НАО вышел в свет

Начинающаяся экспансия российских нефтяных компаний в Ненецкий автономный округ знаменует поворот в судьбе забытого Богом края

С расположенного на северо-востоке Архангельской области Ненецкого автономного округа (НАО), по сути, и начинается то, что мы привыкли называть Крайним Севером. Историческая ретроспектива на этих широтах останавливается где-то в районе исчезнувшей крепости Пустозерск (некогда административного центра Печорского края), прославившейся, увы, жестокой славою: именно здесь в 1682 году сожгли вождя российского старообрядчества протопопа Аввакума и его соратников...

Ненецкий национальный округ был образован в июле 1929 года. Хотя он постепенно заселялся прибывавшими с большой земли русскоязычными коммунистическими функционерами, начала выходить своя газета, сюда стали летать самолеты, но по своему социально-экономическому содержанию жизнь в Ненецком округе не претерпела сильных изменений с начала века. Вокруг разворачивалась индустриализация, в соседней Коми республике прокладывалась железная дорога, началась добыча угля, нефти, металлов. У тезки за Уральским хребтом - в Ямало-Ненецком округе - развернулась широкомасштабная добыча природного газа. А Ненецкий край как жил оленями и рыбой, так, по большому счету, и продолжал ими довольствоваться, меняя только формы организации этого хозяйства, да потихоньку приучая коренное население к оседлой жизни.

Лишь в начале 60-х годов здесь появились первые геологи и в конце десятилетия карта округа стала покрываться пятнами будущих месторождений. Но долгое время геологией все и ограничивалось. Хотя объем разведанных запасов нефти впечатлял (2,4 млрд тонн условного топлива), ее себестоимость, по расчетам, была гораздо выше той, что находилась в месторождениях южной, расположенной на территории Коми, части Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции (верхняя Печора, Ухта, Ярега), открытых еще в 30-х годах. Там и началась добыча. К тому же, именно в эти годы в Западной Сибири открылись огромные залежи дешевой нефти, куда и были брошены главные средства союзного бюджета до сих пор приносящие ощутимую отдачу. А Ненецкий округ продолжал прозябать - еще в 1985 году объем промышленной продукции здесь (в фактически действовавших ценах) не превышал 60 млн рублей.

В конце 80-х годов, более или менее освоив южную и среднюю часть Тимано-Печоры (в районе нынешнего Усинска), добывающие предприятия нацелились на самую богатую, северную, часть провинции, расположенную как раз в Ненецком округе. Но только приступили к освоению крупного Харьягинского месторождения, как экономика СССР вошла в "штопор" и возникли непреодолимые проблемы с деньгами на освоение несметных богатств края.

Отдельные компании, конечно, появлялись (например созданная в 1992 году российско-американская "Полярное сияние"). Однако они были небольшими (да и налогов из-за льгот платили мало), и процветания краю не принесли. Ненецкий округ опять оказался "в пролете". Под самым боком, у соседей, вовсю шла реальная промышленная добыча нефти, пришли первые крупные иностранные инвесторы, а Нарьян-Мар (столица НАО - "Красный город", в переводе с ненецкого) продолжал сидеть в непролазной нищете.

В этих условиях прежняя ненецкая администрация не нашла ничего лучшего, чем сдать в 1993 году большую часть открытых месторождений в концессию крупнейшим западным компаниям - американским Texaco, Exxon, Amoco, Conoco и норвежской Norsk Hydro. Выручив таким образом от богатств края первые деньги, региональные власти рассчитывали, что вскоре иностранцы развернут бурную деятельность и засыплют округ налоговыми нефтедолларами. Но фортуна упорно не желала улыбаться краю.

Высокая себестоимость ненецкой нефти и крайне неблагоприятная мировая конъюнктура не способствовали энтузиазму концессионеров. Впрочем, попытки реализовать концессии они все же предпринимали.

