В зоне пристального внимания

Михаил Гусаров, Юрий Обозный
7 сентября 2009, 00:00

О том, почему Швейцария попала в эпицентр мирового скандала, связанного с отменой банковской тайны, «Эксперту» рассказал президент Швейцарской Конфедерации Ханс-Рудольф Мерц

— Господин президент, в самом начале вашего президентства вы объявили о предстоящем визите Дмитрия Медведева в Швейцарию. Эта поездка, которая состоится во второй половине сентября, станет первым официальным визитом президента России в вашу страну…

— Государственный визит президента Медведева — показатель хороших отношений между нашими государствами. Тот факт, что в этом году Швейцария пригласила для официального визита Россию и она приняла приглашение, показывает, что стороны заинтересованы в том, чтобы отношения между ними развивались еще более активно.

Сфера российско-швейцарского сотрудничества обширна. Имея многочисленные общие интересы, в 2007 году с целью упорядочивания наших политических взаимоотношений и развития сотрудничества мы подписали Меморандум о взаимопонимании. Проводились регулярные консультации, касающиеся самых разных сфер деятельности, что привело к конкретным результатам. Взаи­модействие с одной из ключевых стран мира, каковой является Россия, очень важно для Швейцарии. Россия — наш основной партнер в Восточной Европе в экономической сфере и стратегически важный контрагент в широком смысле. Кроме того, Швейцария приняла защитный мандат в отношении России (защитный мандат Швейцарии подразумевает выполнение как консульских, например выдача виз, так и дипломатических функций — обеспечение поддержания отношений между правительствами двух стран. — «Эксперт»).

Это свидетельствует о доверии и взаимопонимании между нашими странами — доверии, в основе которого лежит принцип швейцарского нейтралитета.

— Как бы вы прокомментировали начатую против Швейцарии кампанию, связанную с отменой банковской тайны?

— Глобальный кризис обострил борьбу, которую ведут все государства за перераспределение мирового богатства. В этом соперничестве каждая страна защищает свои интересы, старается сохранить собственное экономическое преимущество и найти способ возместить потери, подрывая своими действиями ситуацию на рынках труда и финансов других государств. Поэтому совершенно неудивительно, что Швейцария, которая является международным финансовым центром и занимает важные позиции на международном рынке, прежде всего в области управления иностранными капиталами, оказалась в зоне пристального внимания.

— Как вы относитесь к существованию офшоров и к борьбе с ними?

— Швейцария не является налоговым раем и не несет ответственности за мировой экономический кризис. На протяжении семидесяти пяти лет банковская тайна четко регулируется достаточно либеральным швейцарским законодательством. Как и многие другие страны небольшой и средней значимости, Швейцария занимает прагматичную позицию в вопросах налоговой конкуренции. В контексте глобализации финансовых рынков, прежде всего в период финансового кризиса, международное сотрудничество приобретает особую важность.

— Почему Швейцария присоединилась к Шенгенской зоне? Каковы первые результаты этого присоединения?

— Швейцария вошла в Шенгенскую зону 12 декабря 2008 года. Сотрудничество стран — членов Шенгенского договора способствует свободному перемещению по Европе. В то же время благодаря сотрудничеству полиции и судебных органов стала более эффективной борьба с преступностью. Благодаря Шенгену Швейцария получила и экономические преимущества. Возможность свободно перемещаться через границу имеет большую экономическую значимость для наших коммерческих отношений с соседними странами и способствует развитию туризма. Поскольку Шенгенской визы теперь достаточно для въезда и в Швейцарию, многочисленные туристы из Индии, Китая, России и других стран, посещая государства ЕС, могут приехать и к нам.

— Собирается ли Швейцария когда-нибудь войти в ЕС?

— Все двадцать семь государств Евросоюза являются нашими основными партнерами. Экономические отношения с ними имеют особую важность, потому что каждый третий франк, зарабатываемый в Швейцарии, — это результат партнерства с ЕС. Наряду с США, Китаем и Россией Швейцария числится в четверке главных экономических партнеров Евросоюза. В настоящий момент для Швейцарии лучшим путем развития признано дальнейшее расширение сферы действия двусторонних соглашений. Присоединение Швейцарии к Европейскому союзу возможно лишь в очень долгосрочной перспективе.

— Швейцария долгое время играла роль политического и общественного центра Европы, обладая статусом нейтралитета и выполняя функцию универсального посредника. Как евроинтеграция отразилась на этой деятельности вашей страны?

— Нейтралитет — своеобразная визитная карточка Швейцарии, для наших граждан это очень важно. Нейтралитет обеспечивает нашу национальную безопасность и одновременно позволяет помогать в обеспечении мира другим странам. Объединение Европы никак не отразилось на роли медиатора, которую Швейцария, как и раньше, играет в разрешении конфликтов между странами. Посреднические миротворческие услуги Швейцарии имеют давнюю историю. За последние семь лет Швейцария участвовала в пятнадцати мирных переговорах — в Судане, Колумбии, Уганде и многих других странах. Благодаря своему статусу нейтрального государства Швейцария идеально подходит на роль государства-миротворца. В настоящий момент Швейцария выполняет шесть защитных мандатов, представляя интересы США на Кубе и Кубы в США, интересы Ирана в Египте, интересы США в Иране и, наконец, интересы России в Грузии и Грузии в России.

