В выигрыше от постоянно меняющихся условий работы и тотальной цифровизации окажется бизнес, которые освоит принцип «трех П»: продукт, производство, продажи. Большинство обладает одной-двумя из них, заявила «Эксперту» в интервью на ПМЭФ-2026 замминистра экономического развития Татьяна Илюшникова. Она рассказала, как бизнесу дается обеление экономики, когда будут готовы меры против потребительского экстремизма и об ИИ-ассистентах на службе правительства.
— Все сейчас говорят об искусственном интеллекте — от крупных корпораций до небольших магазинов. Если смотреть на малый бизнес с точки зрения Минэка, где ИИ уже перестал быть модным словом и реально помогает зарабатывать?
— Если в предыдущие пять лет задача состояла в том, чтобы сформировать сектор и нарастить количественные показатели — численность МСП и занятых, — то парадигма на предстоящую пятилетку в рамках новых национальных целей принципиально иная. МСП сейчас работает в условиях жесткой конкуренции за кадры, их дефицит с нами надолго.
МСП не может конкурировать с крупными корпорациями за кадры, при том что два года подряд идут налоговые изменения, сохраняется высокая ключевая ставка. Все это создает запрос на качественные изменения в секторе — не только в части видов деятельности, но и структуры, соотношения ИП и юрлиц. Малый бизнес должен работать над издержками и повышать производительность труда. Тот, кто этим не занимается, станет неконкурентоспособным. В этом контексте ИИ как инструмент повышения производительности и снижения издержек выходит на передний план.
Если говорить о цифровизации МСП, ключевой сюжет — это e-commerce. Около миллиона селлеров — это одна седьмая всех субъектов МСП. Торговля товарами, работами и услугами через крупнейшие платформы — это 5,5% ВВП, 12 трлн руб. оборота, 10 млрд руб. транзакций. Е-коммерция уже превышает вклад сельского хозяйства в ВВП. При этом ни один ИП, ни один малый предприниматель не может вести диалог с платформами на равных.
Минэк стал площадкой-посредником. Во время ковида мы встречались с бизнесом в ручном режиме, опросы в регионах занимали недели. Теперь у нас есть ИИ-консультант «Новаторикс» — единая точка входа для селлеров, где они получают ответы по работе на всех крупных платформах. Одновременно это аналитический инструмент для нас — по запросам предпринимателей мы сразу видим болевые точки: возврат товаров, потребительский экстремизм, разные условия торговли для иностранных и российских поставщиков. Острые вопросы мгновенно попадают в штаб под руководством министра. Предпринимателям — верифицированный источник информации, нам — качественная аналитика в реальном времени.
— Аналитика «Новаторикса» стала настольной книгой на совещаниях в Минэке?
— Так и есть. Сейчас обработано 300 тыс. запросов, около 15 тыс. подписчиков, 70% из них возвращаются повторно — инструмент востребован. Фокус-группа из 1,5 тыс. предпринимателей не даст той аналитики, что сотни тысяч живых обращений. И по качеству, и по скорости уровень принципиально разный.
— На что селлеры жалуются чаще всего, и какие проблемы самые острые?
— Это не всегда жалобы. Платформы постоянно меняют условия оферты, логистику, параметры акций, и «Новаторикс» помогает разобраться в этих изменениях. Из того, что видим в обратной связи с предпринимателями — разные условия торговли для российских и иностранных поставщиков, логистика, хранение, компенсация за утерю товаров, потребительский экстремизм. Последнее — не столько недоработка платформ, сколько законодательный пробел. В классической торговле и интернет-магазинах закон о защите прав потребителей четко прописывает правила. В e-commerce, где в схеме появляется пункт выдачи заказов (ПВЗ) как агент доставки, прямых ответов законодательство пока не содержит. Государству необходимо урегулировать правила игры — тогда все участники рынка будут их соблюдать.
Возникают также вопросы по штрафным санкциям и задержкам выплат. Около 60–70% из миллиона селлеров работают на нескольких платформах одновременно и физически не могут отслеживать все изменения — здесь «Новаторикс» выполняет еще и информационную функцию верифицированного источника.
— Как продвигается работа над проблемой потребительского экстремизма? ПВЗ, особенно небольшие, буквально атакуются недобросовестными покупателями и затрудняют работу пунктов выдачи. Министр не раз обращал внимание на то, что нужно бороться с этим.
— В штабе Минэка мы разбирали разные кейсы. Например, заказывают сотни единиц товара, выкупают одну. Покупают, пользуются, возвращают — хотя потребительские качества должны устраивать. В секторе детской одежды фиксировали подмену товара: просто перешивают бирку.
