«Крепкий рубль неудобен бюджету, скоро начнется девальвация для покрытия дефицита, капитал можно свободно выводить по $1 млн в месяц, платежи за экспорт не доходят, ставки на денежном рынке по валюте выросли, валюты не хватает…» На этих и подобных им слухах и рассуждениях зиждется убыток по валютным позициям в течение последних кварталов у очень многих частных и «профессиональных» трейдеров. В том числе и у автора этого текста.
Дмитрий Александров
Руководитель управления аналитических исследований «АВИ Кэпитал»
Пусть убыток в основном не торговый, а по переоценке, — особой разницы нет. Да, можно себя тешить мыслью, что замещающая (или просто номинированная в валюте) облигация стабилизирует колебания портфеля и рано или поздно позволит заработать на пресловутой девальвации. Но пока что разница в текущей доходности по сравнению с рублевыми выпусками облигаций, то есть при том же кредитном риске, составила 7–9%.
В чем же ошибка? Ведь курс выше 90–95 руб. за доллар называли очень многие. Или, вернее сказать, слишком многие действительно профессиональные и находящиеся в курсе дел люди. Думаю, что попытка объяснить на самом деле не даст никакого объяснения. Да, ставка по рублевым инструментам всё еще остается высокой и интересной для сбережений. Высокая нефть обеспечивает новый приток валюты. Дополнительная валюта приходит не только по нефтегазовым статьям, но и от экспорта удобрений, цветмета, продовольствия. Жесткая денежно-кредитная политика сокращает спрос на импортные товары. В целом спрос на физическую валюту отчасти стерилизуется иными системами трансграничных расчетов. Население в значительной мере удовлетворило «страховочный» спрос на наличную валюту. Возможно, какие-то нерезиденты косвенно формируют дополнительный спрос на рубль через покупку NDF (беспоставочный форвард).
Наконец, Минфин решил покупать валюты вдвое меньше, чем от него ждал рынок. Плюс к тому, есть намек на то, что бюджетное правило будет опираться на сравнительно высокий уровень цены отсечения и спрос на валюту также будет не слишком велик. Но это будет спрос! А не продажа, как ранее.
Тут уместно вспомнить о том, что бюджетное правило с точки зрения курсообразования имеет нейтральное влияние, но это в нормальных условиях открытых каналов платежей и свободных операций широкого круга участников в рамках валютного рынка, в том числе с участием нерезидентов. Последнее время ситуация иная. Отсутствие нерезидентов на самом деле имеет большое значение еще и с точки зрения спроса на валютные инструменты со стороны тех, для кого валюта этих инструментов является родной. Кто не сравнивает доходность в ней с рублевой и не фондируется в рублях для покупки. Это хорошо видно по поведению замещающих облигаций, если сравнить его с ситуацией на рынке 5 лет назад и ранее.
Ну и что? И что делать владельцам валюты и валютных инструментов?
Прежде всего не впадать в метания и не фиксировать убытки вблизи локального дна, тем более что покупать валютные активы имеет смысл только с инвестиционной точки зрения, а спекулировать накоротке можно чем угодно. Инвестиционная идея никуда не исчезла: рубль вблизи экстремально крепких для последних лет значений. Минфин всё же покупает валюту, а не продает ее. Ставка по рублям снижается. Завершение конфликта в Заливе может очень резко развернуть вниз цены на многие классы товаров, а при этом воздействие на российский экспорт из западных портов (и не только) никуда не денется и даже может возрасти.
Ставки в основных валютных зонах рискуют перейти к росту на фоне продолжения снижения ставки в России. Наконец, в моменте может возрасти спрос на наличную валюту в сезон отпусков. Так что целесообразность держать часть активов в валюте остается. Увеличить позицию по исторически интересному курсу — тоже, с учетом общей доли, валютной позиции и расчетных потребностей в ней.
Именно такой подход к решению о покупке или продаже, в зависимости от курса, и стоит применять, в том числе и сейчас. Если будет курс 90, будет прибыль. Если будет 60, не исключено, что всё остальное будет хорошо.
