Гости из будущего

Ольга Власова
15 октября 2012, 00:00

В мире по-прежнему есть люди, которым удается реализовывать свои самые смелые мечты и делать так, чтобы над их осуществлением работали лучшие компании мира

Фото: предоставлено компанией Solar Impulse
Бертран Пикар и Андре Боршберг готовы ежедневно работать над собой

Время от времени в новостях стали появляться сообщения о бестопливном самолете, который, питаясь энергией Солнца, совершает двадцатичасовые беспосадочные перелеты. Чтобы выяснить, кто и зачем построил это чудо высоких технологий, мы отправились в маленький городок Пайерн около Женевы, где базируется компания — создатель этого самолета. Оказалось, что дорогостоящая игрушка принадлежит вовсе не наследникам Рокфеллера или Ротшильда, а двум швейцарским энтузиастам, которые смогли создать такую бизнес-схему, при которой ведущие мировые компании конкурируют друг с другом за поставку материалов и прочих составляющих для этого проекта, причем совершенно бесплатно.

Психотерапевт с крыльями

Когда впервые смотришь на основателя швейцарской компании Solar Impulse Бертрана Пикара, он кажется еще одним инопланетянином из романа Стругацких «Отель “У погибшего альпиниста”». Пристальный взгляд слишком голубых, с сумасшедшинкой, глаз и улыбка совершенного харизматика.

И чем ближе его узнаешь, тем сильнее становится это ощущение. Кажется, что в Бертране уместились способности и качества сразу нескольких незаурядных людей. Вот он занял первое место, облетев вокруг Земли на воздушном шаре без единой посадки. Но это бывает, мы периодически слышим о таких чудаках-спортсменах в утренних новостях, допивая свой кофе с плюшками. «Рутина для человека значительно опаснее, чем приключение», — говорит Бертран, он вообще склонен говорить афоризмами. Но дальше интереснее. Бертран оказывается еще и врачом-психиатром и психотерапевтом, чья диссертация заслужила награду медицинского факультета Университета Лозанны. Научная степень в психиатрии для пилота-спортсмена выглядит уже довольно необычно. Но и это еще не все. Вслед за этим он увлекся гипнозом и изучал эту технику психотерапии в Европе и США. Обучение прошло столь успешно, что вскоре Бертран Пикар стал признанным экспертом в гипнотерапии и занялся преподаванием в Швейцарском медицинском обществе гипноза.

 expert_823_046-1.jpg Фото: предоставлено компанией Solar Impulse
Фото: предоставлено компанией Solar Impulse

Дальше биография Бертрана делает еще один зигзаг. В какой-то момент он подумал, что очень бы хотел создать такой самолет, который сможет летать и днем и ночью без традиционного топлива, используя только энергию Солнца, и летать на нем по миру, чтобы люди задирали головы и видели, что будущее возможно. «Мысль об этом самолете пришла мне в голову, когда я размышлял, как мог бы употребить свои способности и увлечения с пользой для других людей», — говорит он. Можно бесконечно проповедовать энергоэффективность, постоянно рассказывать на пресс-конференциях о том, что возможно жить в лучшем, более чистом мире, но это не производит впечатления. А вот взять и полететь на самолете, который переворачивает все понятия о привычном, которому не нужно углеводородное топливо, — это уже аргумент. Но Бертран не умел делать самолеты, не говоря уже о том, что для его замысла, требующего применения самых новых технологий, какими только обладает сегодня человечество, нужны были большие деньги, которых не было. Здесь история могла бы и закончиться, а Пикар стал бы еще одним чудаком-мечтателем, в старости рассказывающим своей жене и друзьям о волшебном самолете, построить который помешала суровая действительность. Но он поступил иначе. Первым делом он отправился в швейцарскую энергетическую компанию, базирующуюся в Женеве, чтобы выяснить, как много энергии нужно такому самолету, чтобы иметь возможность летать на большие расстояния. Потом он отправился в США, чтобы поговорить с учеными, которые занимались похожими исследованиями, и узнать, насколько осуществима его идея. Полученный ответ его скорее вдохновил: «Этого еще никто не делал, это трудно, но возможно». Тогда Бертран вернулся в Швейцарию и сделал презентацию в швейцарском технологическом институте. Там же он познакомился со своим нынешним партнером и CEO Solar Impulse Андре Боршбергом, инженером с двадцатилетним опытом военного летчика, обладающим при этом серьезным бизнес-образованием и прекрасными организаторскими способностями. Круг замкнулся, и двое энтузиастов посреди кукурузных полей, в маленьком швейцарском городке Пайерн, решили создать свою компанию.