Российские производители и малый бизнес оказываются в неадекватных условиях [из-за потребительского экстремизма]. Мы изучали зарубежный опыт: защитные пломбы, которые запрещают возврат после вскрытия; сроки возврата после примерки в ПВЗ по аналогии с классическим ритейлом; рейтингование покупателей, злоупотребляющих своим правом — как звездочки в такси, только в обе стороны. Блок министерства, отвечающий за закон о платформенной экономике, готовит законодательные предложения.
— В какие сроки планируете уложиться?
— Вопрос острый. Осенью министерство выйдет с предложениями для обсуждения и нормативным актом.
— Маркетплейсы стали главным каналом продаж для МСП. Не создает ли это опасную зависимость? На рынке фактически сложилась олигополия, а бизнес не может влиять ни на политику платформ, ни на перебои в их работе.
— Закон о платформенной экономике и подзаконные акты — от правил заполнения карточек товаров до обязательной проверки авторских прав и сертификатов — должны установить правила игры для всех: покупатель, продавец, ПВЗ, платформа. Кстати, ПВЗ как полноценный участник рынка — уникальная российская модель, для мировых платформ агентская схема с пунктами выдачи не характерна. Именно поэтому Минэк выступает посредником: мы отвечаем и за закон о платформенной экономике, и за развитие МСП. «Новаторикс» помогает вести этот диалог и фиксировать неурегулированные вопросы.
Платформизация — это технология и наше будущее, с этим нужно учиться работать. Платформа — это возможность. Предпринимателю из небольшого города, чтобы выйти на новые рынки или экспортировать, пять-десять лет назад требовались колоссальные усилия и вложения. Сейчас это происходит буквально само собой: продавец порой не знает, что его товар уже купили в Китае или странах ЕАЭС. Пока рынок и правила игры только формируются, главное — поддерживать диалог со всеми участниками.
Платформизация касается не только маркетплейсов. ИИ уже встроен во многие банковские сервисы с целью анализа, скоринга, подбора продуктов [под запрос клиента]. Платформенная экономика — это наше будущее, бояться нечего, нужно выстраивать диалог.
— Распространено мнение, что меры поддержки существуют, но предприниматели либо о них не знают, либо не верят, что смогут воспользоваться — и в итоге ими пользуется ограниченный круг. Планирует ли Минэк расширять информационную работу?
— У нас 7 млн субъектов МСП и еще 15 млн самозанятых, которые по модели деятельности не всегда обладают чертами предпринимательства. Каждому хочется видеть для себя отдельную меру поддержки. Но задача государства сейчас — способствовать качественной трансформации секторов, повышению производительности, снижению издержек. Все базовые меры в новом цикле федерального проекта сохранены, но изменено целеполагание: ориентация прежде всего на реальный сектор, экономику предложения и креативные индустрии.
Инструменты выстроены под жизненный цикл бизнеса. Статистика показывает: главное — выжить в первые два года. Но в первый год после регистрации ни один банк почти не кредитует. Поэтому для начинающих предпринимателей доступны льготные микрозаймы, которые всегда ниже ключевой ставки, государственные гарантии, зонтичные поручительства «Корпорации МСП» и региональных гарантийных организаций. Для растущих компаний — заемные инструменты, льготное и инвестиционное кредитование.
С июля совместно с ЦБ запускаем инструмент оборотного кредитования на 150 млрд руб. — сейчас бизнесу нужны короткие деньги. Для более зрелых компаний есть субсидирование, инструменты выхода на рынок облигаций и акций, краудинвестинг, краудфандинг.
В 2020 году нацпроект по МСП занимал восьмое место по узнаваемости. За пять лет была проведена масштабная работа, мы выстроили сеть центров «Мой бизнес» — фронт-офисы, где можно получить консультацию лично. Работает платформа МСП.РФ с автоматизированной подачей заявок. На днях, в День предпринимателя провели большой онлайн-марафон для бизнеса. Как итог — миллион подключений по вопросам от выбора налогового режима до работы на маркетплейсах.
Информационная работа важна, и поле для нее неисчерпаемо, каждый год приходят новые предприниматели. Важно разговаривать с ними простым языком и рассказывать не только про нацпроект по МСП. По линии разных ведомств тоже есть меры: «Агростартап» от Минсельхоза, субсидирование научных разработок от Минпромторга. Важно рассказывать и об этом, и помогать заполнять заявки.
— В 2025 году в секторе МСП появилось 1,3 млн новых предпринимателей. Много ли ушло с рынка?