В апреле 1994 года концессионеры образовали консорциум Timan Pechora Company (TPC), который намеревался разрабатывать отданные ему месторождения на условиях СРП. Однако в силу разных причин из этого ничего не вышло.

Тем временем переход России на рыночную экономику постепенно начал приносить плоды и многострадальному Ненецкому автономному округу, получившему, к тому же, независимость - в Конституции 1993 года округ значился уже самостоятельным субъектом РФ. В середине 90-х годов промышленность здесь стала оживать, начал развиваться мелкий и средний частный бизнес. В какой-то момент "проснулись" и нефтяники - возобновилась разработка компанией "Коми ТЭК" Харьягинского месторождения. А когда компанию купил "ЛУКОЙЛ", ее обороты стали быстро расти. Появились другие нефтяные компании, бюджет НАО начал наполняться деньгами.

Фортуна, наконец, стала явно благоволить округу - за четыре года он из стопроцентного реципиента федерального бюджета превратился в его донора. И на округ обратила внимание российская элита - как во властных коридорах, так и в кругах большого бизнеса. Недавний скандал вокруг тендера на право разработки группы нефтяных месторождений НАО, объединенных в так называемый "Вал Гамбурцева", показал большую заинтересованность крупнейших нефтяных компаний России. Оно и понятно: НАО для них - непаханое поле. Из 80 нефтегазоносных участков работа ведется лишь на нескольких (остальные законсервированы). А при нынешних мировых ценах на нефть, которые вопреки прогнозам остаются на достаточно высоком уровне, большие прибыли можно получить и на разработке дорогой ненецкой нефти.

А в московских и архангельских властных кулуарах вдруг начала витать идея о присоединении Ненецкого округа к Архангельской области - благо последние административные реформы федерального центра вроде бы намекают именно на такую тенденцию.

Заместитель главы администрации Ненецкого автономного округа Анатолий Макушев (обычно исполняющий обязанности главы НАО во время отсутствия Владимира Бутова) относится к таким разговорам с философским спокойствием:

- Да, нас уже начинают спрашивать и за границей: какой вы видите свою перспективу на фоне создания федеральных округов и какие у вас отношения с Архангельской областью? Сегодня в модели федеральных округов центр, по сути, утвердил то, что начало складываться стихийно в начале 90-х годов как попытка "снизу" сохранить разрывавшиеся тогда связи хотя бы между соседними регионами путем создания межрегиональных экономических ассоциаций. Но говорить о полном административном вхождении Ненецкого округа в состав Архангельской области сегодня по меньшей мере странно.

За округом закреплен статус субъекта Федерации, что вынуждает, в случае изменения статуса, вносить соответствующие изменения и в Конституцию. Откроем глаза на подлинную причину разгоревшегося желания: Ненецкий округ с 2001 года вошел в тройку российских автономных округов - реципиентов федерального бюджета. В то время как область - с ее Северодвинском и Плесецком - безнадежно погрязла в дотациях и энергетическом кризисе.

А перспективы округа могут быть охарактеризованы всего несколькими цифрами. Здесь проживает 0,03 процента населения России - а в земле лежит одна тысяча бюджетов Российской Федерации за 2000 год. Год, хочу заметить, для страны не самый худший. За предстоящие 10 лет объем добычи нефти должен существенно вырасти - с 4,5 миллионов тонн до 18-20 миллионов. Вот в этих цифрах и кроются узлы противоречий - и с центром, и между регионами, и с некоторыми из российских вертикально-интегрированных нефтяных компаний.

- Анатолий Афанасьевич, конфликт с "ЛУКОЙЛом", а особенно итоги последнего конкурса на право разработки месторождений Вала Гамбурцева, укрепляют нефтяные компании (не только "ЛУКОЙЛ") в убеждении, что вы ни в какую не хотите отдавать им богатые сырьем участки.

