технологическим процессом руда—шлак—оксид ванадия—феррованадий (см. схему) теперь сосредоточится в одних руках.

Два года назад «Евраз» получил опцион на покупку 90% акций ОАО «Ванадий-Тула» у продавца, Сибирской горно-металлургической компании, за 108 млн долларов только при наличии разрешения со стороны регулирующих органов. Теперь такое разрешение получено. Федеральная антимонопольная служба России (ФАС), рассмотрев ходатайство НТМК о приобретении 90,84% голосующих акций ОАО «Ванадий-Тула», приняла решение его удовлетворить.

После завершения сделки у Evraz Group будет шанс вернуть упущенное лидерство во всех технологических переделах ванадиевой индустрии в мировой табели о рангах и, главное, углубить переработку имеющегося сырья.

Его в дверь, он в окно

Напомним, что в июле 2006 года «Евраз» купил южноафриканскую сталелитейную компанию Highveld Steel & Vanadium Corporation, а вместе с ней и крепкий ванадиевый бизнес мирового значения. С учетом собственных активов на Урале, а также приобретенной за пару месяцев до этого американской ванадиевой компании Stratcor «Евраз», по сути, заполучил доминирующие позиции в ряде технологических переделов мировой переработки ванадийсодержащего сырья. Но в феврале 2007 года Еврокомиссия, которая одобрила приобретение Evraz Group компании Highveld, обязала металлургов продать часть ванадиевых активов. Требование пришлось удовлетворить, поскольку Evraz Group, как известно, зарегистрирована в Люксембурге. Были проданы доля Highveld в месторождении ванадия и железной руды Mapoch в ЮАР, мощности по добыче, производству и химической обработке ванадиевых оксидов, а также завод по производству феррованадия. Кроме того, «Евраз» должен был продать принадлежащую Highveld 50-процентную долю в африкано-японском совместном предприятии SAJV, тоже производящем феррованадий. По мнению чиновников Еврокомиссии, продажа этих активов была необходима для сохранения эффективной конкуренции на ванадиевом рынке, иначе после покупки россияне могли бы значительно сокращать производство ванадиевого сырья и таким образом повышать общемировые цены на ванадий и сплавы на его основе.

Итак, Evraz Group уступила требованиям еврочиновников и продала ряд ванадиевых активов в Южной Африке. По словам вице-президента по управлению ванадиевыми активами Evraz Group Даниеля Харриса, «теперь Highveld Steel & Vanadium Corporation производит только ванадийсодержащие стальные шлаки, которые продаются другим производителям ванадиевых сплавов». В результате, по некоторым оценкам, российская компания лишилась примерно 10% мирового рынка феррованадия. «Доля “Евраза” на мировом рынке ванадия в 2008 году составила 39 процентов», — рассказывает начальник отдела анализа рынков компании Prime Mark Asset Management Ленар Хафизов.

И вот теперь, с покупкой комбината в Туле, «Евраз» нанес ответный удар. Ведь «Ванадий-Тула» — крупнейший производитель феррованадия в России, выпускает порядка 9 тыс. тонн металла в год, что составляет около 80% российского производства и порядка 5–10% мирового. После этой сделки доля «Евраза» в основных ванадиевых сегментах рынков не только не уменьшилась в сравнении с периодом до решения Еврокомиссии, но даже увеличилась (см. таблицу 1). При этом еврокомиссары воспрепятствовать сделке не смогут, ведь «Ванадий-Тула» пока вне действия Еврокомиссии — в 2009 году предприятие не заключило ни одного экспортного контракта.

На радость инвесторам

«У “Евраза” сейчас примерно 16 процентов мировых поставок ванадиевых сплавов и химикатов, — считает Даниель Харрис, — не включая ванадиевый стальной шлак. А если учитывать стальной шлак, то у нас примерно 30 процентов мировых поставок». Впрочем, аналитики полагают, что эти данные «Евраз» теперь специально занижает. «Доля “Евраза” на мировом рынке ванадия после консолидации завода “Ванадий-Тула” может превысить 50 процентов, — прикидывает Ленар Хафизов. Получается, что «Евраз», несмотря на требования евробюрократов, целенаправленно продолжает консолидировать мировой ванадиевый бизнес. И пока формально ничто ему не может воспрепятствовать.