— В реестр субъектов МСП: включение происходит ежемесячно по мере регистрации, а исключение тех, кто перестает соответствовать критериям 209-ФЗ — раз в год в июле — августе. По абсолютным цифрам пока ничего критичного не происходит, цифры растут. Но важно посмотреть, что будет после очередной чистки реестра. Число ИП растет — отчасти это адаптация бизнеса под новые налоговые условия.
Многие предприниматели переходят на экспериментальный налоговый режим АвтоУСН, где сохранились пороги в 60 млн руб. Из позитивного: растет число предпринимателей в туризме, IT и высокотехе. Смотреть нужно не на абсолютные цифры, а на баланс входящих и выходящих, и он пока положительный.
— Тяжело ли бизнесу дается обеление экономики? Ужесточение требований к контрольно-кассовой технике, лицензии для импортеров, система подтверждения оплаты товаров (СПОТ) — это ведь вопрос в том числе справедливости: тот, кто работает прозрачно, вынужден конкурировать с теми, кто применяет схемы налоговой оптимизации.
— Именно так. Налоги — всегда эмоциональная тема. Любые изменения тревожат, и наша задача — помочь пройти трансформацию. В центрах «Мой бизнес» помогают подобрать и просчитать бизнес-модель при разных налоговых режимах, при необходимости — уточнить ОКВЭД. В ряде регионов есть программы компенсации расходов на бухгалтерию в первый год. Крупнейшие банки-партнеры тоже предоставляют своим клиентам бухгалтерские сервисы. Все это помогает смягчить переходный период.
— Что объединяет самые успешные малые компании последних лет? Есть ли общий рецепт адаптации к постоянно меняющимся условиям?
— Сила малого бизнеса — в скорости реакции. Когда ушли иностранные игроки, именно МСП первыми занял освободившиеся ниши — в легкой промышленности, производстве одежды, IT. Вспомните беспрецедентные льготы айтишникам по НДС, по страховым взносам, особый режим для резидентов «Сколкова». Менялась логистика, платежная инфраструктура, цепочки поставок — малый бизнес адаптировался первым. Каждый год открываются новые окна возможностей. Кто не успевает — становится неконкурентоспособным.
— Какие компетенции будут определять успех бизнеса на горизонте двух-пяти лет — с учетом цифровизации и всех происходящих изменений?
— Мир быстро меняется, гибкость принятия решений и умение критически оценивать источники информации становятся базовыми. Без желания и умения внедрять современные технологии бизнес просто не сможет развиваться. Наша задача — создавать готовые решения: ИИ-консультанты, зонтичные инструменты, которые снимают с предпринимателя необходимость самому разрабатывать и внедрять базовый ИИ.
Отдельная большая точка роста — интеллектуальная собственность и креативная экономика. Этот сектор растет в четыре раза быстрее традиционных отраслей: высокая добавленная стоимость, высокая маржинальность, возможность отстраиваться от конкурентов, закладывать в продукт культурный код и региональные особенности — зонтичные и региональные бренды. Большинство предпринимателей не рассматривают интеллектуальную собственность как экономический актив — обычно говорят о защите прав, а не о монетизации. Мы обсуждаем с Роспатентом создание специального ИИ-ассистента в этой области, потому что интеллектуальное право — специфическая и сложная отрасль.
Предприниматели, которые смогут закрыть все три компетенции по принципу «трех П» — продукт, производство, продажи, — окажутся в выигрыше. Сейчас большинство обладает одной, максимум двумя. Мы ставим себе цель создать национальный акселератор — «Креативный код России» — для предпринимателей производственного и креативного секторов: донастройка компетенций, упаковка продукта, работа с маркетплейсами и аналитикой. Чтобы предпринимательский цикл был замкнут и предприниматели могли наращивать продажи и маржинальность.
— Как вам кажется, предприниматель будет взрослеть с годами? Или, наоборот, молодеть?
— Это во многом зависит от демографии. По оценкам Минздрава, через пять лет каждый четвертый будет в возрасте 50–60 лет, через 10–15 лет — это уже треть населения. Серебряная экономика неизбежно будет расширяться: и с точки зрения потребления, и по-другому работающих предпринимателей этого возраста. С другой стороны, с четырнадцати лет ребята уже могут пробовать себя в предпринимательстве через самозанятость. Их стартапы высокотехнологичны, строятся на IT, а ИИ для них — просто часть повседневной жизни.
Молодые предприниматели приходят на рынок не с моделью «купил дешевле, продал дороже», как в 90-ых, а сразу с идеями, о которых так сразу и не подумаешь, что из этого можно сделать бизнес. Наша задача — с разными группами работать по-разному.
