Там такое началось

Принцип «платит звонящий», по замыслу инициаторов призванный стимулировать рост рынка мобильной связи, может откинуть его развитие на несколько лет назад

С1 июля получила юридическую силу новая редакция закона «О связи». Поправки вводят понятие весьма распространенного в Европе и мире принципа «платит звонящий» (Calling Party Pays — CPP), который в теории предполагает бесплатные входящие звонки на любой телефон. Теория и практика — часто вещи не до конца совместимые, а в России все уже давно привыкли принимать эту несовместимость за правило.

Максимальная стоимость исходящего звонка со стационарного на мобильный телефон в регионах Сибири составит 1,5 рубля за минуту. Такое решение после полугодовых раздумий приняла Федеральная служба по тарифам. Но это поистине знаковое для коммуникационной отрасли событие стало поводом для обострения гораздо более серьезного, постепенно нарождающегося, но до недавнего времени менее публичного конфликта.

О терпении

С начала года мобильные операторы пытались найти компромисс с властями. Игроки из большой тройки, преимущественно старшие братья МТС и «Билайн», зная, что 1 июля наступит неизбежно, и понимая, что с наступлением этой даты доля их дохода перейдет в чужие руки, пытались сделать так, чтобы эта часть была как можно меньше. Почему перейдет, понятно: за звонок со стационарного на мобильный прежде платили абоненты сотовой сети. Платили, естественно, своему провайдеру, а фиксированный оператор не получал ничего. Теперь же за такой вызов должен платить звонящий с городского. Соответственно, и деньги эти пойдут в карман оператору городской фиксированной сети. Не все, конечно. «Из общей суммы тарифа с учетом отчислений сотовой компании, присоединенному стационарному оператору и налога на добавленную стоимость нам достанется от 0,18 до 0,32 рубля за минуту соединения», — говорит заместитель генерального директора — директор по развитию бизнеса ОАО «Сибирьтелеком» Дмитрий Левин.

НДС — 23 копейки, 12–14 копеек — присоединенному агенту, и 95 копеек составит выплата сотовым операторам. Вокруг последнего пункта и развернулись главные споры. Причем еще за долго до того, как ставки были официально озвучены. «Мобильные» предполагали, что правительство заинтересовано в установлении как можно меньшего межоператорского тарифа, и потому пытались найти компромисс. «Принимая во внимание социальную значимость данной инициативы, «ВымпелКом» предлагал первоначально остановиться на ставке размером 1,12 рубля, хотя даже эта сумма полностью не покрывает расходов на установление соединения. В идеале мы бы хотели получать с каждой минуты 1,35 рубля, так как именно такая плата за завершение вызова позволила бы избежать существенных изменений в тарифной политике компании», — рассказывает директор Новосибирского филиала ОАО «ВымпелКом» Александр Сергеев.

Чиновники, в свою очередь, сомневались в том, что представители большой тройки предоставляют реальные данные о себестоимости оплаты вызова. «Не надо забывать, что на рынке связи помимо трех лидирующих компаний присутствуют десятки других, в том числе входящих в реестр существенных операторов. По оценкам этой группы, цена за услугу завершения вызова колеблется в диапазоне от 30 до 75 копеек. Мы провели оценку возможного влияния установленных ставок на конечные тарифы для абонентов и пришли к выводу, что данный уровень обеспечит экономически эффективную работу операторов связи и сохранение тарифной нагрузки пользователей», — объясняет заместитель руководителя Федеральной службы по тарифам Виталий Евдокименко.

На эти высказывания следует взглянуть внимательнее. Подобные реплики в последние дни звучали из уст едва ли не каждого «замешанного» представителя государства и топ-менеджера сотового оператора всякого уровня. «Сотовики» пытаются намекнуть: дескать, мало дали, и ежели не дадите больше — повысим тарифы. И это вполне естественно: терять несколько сотен миллионов долларов просто так не хочется никому, да и понимание того, что тарифы теперь определяют не они, коробит их сознание.