При этом консолидация эта не есть простое сложение активов. Ванадиевый бизнес «Евраза» более конкурентоспособен по сравнению с мировыми аналогами. На заводах в ЮАР и в России ванадий извлекают по наиболее рентабельной схеме — в ходе доменного производства с последующей переработкой шлаков в пентаксид ванадия (так называемая пирометаллургическая схема производства) и феррованадий. Наряду с этим другие предприятия менее рентабельны, выпуская ванадий по более затратной гидрометаллургической схеме непосредственно из титаномагнетитовых концентратов, при которой получение пентаксида ванадия обходится в два раза дороже. «У “Евраза” большое количество ванадийсодержащего стального шлака, который является побочным продуктом сталелитейного производства, — говорит Даниель Харрис. — Компания заинтересована в том, чтобы этот ресурс приносил максимальную прибыль и был максимально использован в производстве конечной ванадиевой продукции. Рынок волатилен, но у “Евраза” есть низкозатратное производство побочного продукта. Компания располагает всеми ресурсами, чтобы стать лидером индустрии и способствовать стабилизации рынка».

Все это толкает «Евраз» на то, чтобы искать обходные пути для консолидации отрасли, в которой ей отказали чиновники в ЕС.

«Ванадий — это историческая позиция “Евраза”. Шлака он производил много, а перерабатывал мало. Еще некоторое время назад даже в самом “Евразе” признавались, что ванадий — непонятный для них бизнес, — вспоминает аналитик по металлургии инвестбанка Nomura Владимир Жуков, — но, купив завод в ЮАР, “Евраз”, видимо, почувствовал свое лидерство и стал за него бороться. Хотя в отличие от никеля и цинка ванадий менее понятен инвесторам. Но для “Евраза” ванадиевый сегмент — как хорошая глазурь на торте, который можно подавать инвесторам». Действительно, при своей незначительности в общей величине доходов «Евраза» (см. таблицу 2) ванадиевый бизнес добавляет определенную изюминку глобальному стальному бизнесу компании.

Неудивительно, что сразу после получения предписания от европейских чиновников «Евраз» прикупил еще одного производителя феррованадия — чешскую компанию Nikom. Это произошло в конце 2007 года. Этот завод эффектно привязывается к предприятию «Ванадий-Тула», так как может закупать у последнего оксиды ванадия для производства феррованадия.

Все эти действия также указывают на то, что «Евраз» рассчитывает получить больший доступ к конечным потребителям, что даст ему в конечном счете возможность навязывать им собственную ценовую политику. Теперь уже не кажется удивительным, что на рынке феррованадия оживление. Все лето цены на него уверенно росли (см. график). Спрос на ванадий коррелирует с объемами производства стали в мире — поэтому существенное падение производства стальной продукции в конце 2008 года и первой половине 2009-го привело к резкому сокращению спроса на ванадий, что, безусловно, вынудило производителей сокращать объемы производства. Однако низшая точка рынка уже пройдена, и сейчас намечается тенденция по его восстановлению.

Основной рост потребления ванадия приходится на сектор высокопрочных сталей, которые способны противостоять агрессивным средам и использование которых приобретает все более важное значение в строительной, автомобильной и нефтегазовой промышленности. «Вообще, рынок ванадия имеет хорошие перспективы, особенно в Азии, — считает Ленар Хафизов. — В некоторых сейсмически активных регионах Китая власти обязали строителей использовать высокопрочные марки стали. К тому же по мере ужесточения стандартов в автомобильной сфере и освоения более труднодоступных месторождений в нефтегазовой промышленности спрос на ванадий и содержащие его сплавы должен увеличиться». Даниель Харрис согласен: «Применение ванадия в перспективе будет расти более значительными темпами, чем производство стали в мире, по мере того как развивающиеся страны сосредоточат производство на микролегированных сталях».

Одна проблема. Росту цен на востребованный металл в любой момент могут снова воспрепятствовать чиновники тех или иных антимонопольных органов. «Евраз» должен будет это как-то учитывать в своей амбициозной стратегии подкармливания глазурью инвесторов.