- Неоднократно повторял: администрация округа никогда не выступала против прихода на его территорию нефтяных компаний, тем более не делила их по масштабам! Но повторю и другую свою позицию: в округе не будет работать только одна нефтяная компания, какой бы крупной она ни была. Монопольного владения лицензиями мы не допустим - в этом, по-моему, заключается прямой интерес государства, на страже которого мы призваны стоять.

Да, именно "ЛУКОЙЛ" пока контролирует основные бюджетонаполняющие предприятия округа. Теперь посмотрим, как он, с позволения сказать, наполняет. В отдельные месяцы прошлого года цена продажи нефти только на внутреннем рынке достигала 3,5 тысяч рублей за тонну. В это же время добычные предприятия "КомиТЭК" реализуют головной компании нефть по 1700, а то и по 1250 рублей за тонну. Ребята, вы нас здесь за кого держите? В результате за 2000 год мы недополучаем 130 миллионов рублей по роялти - налогу на пользование недрами и еще 95 миллионов - по налогу на воспроизводство минерально-сырьевой базы. Или - для наглядности - 10 стоквартирных домов. Если так продолжать добывать дальше - никаких недр не хватит.

Вот еще один вопиющий пример - как, не стесняясь, игнорируют уже и распоряжения высших лиц федерального центра. В округе работает совместная российско-американская компания "Полярное сияние". Прекрасно работает. И налоги вроде платит. Только платит их по неслыханно льготным для подобных предприятий условиям. В июле 1992 года специальным распоряжением тогдашнего вице-премьера Гайдара для "Полярного сияния" устанавливается ставка роялти в пять процентов, да еще, кстати, оно освобождается от экспортных пошлин на период окупаемости. Затем выходит закон о недрах, где шкала роялти - 6-16 процентов. Ну ладно, закон обратной силы, допустим, не имеет. Но специалисты нашего комитета по использованию природных ресурсов, внимательно все обсчитав, пришли к выводу, что рентабельность "Полярного сияния" нисколько не пострадает при 10-11 процентах роялти. Мы смогли в этом убедить и правительство, и 9 сентября 1999 года его председатель Владимир Путин отменил распоряжение Гайдара. Вы думаете, с тех пор нам от "Полярного сияния" поступила хоть одна недоначисленная копейка? Наоборот, они нас называют "самодурами", вынуждают обращаться в арбитражный суд - ну что ж, будем судиться...

Так вот - не таких же ли льготных условий ждет для себя и "ЛУКОЙЛ", у которого, вообще говоря, уже 21 лицензия для работы в округе имеется? Работайте на здоровье! Нет, они их консервируют, все чего-то ждут, да еще подают заявки на новые конкурсы. Ну, в какой-то мере их понять можно: больше лицензий - больше запасов - дороже акции где-нибудь на Нью-Йоркской бирже. Но при этом страна стабильно недополучает около миллиарда долларов.

И при этом, обратите внимание, - недвусмысленные претензии на захват уже и политической власти в округе. "ЛУКОЙЛ" создает здесь совершенно непонятные структуры, служащие кошельком для выборных кампаний (в 2000 году "Архангельскгеолдобыча" и ее дочерние предприятия учредили Союз геологов и нефтяников Севера. - В. Ч.), выдвигает своих кандидатов (таковым на выборах депутата Государственной Думы 19 декабря 1999 года считался победивший в округе вице-спикер Артур Чилингаров, а на выборах главы администрации НАО 14 января 2001 года - проигравший заместитель генерального директора "Полярного сияния" Александр Шмаков. - В. Ч.). Это что, дело нефтяной компании - лезть в политику?

- Однако на сей счет существуют наглядные примеры именно автономных округов - Чукотского, Таймырского, а сейчас - и Эвенкийского.

- Так вот мы - не Чукотка, не Таймыр и не Эвенкия! Да, примеры существуют, но никто мне не докажет, что это примеры, достойные подражания. А что касается размеров тех или иных компаний - как вам, например, "Славнефть", с которой мы недавно заключили соглашение о сотрудничестве? Маленькая компания?