В общем-то, скрытая компенсация ненаступивших потерь началась еще до оглашения ставок. Самое явное скрытое, замеченное каждым обывателем, — переход на рублевые тарифы. Внутренний курс 28,7 рубля — неоправданно высокий, хотя и вполне реальный. Он взят за период с 31 октября 2005-го по 31 апреля этого года плюс 1%. Якобы средний за шесть месяцев, прошедших с момента принятия решения о переходе на рубли. За то, что не посчитали весь прошлый год (тогда бы курс был близок к 30), абоненты, скажите спасибо. Благодаря этой надбавке стоимость звонков в среднем возросла на 6%. Уже возросла.

Есть и другие признаки, например, в некоторых тарифах новой линейки от «Билайн» и МТС уже присутствует плата за соединение: списывается со счета абонента по факту соединения при исходящем вызове. Или поминутная тарификация (вместо прежней посекундной), которая увеличивает затраты абонентов на звонки в среднем на 15%. Есть и другие тонкие моменты, которые в целом можно окрестить игрой тарифами.

Тарифы возрастут, хоитм мы этого или нет. Но с другой стороны нам, абонентам, грех жаловаться

Но все эти факторы больше говорят о желании перестраховаться и максимально смягчить падение. Серьезно задирать цены операторы вряд ли станут. Ценообразование диктует рынок, а он сейчас говорит: «Ребята, хватит вагонами продавать симки, процент проникновения уже и так близок к сотне. А в некоторых городах, хотя бы в том же Новосибирске, число SIM-карт еще в прошлом году превысило численность населения города. Необходимо повышать ARPU (Average Revenue Per User — показатель средней ежемесячной выручки от продажи услуг в расчете на одного абонента), удерживать абонентов и сохранять сформированные базы клиентов». А в таком случае, извините, повысить цены — значит подорвать лояльность «преданного» клиента и потерять значительную часть шатающихся из стороны в сторону, то есть опять же лишиться части дохода. Конечно, «три богатыря» могут договориться и взвинтить тарифы сообща, так что бедному клиенту попросту некуда будет деваться. Но антимонопольный?! Его кулак в последнее время очень силен.

Позиция чиновников еще более интересна. С одной стороны, лоббистские возможности сотового бизнеса достаточно велики, и слишком открыто обижать его со стороны властей было бы невежливо. Вот и перевели стрелки на мелких региональных операторов, да до последнего дня сомневались в своем 95-копеечном решении, объясняя застой детальной разработкой методики расчета и глубочайшим анализом рыночной ситуации.

С другой стороны, вся затея с CPP наводит подозрительный ум на уже не свежие мысли об усилении позиций на рынке связи известного государственного холдинга. Прежде небольшие операторы, часть которых принадлежит «Связьинвесту» (в СФО — ЗАО «Енисейтелеком», ОАО «Алтайсвязь», ЗАО «Байкалвестком», ЗАО «СТЕК Джи Эс Эм») жили и выживали за счет демпинга, выбрасывая на рынок очень дешевые тарифы, тарифы безлимитные. Делать это им позволяла крайне низкая цена на межоператорское соединение. Теперь халява закончилась, и те самые 1,12 рубля, которые предлагают крупные операторы, могут оказать существенное влияние на тарифную политику мелких. Не дает в обиду своих дочек госхолдинг.

Какие нужны условия?

С тем, что CPP положительно влияет на развитие мобильной связи, спорить сложно. Во многих странах — Украине, Аргентине, Мексике, Чехии — эта инициатива дала значительный рост трафика (абоненты теряют чувствительность к продолжительности входящих звонков и одновременно тратят больше на исходящую связь) и кратное увеличение абонентской базы. Но то были страны, в которых уровень проникновения не превышал тогда 10%.

В нашем случае формальный повод в виде социальной несправедливости и попраний общечеловеческих ценностей (дескать, неправильно, когда ты платишь за то, что звонят тебе) не тянет на катализатор перетряски такого крупного сектора экономики. Внедрению должна способствовать рыночная ситуация. А в России, в отличие от других стран, уже переживших CPP, она, мягко говоря, немного иная. Примеров, где охват на момент перехода составляет почти 100%, да еще и местный трафик в проводных сетях не тарифицируется, история связи не знала. Ну вот теперь узнала, и ей, судя по всему, не очень понравилось.

А что собственно было делать? Как ни крути, CPP быть должно, что называется по-любому. В свое время операторы увлеклись охотой на абонента, а ведь именно они должны были в нужный момент инициировать Calling Party Pays. Не случилось, другие ориентиры тогда были. Теперь приходится терять то, что изначально принадлежит другим. А уже к чужому привыкли и жалко.

