Массовые протесты молодежи в последние годы охватили десятки стран во всех частях света. СМИ пишут о «глобальном политическом пробуждении» зумеров — поколения родившихся с середины 1990-х по середину 2010-х. На улицу его представителей выводят недовольство социальным неравенством и отсутствием понятных жизненных перспектив. В условиях, когда старые политические силы оказываются неспособны выразить интересы молодого поколения, это может привести к появлению новых лидеров и корректировке социально-экономической политики.
Карта протеста
Мир охвачен «глобальным политическим пробуждением» зумеров (поколения Z, родившихся с середины 1990-х по середину 2010-х), сообщает Guardian. Составляя около трети населения планеты, они выходят на улицы по всему миру, протестуя против коррупции, кризиса образования, роста стоимости жизни, недоступности жилья и других проявлений социальной несправедливости.
По подсчетам «Эксперта», за последние 3 года массовые протесты молодежи имели место по меньшей мере в 25 странах. Волна поднялась в 2024-2025 гг. в странах Азии и Африки с молодым и быстрорастущим населением, а в 2026-м захлестнула и стремительно стареющую Европу.
К смене правительства или отставке первых лиц антиправительственные выступления зумеров привели в Бангладеш (2024, «первая успешная революция поколения Z»), Непале, Мадагаскаре, Болгарии (2025), Перу и Сербии (2026), тогда как в Кении, Марокко, Того, Танзании, Индонезии и Мексике в 2025 г. были жестоко подавлены.
В ряде регионов протесты повлекли за собой точечные, но значимые политические последствия:
- На Филиппинах (2025 г.) вышедшей на улицы молодежи удалось добиться арестов чиновников, разворовавших миллиарды песо, которые были выделены на инфраструктуру для борьбы с наводнениями.
- В Индии (летом 2026 г.) многотысячные демонстрации «Народной партии тараканов» (возникла в качестве ироничного ответа протестующих студентов на слова судьи, сравнившего их с этими насекомыми) повлекли за собой отставку министра образования.
- Во Франции (в октябре 2026 г.) имели место самые массовые и разрушительные протесты. Начавшись со школьных митингов, они приобрели масштабы национального восстания.
В некоторых странах зумеры предпочли уличным столкновениям электоральную мобилизацию:
- В Бразилии студенты, объединившись через соцсети в «Армию Лулы», переломили ход президентской кампании. Уступив в первом туре ультраправому Флавио Болсонару, действующий глава государства Лула да Силва победил в финале благодаря беспрецедентной явке миллионов молодых избирателей.
- В США в 2025–2026 гг. громкая поддержка молодых демонстрантов и волонтеров помогла занять высокие государственные посты целому ряду прогрессивных демократов-социалистов.
Анатомия протеста
Нынешнюю волну молодежных протестов объединяет растущее недовольство качеством государственного управления, социальным неравенством и отсутствием понятных жизненных перспектив, считает заместитель директора Института Европы РАН Владислав Белов. Он указывает, что в разных странах непосредственные причины различаются, но общим становится ощущение несправедливости и несоответствия между обещаниями политических элит и реальными возможностями молодых людей: ослабевает их уверенность в том, что образование и профессиональные усилия обеспечат более высокий уровень благосостояния, чем у родителей.
Питательную среду для протестов формируют вымывание среднего класса, снижение перспектив у молодого поколения как на высокооплачиваемое трудоустройство, так и на приобретение собственного жилья, считает президент коммуникационного холдинга «Минченко консалтинг», старший преподаватель МГИМО МИД России Евгений Минченко.
Характер, инструменты и причины современных молодежных протестов напрямую объясняет теория поколений: она рассматривает их не как случайные вспышки бунта, а как следствие уникального ценностного кода молодых людей. На это обращает внимание руководитель «Политической экспертной группы» Константин Калачев. По его словам, зумеры сталкиваются с геронтократией: капитал и политическая власть сосредоточены у старших поколений (бумеров и иксов). При этом если для поколения Y (миллениалов) был характерен более прагматичный и мирный подход к изменениям (через карьеру и влияние на власть), то поколение Z более радикально: они остро считывают системную коррупцию, авторитаризм и социальное неравенство.
Современная молодежь страдает от кризисов, спровоцированных ошибками элит из прежних поколений, уверен профессор СПбГУ, эксперт клуба «Валдай» Станислав Ткаченко. В качестве примера он приводит нынешнюю Европу, где в последние годы впервые в современной истории инфляция обгоняет рост доходов. «Вдобавок в большинстве государств нынешние политические элиты зачастую не учитывают голос молодежи, а каналы вертикальной мобильности прочно закупорены», — утверждает политолог.
Сегодня в основном не находится политических групп, которые могли бы выразить интересы молодого поколения, поскольку произошел разрыв между институтами и процессом выражения общественного мнения — это и стимулирует молодежь проявлять свои настроения в протестной форме, отмечает старший преподаватель кафедры европейских исследований СПбГУ, эксперт клуба «Валдай» Юрий Колотаев.
«Это доминирующий нарратив в западных СМИ, однако я бы не сводил нынешнюю волну молодежных протестов к некоему общему феномену: контекст каждой из стран всё-таки уникален, а молодое поколение — оно самое политически активное, неудовлетворенное и мобилизуемое, отсюда и возникает такой волнообразный эффект по всему миру», — полагает он.
31 октября 2026 года общенациональные протесты молодёжи, организованные инициативой «Gen Z regelt» («Gen Z’s got this!»), прошли в более чем 30 немецких городах (включая Берлин, Франкфурт, Кёльн, Гамбург и Мюнхен) одновременно с празднованием Хэллоуина
Фото: Florian Wiegand/AP/ТАСС
Вектор перемен
Сегодняшние молодые люди (поколение Z и подрастающее поколение Альфа) занимают архетипическую роль «героев» и «художников» — они берут на себя миссию переустройства несправедливого, сломанного, с их точки зрения, мира, рассуждает Константин Калачев. По его словам, в развитых странах зумеры в меньшинстве, однако это вовсе не лишает их шансов, ведь активное меньшинство может быть драйвером перемен.
Будущее глобальной политики определяется способностью государственных институтов реагировать на запросы молодежи, всё громче звучащие сегодня на улицах, полагает Владислав Белов. По его мнению, молодежные протесты могут стимулировать обновление партий, появление новых лидеров и корректировку социально-экономической политики — вопрос в том, удастся ли преобразовать ситуативную уличную мобилизацию в устойчивое политическое представительство и конкретные институциональные изменения. Одновременно самые разные политические силы будут стремиться использовать протестную энергию молодежи, добавляет европеист.
Станислав Ткаченко ожидает, что политический спектр будет становиться полярнее и радикальнее: активность зумеров послужит росту популярности крайне правых и крайне левых партий, тогда как центр будет слабеть. В качестве примеров он приводит нынешний подъем правых политиков по всей Европе и недавние электоральные победы леворадикальных представителей Демократической партии в США.
