Вечером 9 июля (около 19:00 мск) президент США Дональд Трамп открыл в Белом доме трехдневный мини-саммит США — Африка. В Овальном кабинете собрались лидеры пяти африканских государств: Габона, Гвинеи-Бисау, Либерии, Мавритании и Сенегала. По словам собеседников «Эксперта», выбор стран не случаен и обусловлен заинтересованностью США в их логистических возможностях, а также в природных ресурсах, включая редкие и редкоземельные металлы. Основная причина, по которой Трамп пригласил африканских лидеров в Вашингтон, — озабоченность американского президента стратегическим отставанием США в этом регионе, говорится в сообщении Брукингского института. В качестве иллюстрации приводятся такие цифры: если в 2003 г. Китай был более крупным, чем США, торговым партнером лишь для 18 из 54 стран Африки (35%), то в 2023 г. этот показатель достиг 52 стран или 97%. Предполагается, что малый саммит с участием пяти стран послужит прологом к более широкому, где США намерены собрать лидеров большинства государств африканского континента. Его проведение в Вашингтоне намечено на сентябрь 2025 г. Примечательно, что в свой первый президентский срок Трамп не проявлял интереса к странам Африки, а на одном из совещаний в Овальном кабинете в 2018 г. даже назвал их shithole countries, что в переводе на русский может звучать как «помойные дыры». Теперь приоритеты внешней политики Штатов по отношению к Африке, похоже, кардинально меняются. Пару недель назад, 27 июня, Трамп принял в американской столице министров иностранных дел Демократической Республики Конго (ДРК) и Руанды. При посредничестве США они подписали мирное соглашение, завершившее вооруженный конфликт в стране, длившийся с марта 2022 г. В ответ на посредничество власти ДРК обещали заключить с США сделку о преференциальном доступе к своим минеральным ресурсам, которые важны для электронной промышленности. Например, в стране расположены богатейшие месторождения колтана — минерала, из которого получают ниобий и тантал. Напомним, что 1 июля Агентство США по международному развитию (USAID) официально прекратило все программы иностранной помощи, в том числе и в Африке. В своем заявлении по этому поводу госсекретарь США Марко Рубио обвинил страны Африки южнее Сахары в том, что в 2023 г. они поддержали лишь 29% резолюций США в ООН, несмотря на то, что с 1991 г. Штаты предоставили им помощь на $165 млрд. На встрече с пятью африканскими глава государств 9 июля Трамп подтвердил, что США намерены изменить внешнеполитический курс в отношении континента. «Мы переходим от оказания помощи к торговле. В долгосрочной перспективе это будет гораздо более эффективно, устойчиво и выгодно», — отметил президент США. Вслед за этим он призвал пятерку стран «увеличивать вложения в оборону за счет покупки американского оружия» и дал понять, что они могут быть освобождены от повышенных торговых пошлин. Другое предложение было сделано перед началом саммита — администрация Трампа разослала пяти африканским государствам требование принимать тех мигрантов, депортированных из США, чьи страны отказываются их принимать обратно. На приеме в Белом доме администрация оказывала на африканских лидеров давление, чтобы они на это требование согласились, сообщает The Wall Street Journal. Африканским гостям Трамп много сказать не дал — он прямо попросил их ограничить время выступлений. Первым произносил речь, которая заняла всего около 8 минут, президент Мавритании Мохамед ульд Газвани. При этом под конец Трамп жестами намекал, что тому пора «закругляться». Когда мавританский лидер сказал, что не хотел бы «заострять внимание на запасах недр» в его стране, Трамп прервал гостя, отметив, что «очень ценит» его выступление. «Нам придется двигаться несколько быстрее, у нас есть график. Было бы здорово, если бы вы могли просто представиться и назвать свою страну, спасибо», — обратился американский президент к лидеру Гвинеи-Бисау Умару Сисоку Эмбало. Он, а также лидеры Габона Брис Олиги Нгема, Либерии — Джозеф Боакаи и Сенегала — Бассиру Диомай Фай, выступали примерно по одной минуте каждый. Либерийского коллегу Трамп похвалил за знание английского языка: «Такой хороший английский, такой красивый! Где вы научились так красиво говорить?», — уточнил он у президента страны, в которой английский является официальным языком. Завершилась встреча заявлением Трампа о готовности совершить турне по странам Африки. «Нам надо изучить расписание, но в какой-то момент я бы с удовольствием это сделал», — отметил