Трехдневный государственный визит президента РФ Владимира Путина в Астану, завершившийся 29 мая, подтвердил глубину стратегического партнерства между Россией и Казахстаном и заложил основу для перехода взаимодействия на новый этап. Свидетельством тому служат 15 подписанных соглашений, охватывающих различные сферы — от энергетики и транспорта до гуманитарного сотрудничества.
Антон Беспалов
Программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай»
ППожалуй, самое знаковое среди заключенных соглашений — о строительстве первой казахстанской АЭС, которым займется «Росатом», и предоставлении для этого государственного российского экспортного кредита. Крупнейший инфраструктурный проект в истории независимого Казахстана решает сразу несколько стратегических задач: это и покрытие растущего дефицита электроэнергии, особенно на юге страны, и создание новых производств и рабочих мест. Но, что еще важнее, он позволит превратить страну из поставщика урана (одного из крупнейших в мире) в полноправного участника атомного энергетического цикла.
Это и другие соглашения в экономической области иллюстрируют важный вклад России в реализацию задач национального развития Казахстана. Россия является одним из крупнейших инвесторов в казахстанскую экономику, а совместные проекты играют системообразующую роль в работе целого ряда промышленных отраслей Казахстана.
Невозможно переоценить значение для обоих государств транспортных коридоров, образующих так называемый евразийский транспортный каркас. Через Казахстан (и далее Россию и Белоруссию) проходит до 85% всего объема сухопутных перевозок по маршруту Китай — Европа. А восточная ветка международного транспортного коридора «Север — Юг» (через Казахстан и Туркмению) имеет ряд ощутимых преимуществ перед западным маршрутом — от гибкой тарифной политики до геополитической стабильности.
Важной вехой в транспортном сотрудничестве стран стало подписание Плана совместных действий по развитию цифровизации грузовых железнодорожных перевозок, нацеленного на формирование единого цифрового пространства между железными дорогами Казахстана и России.
Страны, между которыми пролегла самая длинная непрерывная сухопутная граница в мире — более 7500 км, особым образом связаны географией. И соседство России и Казахстана можно назвать образцовым: как заявил президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, «между нашими странами не существует каких-либо так называемых спорных вопросов». Редкость по меркам постсоветского пространства. Примечательно и то, что Казахстан, имея в соседях великие державы, грамотно учитывает их интересы, проводя неизменно конструктивную и взвешенную внешнюю политику.
Внешнеполитический курс Казахстана всегда определялся как «многовекторный». На постсоветском пространстве это понятие несколько дискредитировано. Но, пожалуй, именно Казахстану удалось проводить его наиболее успешно. Российский вектор всегда занимал важнейшее место во внешней политике Казахстана, и это продиктовано вполне прагматическими соображениями: от объективных географических условий, которые всегда останутся в силе, до осознания того, что Россия более, чем любая другая страна, заинтересована в стабильности Центральной Азии в целом. Но в то же время из всех стран региона именно в Казахстане наиболее велико западное влияние, что в условиях текущего геополитического противостояния между Россией и Западом создает определенные трудности для нашего взаимодействия.
Существенное западное присутствие стало результатом осознанной политики руководства Казахстана в первые десятилетия независимости, направленной на то, чтобы сделать углеводородное богатство страны мотором развития экономики. Казахстан не стал «Дубаем Центральной Азии» (довольно очевидно, что архитекторы этой политики вдохновлялись примером стран Персидского залива), но неизменно демонстрировал опережающие темпы развития по сравнению с соседями по региону.
Привлечение западных инвестиций и технологий сыграло в этом ключевую роль. Но имело свою цену: по соглашениям 1990-х гг. о разделе продукции инвесторы получали до 98% прибыли от добычи ресурсов. Западные компании и по сей день контролируют ключевые месторождения углеводородов, и на них приходится примерно половина производимой в Казахстане нефти.
Однако в последние годы казахстанское правительство взяло курс на «ресурсный национализм», настаивая на пересмотре контрактов и требуя от иностранных инвесторов увеличивать долю казахстанских товаров и услуг. Всё это не только говорит о стремлении преодолеть «наследие 1990-х», но и является частью нового позиционирования Казахстана на международной арене.
Это и большая самостоятельность, и стремление максимизировать выгоды от сотрудничества со всеми игроками, не вовлекаясь при этом в «разборки» грандов. Насколько всё это достижимо одновременно — большой вопрос. Сегодня сразу в нескольких регионах мира — не последнюю очередь всё в том же Заливе — мы наблюдаем за синхронными попытками стран, объединяемых понятием «средние державы», проводить подобную политику. Пышный прием, оказанный Владимиру Путину в Астане, — это также и сигнал Западу о том, что добрососедские отношения с Россией — актив, подрывать ценность которого Казахстан никому не позволит.
Еще одним важным итогом визита российского президента в Казахстан стало подписание совместного заявления о 7 основах дружбы и добрососедства народов Казахстана и России. Большая роль в нем уделяется гуманитарному сотрудничеству, и это можно только приветствовать. Сегодня существенной проблемой представляется «дисконнект» между высоким уровнем официальных отношений и недостаточной информированностью обществ друг о друге. Как следствие, склонность СМИ обеих стран к штампам, обвинениям и нагнетанию разного рода паники.
В России, например, любят преподносить проекты новых транспортных коридоров, в которых участвует Казахстан, как угрозу ее интересам или преувеличивать возможности Турции по «вытеснению» России из Центральной Азии. В Казахстане, не в последнюю очередь благодаря активному западному медийному присутствию, разгоняются антироссийские нарративы. Жизненно необходимо, чтобы взаимодействие между нашими странами шло не только по линии высокой политики и бизнеса, но и на основе межчеловеческих контактов, способствующих углублению взаимопонимания.
