Корсет для бюджета

Экономика и финансы
Москва, 23.07.2012
«Эксперт» №29 (812)
Возвращаемое Минфином в практику бюджетного планирования правило распоряжения нефтегазовыми доходами позволит ограничить зависимость от них федеральной казны. Однако власти пока не пришли к консенсусу о том, какой дефицит бюджета Россия может себе позволить

Рисунок: Игорь Шапошников

Падение нефтяных цен на 35 долларов за баррель за апрель—июнь (в среднегодовом исчислении оно означало бы сокращение годовых доходов федерального бюджета более чем на 2 трлн рублей, или 17% запланированных на текущий год бюджетных расходов), похоже, оказало весьма отрезвляющее воздействие на российские власти. В Бюджетном послании, оглашенном президентом РФ как раз в тот момент, когда цена достигла дна (в июле на фоне нового витка эскалации ближневосточной напряженности она несколько повысилась, и в конце прошлой недели фьючерсы на баррель североморской марки Brent торговались уже почти по 108 долларов), центральное место было уделено бюджетному правилу, которое предстоит ввести со следующего года.

Что меняется?

Назначение правила — по возможности страховать бюджет от перепадов нефтяных цен, для чего предлагается рассчитывать использование нефтегазовых доходов исходя из цены на нефть за последние пять лет (период усреднения будет расти, и к 2018 году достигнет десяти лет). Избыток нефтегазовых доходов против плана будет направляться в Резервный фонд, а недостаток — черпаться оттуда. Объем Резервного фонда будет ограничен некоторым пределом (пока официально не названным, ранее премьер Дмитрий Медведев говорил о предлагаемом экспертами варианте 7% ВВП), и если случится так, что этот объем будет достигнут, то избыточные доходы от нефтегазового богатства пойдут в Фонд национального благосостояния.

Предлагаемое бюджетное правило можно рассматривать как шаг в сторону более консервативной финансовой политики по сравнению со сложившейся в послекризисный период практикой, когда параметры бюджета считаются от прогнозной цены нефти. Однако пока Бюджетное послание оставило в части использования нефтегазовых доходов больше вопросов, чем ответов. Во-первых, какой дефицит бюджета против рассчитанных от цены отсечения доходов будет считаться допустимым? В «Стратегии-2020» появлялась предельная цифра 2,5% ВВП, покрываемая размещением гособлигаций, притом что нефтегазовый фонд одновременно мог бы и пополняться, однако сохранится ли эта цифра, пока непонятно. Минфин считает, что России необходимо выйти на ненефтегазовый дефицит бюджета в размере 7% ВВП, а в перспективе сократить его до 5%, и, возможно, расходы будут считаться исходя из какой-то «дорожной карты» по этому показателю. Но не ясно, сможет ли предлагаемое правило обеспечить последовательное движение к намеченной цели.

Во-вторых, это правило даст возможность продолжить накопление ФНБ лишь при перманентном росте реальной цены на нефть. Возможно, так и будет происходить, а может быть, и нет. В этом смысле прежнее бюджетное правило, введенное с 2008 года и приостановленное в кризис, предусматривавшее распределение доходов в соответствии с долями ВВП, было гораздо более осмысленным, так как четко прописывало роль ФНБ — доходы от инвестирования средств этого фонда должны были заместить нефтегазовые доходы по мере исчерпания запасов нефти. Теперь же ФНБ непонятно почему увязывается с трансфертами в Пенсионный

У партнеров

    «Эксперт»
    №29 (812) 23 июля 2012
    Буржуазная демократия
    Содержание:
    Наша революция

    Ключевыми событиями прошедшего политического года были создание Общероссийского народного фронта, декабрьский митинг на Болотной площади, «марш миллионов» 6 мая и принятие законов о митингах и НКО. Опершись на поддержку рабочего класса, российская буржуазия однозначно ответила на претензии радикальной оппозиции

    Международный бизнес
    Экономика и финансы
    Частные инвестиции
    Потребление
    Реклама