— Швейцария, как и Россия, является федеративным государством. Что вы думаете о перспективах федерализма?

— Федерализм является, на мой взгляд, одной из основ современной демократии. Этот принцип нашел свое применение и при создании самого Европейского союза — наряду с субсидиарностью он стал основным принципом объединения. Благодаря разделению полномочий между тремя уровнями политической власти федерализм позволяет ограничить центральную государственную власть. Сосуществование независимых, но находящихся в федеральном подчинении автономий способствует возникновению творческой конкуренции. Меньшинства получают автономию и таким образом могут сохранить свой статус. Мы в Швейцарии совсем недавно завершили самую большую и трудоемкую работу по реформированию федерализма с момента создания конфедеративного государства — работу, которая продолжалась в течение последних пятнадцати лет. Эта реформа должна позволить возродить и обновить идею федерализма.

— Швейцария — это страна с непосредственной, или прямой, демократией. В 1997 году вы сами были избраны в Федеральный парламент гражданами вашего кантона, собравшимися на центральной площади и голосовавшими простым поднятием рук. Однако уже через несколько лет подобная практика в вашем кантоне, как и во многих других, была отменена. Как вы считаете, не превращается ли постепенно швейцарская прямая демократия в исторический миф?

— Прямая демократия вместе с федерализмом и нейтралитетом составляет основу швейцарской политики. Прямая демократия жива, а значит, это не миф. Возьмите, к примеру, нашу систему налогообложения. Швейцарская система налогообложения — это отражение идеи федерализма и прямой демократии. Прямая демократия также позволяет людям принимать активное участие в политической жизни страны. Это придает каждому решению высшую степень законности.

— Совет Европы часто критикует Швейцарию за положение иностранцев. Будет ли уменьшен срок ожидания натурализации — один из самых длинных в мире?

— В сентябре 2006 года в Швейцарии были приняты новый закон об иностранцах и изменения к закону о политическом убежище. За него проголосовали шестьдесят восемь процентов швейцарцев. Граждане страны пожелали таким образом сохранить гуманистическую традицию Швейцарии и не допустить нарушений и злоупотреблений в области предоставления политического убежища и прав иностранцам.

Каждый, кто прожил в Швейцарии двенадцать лет, может направить запрос о получении швейцарского гражданства. Процедура натурализации состоит из трех этапов, при этом федеральное разрешение на натурализацию — это только «зеленый свет» со стороны государства на получение швейцарского паспорта. В каждом кантоне и коммуне есть свои собственные требования и условия интеграции, которым должен отвечать заявитель. Гражданство Швейцарии можно получить только после федерального разрешения на натурализацию и одобрения со стороны коммуны и кантона. Поэтому данная процедура может занять какое-то время. Таковы правила федерализма.

— Вернемся к российско-швейцар­ским связям, в том числе культурным. Вы, говорят, знаете русский язык. Насколько он сегодня востребован в вашей стране?

— Число людей, постоянно проживающих в Швейцарии и говорящих по-русски, приближается к двадцати тысячам. Еще несколько тысяч выбрали его в качестве иностранного языка. Трудно оценить число людей, изучающих русский в Швейцарии. Хотя гимназии и университеты, конечно, предоставляют статистику, но сколько народу изучает русский в частных университетах, институтах или индивидуально, точно не известно. Очевидно одно: по данным Ассоциации профессоров русского языка в Швейцарии, это число растет.

Сам я выучил несколько слов по-русски в шестидесятых годах в университете, благодаря одной симпатичной даме из Санкт-Петербурга, которую мы называли Мамушкой. Потом, к сожалению, у меня было мало случаев попрактиковаться.

Вообще, почти у каждого швейцарского кантона есть историческая связь с Россией. Что касается моего кантона, Внешнего Аппенцелля, то уроженец здешних мест Йоган Вальзер в восемнадцатом веке стал одним из пионеров коммерческих отношений с Россией.

Многие известные россияне, такие как Толстой, Достоевский, Карамзин, приезжали в Швейцарию. В десятилетие, предшествовавшее русской революции, здесь жили революционеры. Самый известный из них, конечно же, Ленин. Теща Ленина, Елизавета Крупская, похоронена в Берне. А еще раньше, во второй половине девятнадцатого века, знаменитый анархист Бакунин долгое время жил в Берне.

Любопытно, что первыми женщинами в швейцарских университетах стали именно русские. Особые связи у России с Берном. В 1814 году великая герцогиня Анна Федоровна, приходившаяся невесткой императору Александру Первому, приобрела в собственность домик в пригороде швейцарской столицы и окрестила его «Эльфенау», потому что она надеялась увидеть там танцующих эльфов. Уже давно в этом поместье проводятся встречи на высшем уровне, здесь любят бывать представители швейцарской элиты.