Каждый пятый рубль, вложенный в разработку российского ПО в индустриальных центрах компетенций (ИЦК), уже вернулся в бюджет в виде налоговых отчислений — и это всего за четыре года работы ИЦК. Уже завершены 120 из 175 проектов по импортозамещению ключевых программ в десятках отраслей: от машиностроения до здравоохранения. Главный вызов для ИЦК — тиражируемость проектов: они должны быть применимы не только в одной крупной компании, но и во всей отрасли.
Четыре года ИЦК
Индустриальные центры компетенций работают уже почти четыре года. Это отраслевые сообщества крупнейших заказчиков, которые заинтересованы в замещении зарубежного ПО российскими аналогами. У каждого проекта есть якорные заказчики. Их сопровождают и созаказчики — компании поменьше, которые в одиночку не могли бы финансировать разработку необходимых программ.
В России работает 35 ИЦК, рассказали «Эксперту» в аппарате вице-премьера Дмитрия Григоренко, который в правительстве отвечает за это направление. В рамках ИЦК реализуется 175 особо значимых проектов, и 120 из них уже завершены — то есть необходимое ПО разработано.
«Возврат вложенных средств в виде налоговых отчислений на сегодняшний составляет почти 5 млрд руб.», — уточнили в аппарате Григоренко.
Всего на поддержку особо значимых проектов государство направило почти 23 млрд руб. Это средства, которые могут получить заказчики в виде грантов от 100 млн до 2 млрд руб. Оператор выдачи грантов — Российский фонд развития информационных технологий (РФРИТ, входит в группу ВЭБ.РФ). Заказчик, претендующий на грант, не должен быть аффилирован с разработчиком и интегратором, исключительные права на решение должны оставаться за разработчиком, использоваться должен отечественный стек. И, наконец, требуется обеспечить окупаемость грантового финансирования.
Не только для гигантов
ИЦК помогают решить задачу импортозамещения. В нефтегазе, который стал лидером по числу одобренных особо значимых проектов, уровень покрытия отраслевых бизнес-процессов российскими продуктами вырос с 8% до 81%. В электроэнергетике показатель увеличился до 82%, в металлургии — до 62%.
Главная задача механизма — обеспечить переход на отечественные ИТ-решения ключевых отраслей целиком, а не только крупнейших компаний.
«Поэтому в приоритетном порядке поддерживаются проекты с наибольшим потенциалом тиражирования — то есть ИТ-решения, которые востребованы не только у одного заказчика, а пользуются спросом сразу у нескольких компаний и могут быть масштабированы на всю отрасль. Таким образом, государство ориентируется на поддержку продуктов для широкого круга компаний», — уточнили в аппарате Григоренко.
Приоритет при отборе получают ИТ-решения с применением ИИ, проекты для критической инфраструктуры, а также технологии, построенные на открытой архитектуре.
Механизм ИЦК решил задачу, которую рынок не мог выполнить самостоятельно: собрал в одной комнате крупнейших заказчиков и заставил их договориться о том, что именно нужно разработать, заявил член совета московского регионального отделения «Деловой России» Андрей Глушкин. Раньше каждая крупная компания тихо финансировала что-то свое — и получала продукты, которые не выходили за периметр холдинга.
«Разрозненная ИТ-архитектура и унаследованные ландшафты затрудняют переиспользование созданных решений даже внутри одной отрасли. Системы часто разрабатывались по собственным внутренним требованиям, а не по единым стандартам, что делает их стыковку очень сложной, а иногда и невозможной. Поэтому, несмотря на все усилия и первые результаты, до решения главной задачи — совместимости — еще предстоит проделать определенный путь», — полагает замгендиректора ИТ-холдинга LANSOFT Дмитрий Пилипенко.
За пределы отраслей
Следующий этап развития ИЦК — создавать не просто решения, которые подойдут для компаний в одной сфере, а межотраслевые технологии.
«С учетом наработанных практик и компетенций необходима организация общей коммуникационной платформы для кросс-отраслевого взаимодействия ИЦК, которая будет способствовать дальнейшему тиражированию успешных решений, разработанных в рамках реализации особо значимых проектов», — заявила «Эксперту» ИТ-директор Горьковского автозавода (ГАЗ) Елена Смирнова. В 2025 году ГАЗ внедрил цифровые системы управления жизненным циклом продукта и производства — особо значимый проект разработан совместно с компаниями «Топ Системы» и ГК «Цифра» при поддержке РФРИТ на 379 млн руб. Работа велась в рамках ИЦК «Автомобилестроение».
Приоритет при отборе проектов ИЦК уже получают проекты с межотраслевой востребованностью — это принципиальный сдвиг в логике всего механизма, считает Андрей Глушкин. Это следующий рубеж, который придется брать — через стандартизацию и межотраслевые интеграционные платформы.
ИЦК пока не справляется с коммерциализацией уже готовых решений, добавил Андрей Глушкин. Он привел пример — показательную историю с СИБУРом: компания сообщила, что созданные в рамках ИЦК продукты с трудом находят покупателей за пределами якорного заказчика.
«Минцифры пытается решить проблему административно: с 2025 года госкомпании могут направлять до 40% ИТ-бюджетов на собственные разработки, но с обязательной последующей коммерциализацией. Насколько это сработает на практике — пока вопрос открытый», — рассказал Андрей Глушкин.
Экспортный потенциал
Перспективное направление для дальнейшего развития механизма ИЦК — экспорт, считают эксперты. Во второй волне особо значимых проектов акцент уже сделан на экспортоориентированность. В будущем российские решения могут найти покупателя в Юго-Восточной Азии, Северной Африке, на Ближнем Востоке, в странах ЕАЭС, БРИКС, Латинской Америке, полагает доцент кафедры стратегического и инновационного развития Финансового университета Михаил Хачатурян.
Уже сейчас ряд технологий экспортируется. Например, Safe Plant — система сбора данных и диагностики промышленного оборудования (ИЦК «Химия и фармацевтика») — применяется 15 иностранными компаниями из Белоруссии, Казахстана и Узбекистана. Ведутся переговоры о поставках в страны СНГ, БРИКС и Юго-Восточной Азии, рассказал Михаил Хачатурян.
«Другой пример — „Авиационная сервисная платформа“ — решение, разработанное в рамках ИЦК „Авиационный транспорт“. Используется 56 российскими аэропортами, 17 российскими авиакомпаниями, а также 4 зарубежными аэропортами и 19 зарубежными авиакомпаниями. Система привлекла интерес авиапредприятий из 12 стран, включая Китай, Израиль, ОАЭ, Турцию, Сирию и Марокко», — перечислил Михаил Хачатурян.
Экспортный потенциал у ряда созданных отечественных продуктов есть, согласен Дмитрий Пилипенко. Общий экспорт российского ПО в 2025 году вырос впервые за три года — по предварительным данным «Руссофта», зарубежные продажи ИТ-компаний достигли $5,9–6,2 млрд, плюс 10%. Если тренд закрепится — это будет неплохим показателем, считает эксперт.
«Реальные шансы на экспорт — в нефтегазовом ПО (геологическое моделирование, MES-системы управления производством), в авиационном сервисе — российская авиасервисная платформа уже используется предприятиями из 12 стран, а также в транспортной логистике», — полагает Дмитрий Пилипенко.
Для полноценного и масштабного выхода на зарубежные рынки нужна та самая платформенность и совместимость — без нее будет достаточно сложно достигнуть масштабного роста экспорта. Главное условие одно: продукт должен быть не «допиленным под себя», а изначально спроектированным как тиражируемый, в том числе за рубежом, заключил Андрей Глушкин.