- Согласитесь, когда сравнительно небольшая "Северная нефть" предлагает на конкурсе по Валу Гамбурцева бонус в 7 миллионов долларов и побеждает, в то время как ее конкуренты - тот же "ЛУКОЙЛ", "ЮКОС", "Сургутнефтегаз", "Роснефть" и другие предлагали на порядок больше, то хочешь - не хочешь, заподозришь неладное.

- Есть инвестиции - и инвестиции. Можно перечислить за раз 140 миллионов долларов, застолбить месторождение - и лежи оно до лучших времен! А можно заплатить семь - зато ввести его через год, и оно начнет потихоньку отдавать те же 140 миллионов округу в виде налогов. То есть мы выбираем стабильную перспективу!

- На территории округа расположены две крупные зоны, уже как бы связанные контрактными обязательствами, - "Северные территории" и "Тиман Печора Компани". Какими вам видятся перспективы этих проектов?

- Оба участка - остаток той "нарезки", которая была сделана при предшествующей администрации в 1993 году. Округ был поделен между 11 зарубежными компаниями, включая пять американских. Можете себе представить, если бы все они сюда зашли - учитывая наш тогдашний менталитет? Взять ту же TPC. 64 процента акций консорциума - у американцев, еще 16 процентов - у норвежцев. Шесть лет консорциум бьется за то, чтобы заключить соглашение о разделе продукции (СРП) со всех месторождений блока - хотя наши специалисты с цифрами в руках доказывают, что по крайней мере несколько из них можно осваивать и при действующих налогах. TPC становится притчей во языцех всех комиссий "Гор - Черномырдин". Наконец, когда очередь в этой комиссии доходит до Примакова, в марте 1999 года он летит в Вашингтон подписывать меморандум по TPC... и тут - не было бы счастья, да несчастье помогло - НАТО начинает бомбить Югославию. Самолет, как все знают, разворачивается, меморандум остается неподписанным, все замораживается.

А теперь глянем, что могло бы быть, если бы не Югославия. Соглашение свидетельствует, что территория TPC была бы отдана на 50 лет в безраздельное пользование консорциуму - и не только с добываемой здесь и не облагаемой налогами нефтью, но и со всей инфраструктурой.Поэтому нас очень тревожит, что "ЛУКОЙЛ" в последнее время пытается реанимировать идею TPC в ее прежнем виде.

- А в каком виде она представляется вам?

- В виде выставления месторождений на конкурсы и аукционы.

- Каждого?

- Каждого. Ну, в крайнем случае - блоками. Еще раз повторяю: кончилось то время, когда мы все почему-то ждали от западных компаний золотого дождя инвестиций на условиях раздела продукции. Ситуация очистилась, хорошие деньги появились и у наших компаний, причем не только крупных, но и средних и мелких. Конкурс по Валу Гамбурцева это наглядно показал.

- А "Северные территории"?

- Здесь сложнее, поскольку протокол о намерениях уже подписан. Но что-то работа в правительственной комиссии по этому СРП, я смотрю, идет ни шатко ни валко.

- А вам не кажется, что если, следуя вашей логике, все раздать многим, то они начнут каждый "дудеть в свою дуду", мешать друг другу, каждый тянуться со своими межпромысловыми трубопроводами к магистралям "Транснефти"?

- Какая разница, будут ли тянуть межпромысловые трубы разные компании или то же самое придется делать одной?

- Государство, кажется, уже определилось с магистральным направлением транспор-тировки нефти?

