Векселями — не надувать

Марина Тальская
9 ноября 2009, 00:00

Банк России объявляет войну вексельным схемам. Аналитики Центробанка считают, что сегодня векселя стали главным инструментом для имитации кредитной активности, маскировки плохих долгов и создания дутого банковского капитала

Банк России намерен уделять более пристальное внимание работе банковских учреждений с векселями. Об этом на прошлой неделе сообщил руководитель главной инспекции кредитных организаций ЦБ Владимир Сафронов. По мнению Центробанка, с помощью различных серых вексельных схем банки все чаще пытаются, во-первых, поддерживать видимость кредитной деятельности, во-вторых, маскировать плохие долги, в-третьих, надувать капитал.

Имитация кредитной активности осуществляется, в частности, за счет следующего кругооборота: банк выдает заемщику, как правило аффилированной структуре, кредит, а потом выпускает вексель на сопоставимую сумму. Заемщик выкупает этот вексель за счет средств, полученных по ссуде, а когда подходит срок, гасит «кредит» этим векселем. Понятно, что никакого реального финансирования при использовании такой схемы не происходит, однако в отчетности банка эта липовая кредитная деятельность фиксируется как реальная.

Для маскировки плохих активов прибегают к другой схеме. В качестве обеспечения по кредиту, выданному заемщику с сомнительной финансовой устойчивостью, банк принимает собственный вексель, который был продан другой компании (как правило, в данной схеме также участвуют аффилированные структуры). Понятно, что кредит, выданный под такой солидный залог, банк относит к одной из высоких категорий надежности и создает под него минимальные резервы. Реальный уровень рискованности кредитного портфеля искажается.

Впрочем, некоторые эксперты полагают, что Центробанк несколько сгущает краски. Мол, если бы серые схемы маскировки плохих долгов были массовыми, то объем выпущенных банками векселей (около 490 млрд рублей на начало второго полугодия) был бы сопоставим с объемом кредитного портфеля банковской системы (около 13 трлн рублей на ту же дату). Более того, объем банковских векселей в обращении, подсчитали в БК «Регион», сократился относительно конца прошлого года на 22%, а относительно середины — на 41%. Косвенно об использовании серых схем может свидетельствовать доля так называемых нерыночных векселей — на срок свыше трех лет либо до востребования, — в которые действительно можно надолго запрятать плохой долг. Но доля таких инструментов, по расчетам «Региона», оставалась в течение последнего года относительно стабильной, 12–14%. Правда, указывают эксперты, статистика, публикуемая Банком России, не вполне информативна: она представляет данные на конец месяца и не позволяет судить о том, какая ротация происходит в структуре вексельного портфеля внутри периода.

Но даже если какие-то вексельные хитрости и используются банками, некоторые эксперты не видят в том большого греха. «Обмен кредита на вексель позволяет получить более ликвидный инструмент, предоставляет возможность поделить риск с другими участниками рынка», — полагает главный аналитик по долговым рынкам БК «Регион» Александр Ермак.

Гораздо большую опасность представляют серые вексельные схемы, с помощью которых банки могут надувать капитал. Речь, конечно, о капитале второго уровня, о собственных средствах. Потому что с капиталом первого уровня, уставным, проделывать всяческие фокусы и слишком сложно, и, по определению одного из экспертов, близкого к ЦБ, «слишком нагло»: для увеличения уставника требуется допэмиссия акций, а это длительная и достаточно прозрачная процедура. А в капитал второго уровня засчитываются и различные другие взносы, в том числе некоторые кредиты. Тут-то и появляются возможности для манипуляций.

Базовых схем две. И в обеих кроме самого банка задействованы аффилированные с ним структуры. Сценарий номер один развивается так. Банк выдает свой вексель компании, задача которой — сделать так, чтобы ценная бумага пошла по рукам, желательно с участием фирм-однодневок и офшоров. По дороге вексель может терять стоимость (передаваться с дисконтом), приобретать стоимость — иными словами, имитировать обслуживание каких-то реальных сделок. Поплутав по различным владельцам, коих могут быть десятки, вексель попадает к какой-то относительно приличной компании, которая и предъявляет его банку к оплате. А потом эти средства каким-то образом вносит в собственный капитал кредитного учреждения.

Вторая схема, несколько усложненный вариант первой, у банкиров называется перекрестным опылением. В ней участвуют уже два банка и аффилированные с ними компании. Банк А выдает вексель компании, родственной банку Б, и наоборот. Задача держателей векселей та же: заставить вексель попетлять как можно замысловатее, желательно среди нерезидентов и в офшорах, желательно на каком-то этапе организовать обрыв цепочки (например, закрыть несколько фирм-однодневок, у которых он побывал). На финальном этапе компания, владеющая векселем банка А, получает от эмитента деньги и вносит их в капитал банка Б. И наоборот. Плюс такой схемы в том, что аффилированные каждому из банков структуры не мелькают в числе источников пополнения капитала, а потому не могут насторожить инспекторов ЦБ.

Казалось бы, что плохого в пополнении капитала с помощью таких схем? Ведь увеличение происходит за счет реальных денег самого банка, как и в случае пополнения из прибыли. Но использовать для целей капитализации прибыль — значит оперировать вновь генерированными, новыми деньгами. Надувая капитал с помощью вексельной схемы, банк использует старые деньги. А это означает, что его экономическая эффективность хуже, чем он пытается показать регулятору и клиентам.

Между тем до конца года многим кредитным учреждениям предстоит существенно увеличить капитал: с 1 января 2010 года в силу вступает закон, определяющий новый, более высокий минимум для собственных средств банков — 90 млн рублей. И несмотря на усиленное лоббирование со стороны банковского сообщества, Центробанк снижать планку, судя по всему, не намерен. «Малышам», которые не в состоянии справиться с задачей, возможно, предложат обменять банковскую лицензию на лицензию небанковской кредитной организации, а следовательно, они лишатся возможности осуществлять ряд операций. Не всех, очевидно, устроит такой размен.

Есть и вторая причина: скоро перестанет действовать принятое в ноябре прошлого года указание Банка России № 2156‑У, в течение года позволявшее кредитным организациям не создавать дополнительные резервы под ряд проблемных долгов и, следовательно, не отвлекать ресурсы из собственных средств. Хотя срок действия указания изначально оговаривался — до 31 декабря 2009 года, некоторые банкиры выражали надежду на то, что Центробанк не станет отменять послабление и продлит срок действия документа. Однако на недавней встрече с журналистами первый заместитель председателя ЦБ Геннадий Меликьян определенных обещаний на этот счет не дал: он сказал только, что вопрос обсуждается и существуют весомые аргументы для обоих решений — как продлевать, так и не продлевать.

Если указание перестанет действовать, почти всем банкам придется дополнительно потратиться на создание резервов, адекватных реальным кредитным рискам. Выполнить требования по размеру капитала после этого станет еще труднее, а пополнить капитал реальными деньгами у многих банков просто нет возможности, поскольку прибыль упала. Не исключено, что многие из них начали продумывать либо уже запустили серые вексельные схемы. С чем, собственно, и связано намерение Центробанка пристальнее присмотреться к обороту банковских векселей.