«Шведско-российская торговля — часть глобального рынка»

Алексей Грамматчиков
обозреватель журнала «Эксперт»
6 декабря 2021, 00:00

Быстрое восстановление мировой экономики в текущем году позитивно влияет и на шведско-российское деловое взаимодействие. Об этом «Эксперту» рассказывает Микаэль Бенте, глава отдела экономики и торговли посольства Швеции в России

Микаэль Бенте, глава отдела экономики и торговли посольства Швеции в России

— Как меняются показатели российско-шведского экономического сотрудничества за последние годы? Как можно оценить динамику этих показателей?

— Динамика шведско-российской торговли в целом следует конъюнктуре глобального рынка. Во время кризисов мы видим значительное уменьшение торговых потоков, при улучшении же ситуации — рост двусторонней торговли. В структурном отношении ситуация, напротив, практически не меняется уже много лет. В шведском экспорте доминирует машиностроительная (телекоммуникационное оборудование, транспортные средства и так далее) и фармацевтическая продукция; в импорте же из России около 70 процентов занимают нефть и нефтепродукты. Впрочем, 2020 год был исключением, когда доля этих товаров уменьшилась до 36 процентов.

Согласно данным Центрального статистического бюро Швеции (SCB), лучшим за первые два десятилетия XXI века для наших стран стал 2011 год, когда в стоимостном выражении двусторонняя торговля составила около 91 миллиарда шведских крон (14 миллиардов долларов). В 2019 году, соответствующий показатель составил 60 миллиардов крон (шесть миллиардов долларов), а в «ковидном» 2020-м — около 32 миллиардов крон (четыре миллиарда долларов). В текущем году мы наблюдаем положительную динамику по большинству показателей.

Необходимо, однако, отметить, что вышеназванные цифры не включают в себя торговлю услугами, которая играет все более заметную роль в двусторонних торгово-экономических отношениях. В стоимостном выражении пик пришелся на 2019 год (12 миллиардов крон;1,3 миллиарда долларов). При этом даже в кризисном 2020-м снижение стоимости внешней торговли услугами было значительно меньше, чем в торговле товарами. Что касается прямых инвестиций, то официальная статистика, во многом в силу объективных причин, в том числе сложности определения национальной принадлежности инвестора, вряд ли может дать нам полное представление о текущей ситуации. Данные ЦБ РФ и Риксбанка (Sveriges Riksbank) Швеции по потокам нетто-инвестиций значительно отличаются друг от друга.

Если исходить из конкретных примеров инвестиционного сотрудничества, то можно констатировать, что Швеция по-прежнему остается крупным инвестором на российском рынке. Не случайно в рейтинге RAEX-600 2020 года представлено сразу восемь компаний со шведским капиталом: ИКЕА, «Вольво Восток», H&M, «Скания-Русь», «Тетра Пак», «Эссити», «Ферронордик машины» и «Вольво карс». Новые инвестиционные контракты были подписаны и на последнем Петербургском международном экономическом форуме в июне этого года. В частности, «Эссити» (производитель товаров личной гигиены и продукции медицинского назначения) заключила соглашение о строительстве третьей очереди фабрики в Тульской области стоимостью 20 миллионов евро.

— В каких отраслях и сферах бизнеса наиболее интенсивно развивается взаимодействие шведских и российских компаний?

— Статистика внешней торговли нагляднее всего свидетельствует о том, в каких сферах бизнеса наиболее интенсивно развивается сотрудничество шведских и российских компаний. Это машиностроение, ритейл, сектор услуг и другие. С 2016 года резко вырос шведский экспорт в Россию фармацевтической и медицинской продукции. Многие шведские компании, работающие в этой сфере, присутствуют сегодня на российском рынке. Их опыт, технологии и инновационные решения вносят значительный вклад в развитие российского здравоохранения. Полагаю, что обоюдовыгодное сотрудничество могло бы охватывать и другие сектора экономики, если бы российская экономическая политика носила менее протекционистский характер, что, в частности, выражается в ориентации на импортозамещение. На самом деле, как свидетельствует международный опыт, импортозамещение не только негативно влияет на торговые отношения, но и снижает уровень конкурентоспособности российских предприятий, прежде всего в обрабатывающей промышленности, что уменьшает их возможности выхода на внешние рынки.

— Какие ключевые факторы сейчас влияют на динамику показателей российско-шведского экономического сотрудничества? Как пандемия повиляла на деловое сотрудничество двух стран, удается ли до конца преодолевать эти последствия?