«Установленная Федеральной службой по тарифам цена на услугу завершения вызова на сети мобильной связи в размере 0,95 рубля нас не совсем устраивает. Мы будем вынуждены пересмотреть наши существующие тарифы. Это постепенный процесс, и решение будет приниматься с учетом анализа структуры каждого тарифа, региональной специфики и общей ситуации на рынке. Учитывая низкий уровень новых тарифных ставок межоператорских расчетов, возможно повышение тарифов на сотовую связь в общем на рынке на 10–12%», — заявляет пресс-секретарь ОАО «Мобильные ТелеСистемы» Кирилл Алявдин.

«Мы будем продолжать обосновывать в российских регулирующих инстанциях необходимость введения разумной доли за завершение вызова на сети мобильных операторов», — говорит исполнительный вице-президент, генеральный директор ОАО «ВымпелКом», Регионы Николай Прянишников.

Сделанные заявления следует рассматривать как явное несогласие с принятым ФСТ решением и, если хотите, серьезную и прямую угрозу властям. Но, объявляя войну и подставляя под пули интересы клиентов, операторы стараются сохранить безупречную репутацию в глазах своего основного и единственного источника дохода. «Абоненты не пострадают, их расходы останутся на прежнем уровне, ведь входящие-то станут теперь бесплатными», — заботятся о своих клиентах владельцы сотовых компаний.

Если будет война

По самым пессимистичным прогнозам, одномоментный рост тарифов на 30–40% способен изменить структуру рынка до неузнаваемости. Прежде всего произойдет значительный перекос в сторону звонков с фиксированного номера на мобильный. Большая часть абонентов вообще перестанет пользоваться услугами подвижной связи или будет использовать мобильник только в исключительных случаях. Значительная доля исходящих соединений, осуществляемых в настоящий момент с мобильных, переместится в проводные сети, поскольку звонок с проводного на мобильный существенно дешевле, чем звонок с мобильного на стационарный телефон. Широкое распространение получит call-back (обратный звонок). Особенно в рамках малых групп, таких как семья или коллектив малого предприятия. Инициировать его весьма просто: при помощи SMS-сообщений или короткого нетарифицируемого звонка.

В это же время при резком увеличении общего объема трафика и возросшей нагрузке на сеть значение выручки останется неизменным. То есть ухудшится маржа мобильных операторов, которые в такой ситуации начнут искусственно ограничивать входящий стационарный трафик, что породит новый виток конфронтации между сотовым бизнесом и властью. В результате рынок услуг подвижной связи станет похожим на свой прообраз пяти–шестилетней давности.

Куда дальше?

Безусловно, тарифы мобильными операторами пересмотрены будут, это бы произошло в любом случае после принятия поправок в закон «О связи». В соответствии с новыми тарифами изменится и структура мобильного трафика. Наверняка уже в ближайшие дни произойдет незначительное увеличение тарифов (на 3–8%), что вызовет небольшие изменения в структуре существующего трафика между проводными и мобильными сетями.

В создании сложившейся ситуации можно обвинять власть и бизнес. В какой-то степени виноваты и те, и другие, но искать грешного уже поздно. Тарифы возрастут, хотим мы этого или нет. Но с другой стороны, нам, абонентам, грех жаловаться. Не надо забывать, что российские показатели ARPU и тарифные ставки на мобильную связь — одни из самых низких в мире. Когда-то они должны были подскочить.

Тем временем с 1 июля все входящие станут бесплатными, правда, с некоторыми оговорками. Например, абонент, находящийся в роуминге, будет оплачивать не сам входящий звонок, а роуминговое соединение. Или другой пример — городской мобильный номер. Всем абонентам с прямыми мобильными номерами присвоят или уже присвоены федеральные номера. У них есть возможность получать все входящие вызовы на прямой, но посредством переадресации звонка. А за это придется заплатить.

Разумеется, «мобильные» телефонисты продолжат отстаивать свои интересы. Вероятнее всего, власть прогнется под их общим прессом. Но так или иначе полную картину структуры трафика и перераспределения доходов мы сможем получить только через два–три месяца работы в новых условиях. К тому же многое зависит от самих абонентов, которые тоже должны перестроиться на новый лад.