американский лидер, который пока ни разу не посещал Африку с официальным визитом. Чем интересны страны, приехавшие на саммит Габон — второй по величине в мире производитель марганца, который востребован для производства нержавеющей стали и аккумуляторов. В мае 2025 г. президент Габона Брис Олигуи Нгема объявил, что намерен запретить экспорт марганца с 2029 г. для развития местных обрабатывающих предприятий. Помимо этого, страна богата и другими важнейшими минералами, включая железо, медь, золото и алмазы. Крупнейший торговый партнер Габона — Китай. В частности, из Габона поступает 22% используемого в Китае марганца. Гвинея-Бисау обладает запасами золота, алмазов, бокситов, фосфатных руд и графита. Страна тесно взаимодействует с Россией: действуют соглашения о сотрудничестве в самых разных сферах — от культуры и науки до недропользования и рыболовства. В частности, Гвинея-Бисау закупает российскую фармацевтическую продукцию и промышленное оборудование, отправляет студентов в российские вузы (ежегодная квота — 75 мест, а за все время сотрудничества советское и российское образование получили более 8 тыс. бисайцев). Кроме того, в 2024 г. РФ освободила Гвинею-Бисау от уплаты задолженности в $26,7 млн, полностью списав кредиты, предоставленные еще в советский период. Либерия — один из ближайших исторических союзников Америки на континенте. Сворачивание программ USAID в Африке более всего затронет эту страну, поскольку помощь составляла 1,6% от ее валового национального дохода — рекордное значение среди всех стран мира. В ходе финансируемых Китаем изысканий в Либерии обнаружены крупные месторождения полезных ископаемых, включая уран, кобальт, литий, марганец, неодим. Взаимодействие с Мавританией для Вашингтона — возможность углубить связи еще в одном государстве, которое продуктивно сотрудничает с Россией. Так, Мавритания закупает у РФ злаки, удобрения, топливо и нефть, а поставляет рыбу, ракообразных и моллюсков. За историю дипотношений двух стран высшее образование в российских вузах получили более 3 тыс. граждан Мавритании. В Сенегале США, согласно комментарию Брукингского института, видят одну из самых стабильных африканских демократий и важного игрока в сфере региональной безопасности. Исторически эта страна тесно сотрудничает со Штатами в экономической и военной сферах, играет ключевую роль в миротворческих операциях Вашингтона. Но даже в этой стране Китай обгоняет США по товарообороту, причем впятеро: $2,93 млрд против $586 млн в 2024 г. Созываемый [президентом США] Дональдом Трампом мини-саммит, очевидно, будет носить выраженный антикитайский и антибриксовский характер. Трамп намерен отговорить африканцев от сотрудничества с Китаем и Россией, будет призывать их вести дела эксклюзивно с Вашингтоном. В частности, ради этого он пытается показать себя миротворцем, демонстративно вмешиваясь в разрешение вооруженного конфликта между Демократической Республикой Конго и Руандой. Из пяти африканских государств, выбранных Трампом для проведения саммита, самую «холодную» позицию по отношению к России занимает Либерия. Она традиционно находится в орбите США, поскольку основана в XIX в. афроамериканцами, вернувшимися на историческую родину из Штатов. У нас наиболее тесные отношения с Гвинеей-Бисау, чей президент Умару Сисоку Эмбало неоднократно бывал в России и встречался с президентом Владимиром Путиным, — например, на саммите Россия — Африка в 2023 г. и на праздновании 80-летия Победы в мае 2025 г. Оставшиеся три приглашенные на саммит государства — Габон, Мавритания и Сенегал — бывшие французские колонии. Взаимодействие западных стран с ними осуществляется в основном через Париж. К французскому президенту Эмманюэлю Макрону Трамп относится с растущим раздражением. С одной стороны, мы можем увидеть в ходе саммита, как США постараются перехватить у Франции инициативу в этом регионе, вплоть до «отжатия» экономических проектов. С другой, лидеры этих трех стран могут сыграть на эмоциях Трампа (показать, что он «хороший» гегемон, а Макрон — «плохой»), и тем самым выторговать для себя условия получше. При этом всем странам континента очевидна неоколониальная направленность политики США, которые (как и Франция) просто выкачивают из африканских стран ресурсы. Поддержка Африки со стороны западных партнеров ограничивается строительством рудников, перерабатывающих заводов и соответствующей логистической инфраструктуры, чтоб вывозить сырье из африканских недр за океан по бросовым ценам. В том числе поэтому