Проза бизнеса

И здесь история входит в следующую захватывающую стадию. Для того чтобы построить самолет, друзьям надо было привлечь значительное количество первоклассных высокотехнологичных компаний (сегодня их в проекте 80). Но как это сделать, если нет денег? Постепенно, после первых трудных лет отчаянных попыток заинтересовать партнеров (я не спросила Бертрана, как психотерапевтический опыт помогал ему убеждать сомневающихся, но мне кажется, что его харизма сыграла не последнюю роль), бизнес-схема проекта стала выглядеть следующим образом: привлекается несколько крупных партнеров-спонсоров, которые выделяют деньги на проект либо занимаются исследованиями, необходимыми для создания самолета, или же поставляют необходимые материалы. Например, немецкая компания BayerMaterialScience, хорошо известная на мировом рынке, является так называемым спонсором по материалам и имеет исследовательскую группу из 30 человек. Задача в том, чтобы сделать эти материалы максимально легкими и одновременно прочными. Летающий сегодня самолет Solar Impulse имеет размах крыльев, как у аэробуса А340, а весит всего 1600 кг, то есть как семейный автомобиль. По словам главы BayerMaterialScience Патрика Томаса, вес кабины пилота в новом солнечном самолете, который сейчас строится, будет составлять всего 28 кг (в планах было 75–80 кг), но и на этом они останавливаться не собираются. «Замечательное правило участия в этом проекте состоит в том, чтобы сделать лучшие материалы, — говорит он. — Например, мы работаем над кабиной пилота уже два года, но если кто-то сделает материал лучше — возьмут его. И никакого компромисса. Компания не может, фигурально выражаясь, купить свое место в этом проекте. Это настоящее соревнование. Ну, правда, могу сказать, что сейчас мы выигрываем. Наши материалы используются более чем в 60 позициях. Прежде всего это покрытие крыльев и кабины и многое другое».

Бертран Пикар похож на еще одного инопланетянина из романа Стругацких «Отель “У погибшего альпиниста”» expert_823_048-1.jpg Фото: предоставлено компанией Solar Impulse
Бертран Пикар похож на еще одного инопланетянина из романа Стругацких «Отель “У погибшего альпиниста”»
Фото: предоставлено компанией Solar Impulse

То, что Bayer делает для этого проекта, — чрезвычайно дорогой эксклюзив, но это научные исследования, которые двигают вперед ее технологические возможности (все ноу-хау, полученные в процессе работы над проектом, остаются интеллектуальной собственностью компаний), поэтому она считает участие в этом проекте выгодным не только для своего имиджа. Похожую роль в проекте играет химический концерн Solvay, производящий пластики и полимеры. Можно сказать, что в рамках проекта происходит соревнование двух химических гигантов: кому удается сделать материал легче и прочнее, тот и выигрывает. Другой крупный спонсор проекта — часовая компания Omega, которая поставляет приборы для пилотов (среди крупных партнеров — Deutche Bank, Schindler, Altran, Dassault, Toyota). Было любопытно узнать, как участвует в проекте швейцарская косметическая фирма Clarins: как оказалось, она не только выступает в качестве спонсора, но и поставляет специальный крем для пилотов против сильного ультрафиолетового излучения, так как самолет поднимается на высоту до 9 км. Если же говорить не о гигантах, то участие в проекте маленьких компаний со всего мира может происходить по-разному. Некоторые поставляют нужные детали или оборудование бесплатно, некоторые со скидкой, а какие-то просто за деньги, но в результате Solar Impulse удается раздобыть для проекта все необходимое. При столь значительной доле безденежного обмена трудно оценить реальную стоимость и затраты проекта, но что касается «живых» денег, то за девять лет своего существования Solar Impulse пришлось потратить 100 млн швейцарских франков.

