Внедрение лицензирования криптобирж в ЕС повысит не только уровень защищенности клиентов, но и конкурентность местных финансовых институтов. Европейский крипторынок трансформируется из розничного в институциональный. Регуляторный путь России похож на европейский.
СС 1 июля 2026 г. в ЕС прекратили деятельность криптовалютные биржи, которые не получили лицензии в соответствии с требованиями Регламента о рынках криптоактивов (Markets in Crypto-Assets, MiCA). Пройти лицензирование можно было в любой стране Евросоюза, но примерно 80% мировых криптоплощадок и посредников не смогли или не захотели это сделать. По состоянию на 29 июня в ЕС было выдано 244 лицензии поставщикам услуг, связанных с криптоактивами.
Требования для работы в Европе очень жесткие. Торговая платформа должна создать юридическое лицо в ЕС, назначить директоров, проживающих в Европе, а также иметь резервы в размере не менее 25% от годовых операционных расходов за предыдущий год. Клиентские деньги и средства самой компании должны размещаться на разных счетах, чтобы в случае банкротства организатора торгов клиенты не пострадали.
«Получение лицензии — это не просто вопрос подачи документов; требуется полная реконструкция корпоративной инфраструктуры. Финансовые затраты на полное соответствие легко достигают миллионов евро. Биржи должны внедрить системы борьбы с отмыванием денег (AML) и „Знайте своего клиента“ (KYC) военного уровня, интегрировать „Правило путешествия“ для отслеживания криптовалютных переводов и полностью подчиниться регулярным внешним аудитам», — говорится в релизе криптобиржи KuCoin, которая сумела выполнить все требования.
На первый взгляд, правила разработаны для максимальной защиты инвесторов. Но, похоже, что Евросоюз решил ими убить и других зайцев. В первую очередь — американского. MiCA требует, чтобы эмитенты стейблкоинов (криптовалюта, жестко привязанная к какому-либо активу) держали не менее 60% резервов в европейских банках. Наиболее широко в мировых расчетах используется стейблкоин USDT, выпущенный компанией Tether Limited и привязанный к курсу доллара США в соотношении 1:1. USDT обеспечен активами в долларе США и американских казначейских обязательствах, которые хранятся в Штатах. Таким образом, оборот USDT выходит из европейского правового поля.
«Традиционные европейские финансовые институты боятся конкуренции со стороны криптоиндустрии. Поэтому монетарные власти ЕС решили пойти по пути установления условий работы криптобирж, для выполнения которых необходимы серьезные финансовые вливания. Произошел отсев мелких и средних площадок, возросла себестоимость операций, что позволит классическим финансовым институтам сохранять конкурентоспособность, получить время для освоения крипторынка», — назвал «Эксперту» еще одну причину инноваций член экспертного совета Российской ассоциации криптоэкономики, искусственного интеллекта и блокчейна (РАКИБ), вице-президент «Мера Капитал Групп» Валерий Петров.
Такой лидер рынка как биржа Binance, для которого несколько миллионов долларов не являются значимой суммой, не смогла получить лицензию и уже разослала европейским клиентам сообщения, что не будет предоставлять услуги с 1 июля.
Продолжить работу с нелицензированными биржами будет невозможно. «Регуляторное принуждение происходит быстро. Вы столкнетесь с принудительной геоблокировкой на основе вашего IP-адреса и данных KYC. Почти сразу ваш аккаунт будет переведен в состояние „только вывод“. Самой серьезной проблемой станет потеря возможностей вывода фиата. Европейским банковским учреждениям строго запрещены транзакции с субъектами, не соответствующими MiCA», — предупреждает KuCoin.
Затраты на аудит, отчетность, отслеживание информации о переводе капиталов, по оценке Валерия Петрова, увеличивают операционные расходы на 30–40%, и они лягут на клиентов. При этом маржинальность европейского рынка и так невелика из-за дороговизны привлечения клиентов и законодательного ограничения размера «плечей». В результате Европа превратится в рынок для институциональных, а не розничных игроков.
Несмотря на суровость требований, некоторые европейские инновации могут быть применены в России. Среди них Валерий Петров назвал стандартизацию прав инвесторов и создание понятного правового поля для крупных институциональных игроков. «Но жесткий подход к лицензированию в России неприемлем, поскольку против нас и так существует множество санкционных ограничений, а если мы еще сами введем жесткие требования к биржам, то это может привести к изоляции страны от криптомира», — добавил он.
«Россия уже идет путем ЕС, — заявил „Эксперту“ основатель „ГБИГ Холдингс“ Руфат Абясов. — С 1 июля 2026 г. заработали базовые нормы закона о цифровой валюте: реестр операторов под управлением ЦБ, идентификация клиентов, отчетность, операции только через лицензированных посредников. Таким образом, Европа консолидирует рынок вокруг лицензированных глобальных игроков, а Россия строит закрытый отечественный контур, потому что глобальные игроки сюда пока прийти не могут».
Внедрение MiCA не стало явным драйвером снижения крипторынка, который падает 3 квартала подряд, повторяя антирекорд 2022 г. «Главная причина распродаж в том, что сломался спрос, который держал рынок в 2024–2025 гг. Тогда деньги заходили через американские спот-ETF. В 2026 г. криптофонды развернулись: только за июнь из них вышло $4,06 млрд, рекорд за всю их историю», — считает Руфат Абясов.
По его словам, сейчас часть метрик стоит у отметок, которые ранее совпадали с близостью дна: показатель реализованной прибыли и убытка впервые с 2022 г. ушел ниже 1, цена биткоина находится у нижней границы канала: «Модели ряда аналитиков ставят вероятный минимум цикла на октябрь 2026 г., а история намекает на восстановление в 2027 г. Хотя в этот раз разворот может произойти и раньше, рынок стал более зрелым».