— Шведско-российская торговля — часть глобального рынка, на состояние которого одновременно влияет множество факторов — от политики ФРС до инфляционных ожиданий населения. Пандемия также является одним из важнейших, но, надеюсь, временных факторов, который необходимо принимать во внимание любому предпринимателю. Периодически возникающие логистические проблемы, разрыв в цепочках поставок, дисбаланс спроса и предложения в разных секторах экономики — все это, конечно, не может не сказываться на бизнесе. Однако, как мне представляется, у компаний уже накоплен неплохой опыт преодоления такого рода трудностей. Об этом, в частности, свидетельствует быстрое восстановление мировой экономики в 2021 году, что позитивно влияет и на шведско-российскую торговлю.

— Не могли бы вы привести интересные свежие примеры шведско-российского экономического сотрудничества? Каковы их отличительные черты и в чем перспективность этих кейсов?

— В последние годы на российский рынок выходит все больше шведских компаний, занятых в сфере устойчивого развития. Один из успешных примеров шведско-российского сотрудничества — строительство в Саранске завода по производству гибких солнечных элементов, которые можно интегрировать в кровельные материалы и фасады зданий. Шведский партнер в этом проекте — компания Midsummer — осуществила поставку инновационного производственного оборудования. Целый ряд шведских компаний, которые уже давно работают в России, также реализуют проекты, нацеленные на уменьшение негативного антропогенного воздействия на окружающую среду. В частности, ИКЕА, поставившая своей целью стать климатически позитивной к 2030 году, приобрела 49-процентную долю в местной компании, владеющей восемью солнечными электростанциями. Одновременно были подписаны договоры о поставках «зеленой» электроэнергии. В результате ИКЕА удалось перевести на солнечную энергию все крупные магазины в России, дистрибьюторское подразделение и три торговых центра «Мега».

— Как вы оцениваете политическое взаимодействие Швеции и России в последнее время? Как оно влияет на экономическое сотрудничество стран? Как влияют санкции на российско-шведское сотрудничество?

— Швеция и Россия — соседние государства, взаимоотношения которых имеют долгую историю. Экономические и культурные связи между нашими народами тянутся из глубины веков. Как это принято у хороших соседей, правительства Швеции и России ведут честный диалог. По ряду важных вопросов мы придерживаемся разных мнений. Речь, в частности, идет о действиях России в Украине. Швеция поддерживает суверенитет и территориальную целостность Украины, а также право каждого государства определять направление своей политики безопасности. Позиция ЕС предельно ясна: агрессия России в отношении Украины и нелегальная аннексия Крыма неприемлемы. Эти нарушения международного права стали причиной введения Европейским союзом санкций по отношению к России в 2014 году.

Вместе с тем Швеция хочет сотрудничать с Россией по вопросам, представляющим общий интерес. Наши страны являются членами таких региональных организаций, как Арктический совет и Совет государств Балтийского моря. На этом уровне мы добились значительных успехов в таких сферах, как решение проблем окружающей среды и культурный обмен. Для шведов защита окружающей среды Балтийского моря имеет особенно важное значение. Швеция также заинтересована в углублении прямых контактов между шведами и россиянами — это необходимо для сохранения добрососедских отношений в будущем. Торговля — важный инструмент для достижения этой цели. Правительство Швеции работает в направлении развития двусторонней торговли и экономических отношений исходя из существующих возможностей. Пример такого рода — заседание Шведско-российского наблюдательного комитета по торговле и экономическому сотрудничеству под председательством министров торговли обеих стран, состоявшееся в Стокгольме 15 октября 2021 года.

— Что вы думаете о ближайших перспективах развития российско-шведского экономического сотрудничества? Можно ли оценить, насколько изменится общий объем инвестиций шведского бизнеса в российскую экономику по итогам текущего и следующего годов?

— Сложно дать конкретный прогноз относительно объема инвестиций в ближайшем будущем. Многое будет зависеть от ситуации на глобальном рынке. Не меньшее значение имеет и то, в каком направлении будет изменяться инвестиционный климат в России. Но я абсолютно уверен, что уже сегодня существует множество направлений для взаимовыгодного сотрудничества между Швецией и Россией. Прежде всего это относится к сфере устойчивого развития.

Швеция, как вы знаете, была одной из первых стран в мире, вставших на этот путь еще в 1970-е годы, поэтому у нас есть определенный опыт, решения и технологии, которые, как мне представляется, могли бы заинтересовать российскую сторону. Речь идет о таких направлениях, как повышение энергоэффективности, бережное и эффективное лесопользование, обращение с отходами, снижение углеродного следа в металлургической и других отраслях промышленности. Наверняка и у российских компаний есть свои креативные решения, в том числе в сфере цифровых технологий, которые, в свою очередь, можно было бы использовать в Швеции. Мы видим свою задачу как раз в том, чтобы, несмотря на продолжение пандемии и имеющиеся принципиальные разногласия во внешнеполитической сфере, создать как можно больше возможностей для установления прямых контактов между нашими странами на уровне бизнеса, государства, общества.