- Вы имеете в виду БТС (Балтийская трубопроводная система. - В. Ч.)? Это хороший проект, но внимательно изучается отнюдь не он один. Есть, как известно, Варандейский терминал того же "ЛУКОЙЛа". В самой "Транснефти" поговаривают о том, что логично не ограничиваться Харьягой как начальной точкой БТС, а протянуть магистральную трубу, может быть, и к примыкающим к Харьягинскому месторождениям. Наконец, в наследство от тех 11 компаний нам достались и так называемые "Северные ворота", одним из вариантов которых был терминал в порту Индига - с соответствующей прокладкой к нему магистральной трубы. А это, между прочим, уже совсем рядом с Мезенской синеклизой, где, как известно, начались крупные геологические изыскания на нефть и достоверно известно о наличии алмазов и медно-никелевых руд. Это тоже по-своему интересный проект: Индига позволяет принимать танкеры-стотысячники, и в этом районе мог бы получиться очень мощный толчок развитию всей инфраструктуры.

То есть с транспортировкой еще предстоит определяться, и от этого будет, по большому счету, зависеть дальнейшее развитие добычи углеводородного сырья в округе.

- Вы не боитесь, что при бурном ее развитии добывающая промышленность неизбежно вступит в противоречие с традиционными ландшафтами и тем самым начнет тормозить развитие оленеводства?

- Всякий проект проходит экологическую экспертизу, поступает на утверждение в ассоциацию ненецкого народа "Ясавэй", а затем еще и в коллективные долевые хозяйства. Землеотвод ни под какой, даже самый маленький, межпромысловый нефтепровод не утверждается, если в нем не будут оговорены специальные переходы для оленей. Потому что наше оленеводство действительно отличается от, например, скандинавского. Там оно коралевое - разбитое на участки, где олени пасутся, их подкармливают, подвозя корм по проложенным автомобильным дорогам. Наше оленеводство - кочевое: зимой олени идут на юг, летом - к морю, подальше от гнуса. И эти маршруты далеко не всегда совпадают, да и тундра сможет выкормить лишь тем, что в ней выросло. Поэтому стратегическая задача наша такова: за счет поступлений от ТЭКа бюджет субсидирует комплексное развитие сельского хозяйства, и в первую очередь - оленеводства.

- И такая программа у вас уже имеется?

- Такая программа разрабатывается - вкупе со специальным законом об оленеводстве. Тут предстоит еще многое считать. Надо исходить из того, что реальные деньги в бюджет пошли только в конце 1999 года - хотя даже в самые тяжелые годы мы всегда выделяли дотации оленеводам. Дотируется практически каждый килограмм - в отдельные годы до 80% стоимости (это относится, кстати, и к рыбе). Но, разумеется, нам надо внедрять более глубокую переработку всей оленеводческой продукции - и мяса, и шкур, и пантов. Все это пользуется устойчивым спросом за рубежом, и он, пожалуй, еще и вырастет в связи с нынешней европейской мясной истерией. Думаю, нам понадобится 4-5 лет для изменения ситуации к лучшему.

Но здесь нужна постепенность. Можно построить современный перерабатывающий комбинат - и загрузить его от силы на треть. Попробуйте с ходу преодолеть сложившуюся у оленеводов за десятилетия психологию! Геологи у них всю жизнь покупали оленину за ящик водки. А сейчас это приобретает уже широкий предпринимательский размах: дельцы из Воркуты встречают стада прямо в тундре...

- Ненецкий округ - единственный из регионов Северо-Запада, не имеющий ни внешних, ни внутренних долгов. У вас совсем нет потребностей в заимствованиях?

- Нет. В 2000 году мы ежеквартально корректировали бюджет в сторону его доходов. В этом году - да, бюджет сверстан с дефицитом в 14,7%. Мы заложили большие средства на строительство жилья. И на помощь центра теперь уже рассчитывать не приходится. Но мы уверены, что деньги будут. Ненецкий округ - это база для очень больших инвестиций. И я имею в виду даже не нефть с газом. Если вкладывать средства в инфраструктуру, в обслуживание того, что уже работает, в транспорт, в связь, в энергетику - доходы будут.

Санкт-Петербург - Нарьян-Мар