Йоги на кукурузнике

Мысль о том, какую роль техника гипноза, которой владеет Бертран Пикар, играет в его работе, не дает мне покоя. В его биографии есть слова о том, что он использовал эту технику для полета на воздушном шаре. И я все-таки спрашиваю его об этом. Он делает страшные глаза: «А разве вы не почувствовали его воздействия с тех пор, как мы начали разговаривать?» И потом смеется: «На самом деле, гипноз — это вовсе не обязательно то, как его понимает тривиальное сознание. Вы можете себе представить, что испытывает человек, который управляет самолетом двадцать часов подряд, как я это делал, или двадцать шесть часов, как мой коллега Андре? Это довольно тяжело. При этом ваше тело вам не нужно целиком все время, надо научиться выключать его и оставлять работающей только голову, но чтобы в любой момент тело могло подключиться. Еще надо как-то спать. А вы знаете, что у нашего организма периоды активности и спада чередуются каждые полчаса? И отдыхать надо именно во время спада. Или вот температура в кабине колеблется между минус 20 и плюс 35. Как с этим быть? То есть, конечно, на моем костюме есть куча молний, которые я расстегиваю или застегиваю в зависимости от температуры. Но самогипноз, или, можно сказать, медитация, помогают организму научиться эффективно использовать свои собственные энергетические ресурсы и управлять свои телом. Андре тоже медитирует и занимается йогой».

Летающий сегодня самолет Solar Impulse имеет размах крыльев как у аэробуса А340, а весит всего 1600 кг, то есть как семейный автомобиль expert_823_049.jpg Фото: предоставлено компанией Solar Impulse
Летающий сегодня самолет Solar Impulse имеет размах крыльев как у аэробуса А340, а весит всего 1600 кг, то есть как семейный автомобиль
Фото: предоставлено компанией Solar Impulse

Кажется, только теперь я начинаю представлять себе, на что на самом деле похож полет на чудо-самолете. Целые сутки ты сидишь, не имея возможности ни лечь, ни встать, при этом в твоей кабине то трескучий мороз, то пустыня Сахара, и ты должен быть йогом или практиковать самогипноз, чтобы выдержать это. При этом самолет твой летит в среднем со скоростью 70 км в час, медленнее, чем современная машина, а в темное время суток вынужден планировать с девяти до двух тысяч метров, чтобы тратить как можно меньше энергии. Мягко говоря, такой вид передвижения быстрым или комфортным не назовешь, и он бесконечно далек от идеи массового воспроизводства, так как сегодняшний самолетик не может нести даже второго пилота, чтобы дать поспать первому (Бертран говорит, что в следующей версии, которая уже строится, они сделают место для второго пилота). Трудно представить себе, чтобы современный обыватель был готов претерпеть хотя бы небольшую часть этих лишений, чтобы переместиться всего на пару тысяч километров. Но тут я подумала: а может быть, в этом все и дело? Бертран и Андре так похожи на людей будущего не только потому, что они смогли мотивировать тысячи людей и сделать что-то типа гигантского кукурузника, питающегося солнечным светом, но и во многом потому, что они с радостью готовы ежедневно «тащить себя за плечи, учить и мучить дотемна»? Может быть, мир никогда не станет лучше и чище, сколько бы высокотехнологичных изобретений ни внедрялось в нашу жизнь, до тех пор, пока человек в повседневной жизни не научится добровольно меньше есть и получать удовольствие от работы над собой?

Под конец Бертран поднимает брови домиком и говорит, что больше всего писем с просьбой об автографах он почему-то получает именно из России, и спрашивает, не знаю ли я почему. Я, наверное, знаю. Но как я могу в двух словах объяснить ему про Стругацких, про журнал «Наука и жизнь», про «загадочную землю хлеборобов, храбрецов и юродивых» и про все еще живущую в русском человеке ностальгию по светлому будущему?

Женева—Пайерн—Москва