Обмен ударами между США и Ираном в ночь на 8 июля парализовал движение в Ормузском проливе. Своими действиями Вашингтон отвергает звучащую из Тегерана риторику о том, что Исламская Республика выстояла и победила.
ВВ ночь на 8 июля силы Центрального командования ВС США (CENTCOM) нанесли массированные авиаудары по более 80 объектам на юге Ирана в районе Ормузского пролива, включая остров Кешм, портовые города Бендер-Аббас, Сирик и провинцию Бушер. Под удар попали береговые радиолокационные станции, системы ПВО, позиции противокорабельных ракет, площадки запуска БПЛА, а также более 60 малых военных катеров Корпуса стражей исламской революции (КСИР). В ответ Военно-морские и Воздушно-космические силы КСИР ударили по 85 американским военным объектам в Бахрейне и Кувейте.
МИД Ирана обвинил Вашингтон в срыве меморандума о прекращении боевых действий, принятого сторонами 17 июня. Тегеран приостановил переговоры об окончательном урегулировании с США, пишет ТАСС со ссылкой на высокопоставленный иранский источник. На фоне эскалации движение нефтяных танкеров через Ормузский пролив «практически остановилось», передает агентство слова главы отдела геополитического анализа Rystad Energy Хорхе Леона.
Поводом для ударов по Ирану американская сторона назвала якобы обстрел иранскими силами трех танкеров, проходивших через Ормуз 7 июля. В тот же день под этим же предлогом Минфин США отменил временное послабление нефтяных санкций против Ирана, введенное в рамках меморандума.
Президент США Дональд Трамп одобрил атаку на Иран прямо с полей саммита НАТО в Анкаре. На встрече с генсеком НАТО Марком Рютте он заявил, что режим прекращения огня с Ираном больше не имеет силы. По его словам, американские удары продолжатся 8 июля, при этом направлять в Иран войска американский президент не намерен, поскольку в этом «нет смысла». Дональд Трамп добавил, что не намерен вести переговоры с Ираном, однако оговорился, что его переговорщики — спецпосланник Стивен Уиткофф и зять Джаред Кушнер — могут продолжать это делать, «если видят в этом смысл».
Столкновения между сторонами неизбежны до тех пор, пока на смену американо-иранскому меморандуму не придет соглашение с жесткими обязательствами сторон и механизмом гарантий их соблюдения, говорит научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН, эксперт клуба «Валдай» Григорий Лукьянов: «Стороны не подписывались под обязывающими положениями, что позволило им „существовать в параллельных реальностях“: интерпретировать каждое положение в нужном себе ключе, декларировать свою победу и игнорировать позицию оппонента. В таких условиях эскалация была неизбежна».
Востоковед напоминает, что документ носил вынужденный и символический характер, он принимался исключительно ради снижения напряженности на мировых рынках и ослабления давления на Вашингтон со стороны европейских и азиатских партнеров. По его словам, несмотря ни на уступки, на которые США якобы соглашались в рамках меморандума, ни на заявления Дональда Трампа, целью политики Вашингтона остается ликвидация режима Исламской Республики.
«Возобновлением ударов Трамп демонстрирует, что перемирие не стало закреплением иранской победы. Звучащая из Тегерана риторика о том, что страна „выстояла и победила“, отвергается Вашингтоном», — говорит Григорий Лукьянов.
Он полагает, что ситуация переходит в формат затяжного силового давления и ожидает продолжения болезненных взаимных ударов, призванных продемонстрировать решимость и готовность к полномасштабной войне ради принуждения оппонента к уступкам.
Меморандум между Вашингтоном и Тегераном стал выражением политической воли сторон к достижению мира, однако документ не имел субстантивной основы, поскольку между ними отсутствует доверие, констатирует старший научный сотрудник Института США и Канады им. академика Г. А. Арбатова РАН Павел Кошкин.
Он подчеркивает, что в конечном итоге эскалация не выгодна ни Ирану, ни США: например, на Вашингтон всерьез давят внутриэкономический и электоральный факторы, которые обострятся в случае возобновления боевых действия.
По словам Павла Кошкина, прагматизм и политическая гибкость американского лидера оставляют окно для возобновления диалога. Американист ожидает, что итогом текущего обострения окажется понимание невозможности силового решения, что заставит стороны взяться за разработку нового, более жизнеспособного соглашения.
Происходящее больше похоже на демонстрационную эскалацию, чем на отказ от переговоров, сообщил «Эксперту» ведущий научный сотрудник Центра ближневосточных исследований Института мировой экономики и международных отношений им. Е. М. Примакова РАН Николай Сухов: «И Вашингтон, и Тегеран продолжают действовать в логике принуждения друг друга к более выгодным условиям, не желая возвращения к полномасштабной войне. При этом Вашингтон стремится показать, что дипломатический процесс не исключает применения силы в случае пересечения обозначенных им „красных линий“».
По его словам, заявление Дональда Трампа о том, что дальнейшие переговоры являются «пустой тратой времени», адресовано прежде всего Ирану и американской внутренней аудитории. Оно демонстрирует жесткость позиции Белого дома и сигнализирует, что Вашингтон не намерен вести переговоры любой ценой, однако не ставит крест на урегулировании — одновременно Стив Уиткофф и Джаред Кушнер продолжают работать с посредниками над широким мирным соглашением.
«Для американской внешней политики это вполне типичный подход — усиливать давление публично, но не закрывать возможности для переговоров, если они способны принести практический результат», — говорит Николай Сухов.
По его мнению, в ближайшей перспективе наиболее вероятен сценарий ограниченной конфронтации: «Стороны, вероятно, продолжат сочетать жесткую риторику, локальные силовые акции и сохранение неформальных переговорных каналов». Он подчеркивает: ни США, ни Иран объективно не заинтересованы в большой региональной войне, поскольку ее политические и экономические издержки значительно превышают возможные выгоды.
«Главным вопросом сейчас становится не то, прозвучат ли новые резкие заявления, а удастся ли сторонам удержать обмен ударами в контролируемых рамках и не допустить новой цепи эскалации, которая окончательно сделает дипломатическое урегулирование невозможным», — полагает Николай Сухов.