большинство африканских государств стремятся сотрудничать не только с США, но и с другими партнерами, включая Китай и Россию, балансировать между ними. Разница в подходах западных гегемонов и России, как члена БРИКС, очевидна. Мы нацелены на взаимовыгодное сотрудничество с государствами Африки, что подразумевает комплексное развитие инфраструктуры на континенте — от энергетики до образования. Так, сегодня в российских вузах по квотам учатся больше африканских студентов, чем во времена СССР. Также реализуются проекты по созданию образовательных учреждений в самих африканских странах. Пять государств, лидеры которых собрались в Вашингтоне, образуют важный для США логистический регион на атлантическом побережье Африки. Помимо полезных ископаемых [президента США] Дональда Трампа интересует контроль над африканской портовой инфраструктурой, через которую дешевые ресурсы поплывут за океан. А порты этих пяти стран открывают доступ к торговле с государствами Сахеля (тропический саванный пояс Африки, простирающийся от Атлантического океана до Красного моря. — «Эксперт»). Однако ни характерная для США позиция гегемона, ни эксцентричные выходки самого Трампа, большого отклика в странах Африки не находят. Наоборот, это лишь подкрепляет тренд на антиколониализм, на диверсификацию внешних связей, который усиливается в Африке в последние десятилетия. Так, доля США в африканской внешней торговле на своем пике в середине 2000-х годов достигала 16%, но к настоящему времени сократилась до 5%. Сегодня африканцы прямо заявляют, что никто не запретит им выбирать партнеров по развитию. Трамп же попытается повторить в Африке то, что США уже отработали на Украине: добиться для себя эксклюзивного права на участие в освоении африканских природных ресурсов. Можно предположить, что африканцы на эту откровенно колониальную практику не согласятся. Ведь они, в отличие от Украины, такое уже проходили. Позволить кому-то, пусть даже и США, создать «надстройку» над своим государственным суверенитетом, для стран Африки означало бы быть отброшенными в развитии более чем на полвека назад — к 1950-1960-м годам. При этом политика Трампа все же лишает Россию одного из козырей в Африке. Так, при [его предшественнике на посту президента] Джо Байдене резкое сопротивление у африканцев вызывали попытки США насаждать им нетрадиционные ценности. Теперь же, что касается таких вопросов, как семья и религия, Штаты стали более консервативны. И в глазах африканцев это добавляет Вашингтону авторитета. До настоящего времени прошли два саммита США — Африка, и оба — в Вашингтоне. Первый в 2014 г. провел Барак Обама, второй в 2022-м — Джо Байден (44-й и 46-й президенты США. — «Эксперт»). В первом случае поводом для разворота в сторону Африки послужили африканские корни Обамы, и отчасти — стремление противодействовать российскому влиянию на африканском континенте после воссоединения РФ с Крымом. Обама обещал сделать саммит ежегодным, но дальше слов дело не пошло. Байден же обращался к Африке на фоне новой глобальной повестки: заметное место в ней заняла тема редкоземельных металлов и другого стратегического сырья, которым богат этот континент. Другим поводом послужил курс на сдерживание Китая, который имеет традиционно высокое влияние в Африке. Наконец, немалую роль сыграло и стремление добиться международной изоляции России, которая в 2022 г. приступила к СВО. Между саммитами в кресле президента США сидел Дональд Трамп, которого Африка в то время абсолютно не интересовала. Более того, он относился к ней подчеркнуто презрительно. Например, в 2018 г. позволил себе, находясь «при исполнении» в Овальном кабинете, обозвать ее нецензурным словом, которое можно заменить эвфемизмами «глубокая провинция» или «Богом забытая дыра». Полагаю, африканцы этого не забыли. Но важнее другое — у США нет глубокой, проработанной стратегии по развитию отношений с Африкой, стратегии взаимовыгодного сотрудничества. Все инициативы Штатов не только ограничиваются стремлением обобрать африканские страны, но и по своей природе «реактивны», служат конъюнктурной реакцией на внешнеполитические изменения. Поэтому нет уверенности, что вашингтонские саммиты способны как-то повлиять на позиции России в Африке. Наш подход к сотрудничеству со странами этого континента в корне иной — мы последовательно расширяем связи, которые были прочны еще при СССР. И наши сферы присутствия — это в том числе инфраструктура, продовольственная безопасность, здравоохранение, образование.
