Фейсбук не рубит в демократии

События в арабском мире, незамедлительно воспринятые «прогрессивной общественностью» как свидетельство «демократизации» в странах, доселе страдавших под гнётом «кровавых тиранов», на самом деле никакого оптимизма не вселяют. Если что и восторжествовало в Тунисе и Египте, так это медиакратия в её новомодных формах твиттеро- и фейсбуковластия.

Нечто подобное я наблюдал в прошлом году в Чехии, где довелось присутствовать при местных парламентских выборах. Чехия, конечно, не Египет — тему кровавых тиранов там «прокачать» сложно, но вот идея всепожирающей коррупции живой отклик в массах найдёт всегда. Купила супруга премьера квартирку в центре Праги за сто тысяч евро непонятного происхождения — уже готов скандал на всю страну, а свои навальные не замедлят обнаружиться.

На этой волне антикоррупционной риторики в ходе последних чешских выборов и состоялся крайне любопытный проект — «партия» ТОР09, вербовавшая своих сторонников среди молодёжи, прежде всего через пресловутый фейсбук. Самой любопытной деталью стало то, что лидер ТОР09 — бывший министр иностранных дел князь Карел Шварценберг — был человеком возраста, мягко говоря, далеко не юного, да и о фейсбуке представление имел, скорее всего, весьма условное. Но молодёжи объяснили, что этот воровать не будет, поскольку у него и так всё есть, и поколение фейсбука пошло на выборы стройными рядами — своими глазами видел двадцатилетних девушек, агитировавших за человека, годящегося им в прадеды. «Если к власти придут левые, я, скорее всего, уеду из страны, потому что тут всё будет, как в Греции», — на полном серьёзе сообщило мне одно из юных дарований. В итоге партия фейсбука набрала раза в два больше голосов, чем прогнозировалось, а в Праге вообще заняла первое место. Стало ли от этого в Чехии меньше коррупции — совсем не уверен.

Россия, как известно, страна крайностей — любая благая идея у нас имеет тенденцию превращаться в лозунг из серии «до основанья, а затем». Что мы, собственно, и наблюдаем на примере темы борьбы с коррупцией. Никто не спорит, что коррупция — это отвратительно и её нужно всячески искоренять, но это не значит, что под видом борьбы с ней должна вестись борьба с государством как таковым. В этом смысле показателен знаменитый интернет-пост «верните рынду», который блогеры восторженно перепечатывали в разгар летних пожаров. Суть дела, конечно же, не в том, что раньше, когда была рында, со стихией боролись эффективно, а теперь, когда её нет, всё стало совсем плохо. Лейтмотив автора  этого поста в другом: верните мне рынду и отвалите от меня со своими налогами, а я буду жить «по правде», а не по вашим законам. То, что этот пещерный анархизм вызвал бурный восторг интернет-аудитории, позволяет представить ближайшие последствия «немедленной демократизации», которой добиваются пламенные онлайн-трибуны.

Мы даже не подозреваем о том, насколько велика инерция истории — в общем, это понятно, если учесть, что на фоне процессов, непрерывно длящихся столетиями, срок человеческой жизни слишком невелик. С «демократией» у нас сегодня происходит примерно то же самое, что некогда было с «коммунизмом»: демократия ныне — это собирательный образ всего хорошего, а если кто с этим не согласен, то, как пишут в интернете, «убей сибя апстену». Однако, как сказал ещё Гегель, когда все мыслят одинаково, не мыслит никто — иллюстрацией тому недавний радиоэфир блогера Навального с депутатом Госдумы Фёдоровым, в ходе которого известный борец с коррупцией победил по итогам голосования слушателей с неприличным счетом 99:1. Можно, конечно, говорить о том, что монополия «Единой России» на власть достала всех «думающих людей», но здесь скорее всё объясняется более просто: аргументы в духе «вы партия воров и коррупционеров» на адептов идеологии «верните рынду» действуют безотказно, что бы там ни пытался с помощью рациональных аргументов объяснять депутат Фёдоров. Аналогичная история была с краснодарским губернатором Ткачёвым после событий в Кущёвке — только ленивый комментатор в интернете не заподозрил его в том, что это всё он виноват. Видимо, теперь, чтобы получить свои 15 минут славы, нужно непременно предъявить общественности очередного «кровавого тирана».

Я не сторонник партии «Единая Россия», и уж тем более у меня нет никаких иллюзий по поводу товарищей Мубарака, Бен Али, Каддафи и иже с ними. Но я чётко знаю одно: история — не поле для благодушных рассуждений. В большинстве случаев история развивается по принципу выбора между плохим и ещё худшим, и это обстоятельство заставляет меня дистанцироваться от тех, кто требует «немедленной демократии». У Бердяева есть хорошее рассуждение о том, почему после октября 17-го года всё осталось по-прежнему. Когда большевики пришли в кабинеты, оставленные прошлой властью, они нашли там брошенные маски гоголевских персонажей — Чичикова, Собакевича, Ноздрёва и так далее, надели их — и всё пошло так, как раньше. И даже хуже. Давайте посмотрим на арабские страны лет через десять — много ли там изменится в лучшую сторону после недавней «демократизации».

А к «прогрессивной общественности» у меня, по большому счёту, один вопрос. Не вы ли ещё несколько месяцев назад ездили отдыхать в Египет по «горящим путёвкам» за двести долларов? Не вы ли покупали там недвижимость? Не вы ли живописали, в какой нищете живёт там народ, стоит только выйти за пределы туристических резерваций? Так почему же вы заговорили о «кровавом тиране» Мубараке лишь тогда, когда его власть зашаталась? Не его ли стараниями вы отдыхали в Египте за копейки? Не кажется ли вам, поборникам демократии, что на самом деле вы действуете по завету злейшего её врага Ницше — «падающего подтолкни»?

Увы, как говорил тот же Гегель, история ещё никогда ничему и никого не научила. Возвращаясь к родным реалиям: сводить всю предвыборную повестку страны к незамысловатому «Путин, уйди», значит утратить последние шансы начать общественный диалог. И твиттер с фейсбуком, боюсь, тут не лучшие помощники.